Мы пьём не пьянки ради! А здоровья для и дабы не отвыкнуть! В России совместное потребление спиртных напитков - это очень культурное мероприятие. Это и обмен новостями, и обсуждение обустройства государства, и составление характеристики властьпридержащих (иногда очень краткой), и комплекс физкультурных мероприятий! Всем отличного настроения и хорошего дня! Организм устал от лекарств и процедур.... Вчера весь день в полусне, не было сил "взяться за перо"... Но, бой продолжается! Друзья мои! Кому не очень тяжело - помогите Старику Похабычу. На "патроны"! 😉 2202 2056 2765 9854 Анатолий Геннадьевич. Искренне и заранее благодарю вас, друзья, за понимание и поддержку! Опустилась ночь. Село глухое.
С неба звёзды на землю глядят.
Стол накрытый, мужчин за ним трое,
С напряжённым челом все сидят...
Бутыли под столом, все пустые,
На столе ещё две и закуска,
И пельмени, давно уж остыли,
А в стаканах мужчин, как-то пусто!
И сидят они молча, вздыхают!
Вспоминают может кого?
Только звёзды тихонько м
Мы пьём не пьянки ради! А здоровья для и дабы не отвыкнуть! В России совместное потребление спиртных напитков - это очень культурное мероприятие. Это и обмен новостями, и обсуждение обустройства государства, и составление характеристики властьпридержащих (иногда очень краткой), и комплекс физкультурных мероприятий! Всем отличного настроения и хорошего дня!
Организм устал от лекарств и процедур.... Вчера весь день в полусне, не было сил "взяться за перо"... Но, бой продолжается! Друзья мои! Кому не очень тяжело - помогите Старику Похабычу. На "патроны"! 😉 2202 2056 2765 9854 Анатолий Геннадьевич. Искренне и заранее благодарю вас, друзья, за понимание и поддержку!
Опустилась ночь. Село глухое.
С неба звёзды на землю глядят.
Стол накрытый, мужчин за ним трое,
С напряжённым челом все сидят...
Бутыли под столом, все пустые,
На столе ещё две и закуска,
И пельмени, давно уж остыли,
А в стаканах мужчин, как-то пусто!
И сидят они молча, вздыхают!
Вспоминают может кого?
Только звёзды тихонько моргают,
Тишина. Не слыхать никого.
- Вымирает село, вымирает!
Огорчённо один произнёс,
Головой отрешённо качает,
Рукавом трёт бардовый свой нос.
А второй ему: «Василич! По делу!
Если есть, что сказать, то давай!
Ну,а нет, так зачем мучить тело?
Чё хотел то ? Серёг, наливай!»
И Серёга наполнил стаканы,
Снова трое печально сидят,
Снова замерли, как истуканы,
Друг на друга совсем не глядят!
И печаль, словно, студень застыла,
Словно горе лежит на столе,
Даже месяц какой-то унылый,
Даже ветер утих во дворе...
В тишине вдруг собака завыла,
Так тоскливо, что вой режет слух,
Словно где-то, над старой могилой,
Заиграл одинокий пастух...
И Серёга, лицом просветлевший,
Свой стакан вдруг ручищей поднял!
Даже ликом он стал просветлевший,
Ярче месяца в нОчи сиял!
И два сердца в восторге забились!
Два стакана в ладонях зажаты,
Тени в страхе под стол затаились,
И в предчувствии замерли хаты...
И Серёга с восторгом промолвил;
- Как же так? Как мы , братцы, забыли?
Я же тост замечательный вспомнил!
Мы ж за Шарика, точно, не пили!!!
