Габриэль Д'Эстре (1573-1599), герцогиня де Бофор и де Вернэй, маркиза де Монсо, официальная фаворитка короля Генриха IV Великого. Их любовная история похожа на сказку: молодой король с первого взгляда влюбился в придворную красавицу, долго её добивался и готов был жениться на ней, когда она носила под сердцем плод их совместной страсти.
Габриэль д'Эстре часто обвиняли в излишнем легкомыслии и даже распущенности. Но она была всего лишь дитя своего времени. Девушка отличалась несравненной красотой и покорила Париж, едва прибыла туда в качестве нового «приобретения» короля.
В то время на французском престоле восседал Генрих III (1551-1589) - третий по счёту сын Екатерины Медичи. Прославился этот король, прежде всего своей нетрадиционной сексуальной ориентацией. Что поделаешь: нравственность детей Екатерины Медичи была далека от совершенства... Прекрасная Габриэль. сопровождавшая Генриха III в течение трёх месяцев, вскоре ему прискучила.
Вслед за тем Габриэль перешла из целомудренных по отношению к ней объятий короля в крепкие объятия кардинала де Гиза, которому король «подарил» Габриэль за заслуги. Проявив покорность монаршей воле, они, однако, вскоре расстались, а д'Эстре приглянулась герцогу де Лонгвиллю. Тот, как и король, заплатил её родным значительную сумму, но сердце юной красавицы к этому времени уже было всецело занято герцогом Роже де Белльгардом, другом Генриха III, и де Лонгвилль благородно отступился.
Роже де Белльгард стал самой главной - и, возможно, единственной - любовью в жизни Габриэль. Она мечтала стать его женой. И это было бы вполне возможно, потому что и сам герцог де Белльгард с каждым днём все больше влюблялся в свою прелестную спутницу...
Генрих Наваррский, ставший Генрихом IV, при жизни носивший прозвище Беарнец, родился 13 декабря 1553 года. Он женился на дочери Екатерины Медичи Маргарите де Валуа. После того как один за другим взошедшие на престол сыновья королевы умерли, не осталось никого, кто мог бы принять корону, кроме её ненавистного зятя - Генриха Наваррского. Его назначил своим официальным наследником король Генрих III, умерший бездетным.
Свою жену, Маргариту, Генрих никогда не любил. Раздражало его в ней всё, а главным образом то, что она никак не могла забеременеть. Ни от мужа, ни от бесчисленных любовников, к которым супруг её даже не ревновал. У Генриха же то и дело рождались бастарды. Современники шутили, что из сыновей любвеобильного короля можно было сформировать полк. И король не собирался останавливаться на достигнутом.
Как-то герцог де Белльгард совершил ошибку. Расписывая перед королём достоинства своей возлюбленной, он показал прекрасно выполненный портрет Габриэль Д'Эстре, который тут же вызвал у Генриха Наваррского желание увидеть оригинал.
Отступать было поздно, пришлось и ему подчиниться монаршей воле и отвезти короля к Габриэль в замок Кевр. Случилось неизбежное: едва увидев восемнадцатилетнюю красавицу, король воспылал к ней неукротимой страстью.
Генрих потребовал, чтобы герцог де Белльгард немедленно оставил все свои притязания на неё и уступил место подле прекрасной Габриэль. Настаивал даже, чтобы Белльгард сам уговорил свою любовницу отдаться монарху. Роже де Белльгард почувствовал себя оскорблённым до глубины души и... смирился с королевским приказом.
А вот Габриэль отказалась смириться. Она бесстрашно ответила королю, что любит Роже де Белльгарда и никогда не полюбит Генриха Наваррского, потому что он ей несимпатичен и даже неприятен. Несмотря на отказ, уже через две недели король вновь вернулся в замок д'Эстре и снова молил Габриэль о благосклонности. Когда Генрих Наваррский чего-то хотел - а особенно в тех случаях, когда он хотел женщину, - никакие доводы разума не могли его остановить.
Он понял, что рыцарскими подвигами сердце Габриэль не завоюешь, и избрал другой путь: назначил её отца, Антуана д'Эстре, членом своего личного Совета. Это была высокая честь и высокая должность, приносившая немало материальных выгод всему семейству д'Эстре. Отец проявил благоразумие и буквально силой привёз Габриэль ко двору Генриха Наваррского в Сен-Дени.
Неизвестно, как развивались бы события дальше, если бы родственники красавицы не решились воспользоваться влюблённостью короля. Госпожа де Сурди решилась от имени всего семейства сделать предложение королю: если он вернёт Антуану д'Эстре - Ла-Фер, господину де Сурди - Шартр, а её любовнику - шартрскую провинцию, они заставят Габриэль отказаться от Роже де Белльгарда и уступить желаниям короля. Предложение это было не менее дерзким, однако король согласился.
После двухмесячной осады Шартр пал. Господин де Сурди был немедленно восстановлен в должности губернатора города, господин де Шеверни - в должности управляющего провинцией... А госпожа де Сурди и Антуан д'Эстре привезли в Шартр Габриэль - как дар победителю. Отец и тётка объяснили ей, что у придворных дам путь под венец с любимым будет значительно короче, если он пройдёт через спальню короля, тем более такого ветреного, как Генрих.
Габриэль была потрясена. Мало того, что родня принудила её отдаться королю, теперь её хотят лишить ещё и сладостных надежд на то, что когда-нибудь, когда пыл короля поугаснет, она сможет наконец выйти замуж за своего возлюбленного герцога.
Роже де Белльгард, не желая ссориться с королём, нашёл в себе силы не напоминать о себе Габриэль. А вот она никак не могла его забыть. Едва король покидал Сен-Дени, чтобы лично возглавить армию в войне с католиками, Габриэль немедля приглашала Роже де Белльгарда в свои покои.
Белльгардом руководило уже не влечение к прекрасной женщине, а страх перед ней. Он боялся оскорбить чувства всесильной королевской фаворитки, будучи уверенным, что Генрих вполне может отправить Белльгарда на эшафот, если бы так захотела обиженная Габриэль. Ревности короля, которому наверняка докладывали о его встречах с Габриэль, Белльгард боялся куда меньше. Однако на этот раз Генрих почувствовал себя оскорбленным: после всего, что он сделал для семейства д'Эстре, Габриэль вновь унизила его - теперь уже неверностью. Он решил разлучить любовников, одновременно отомстив им обоим.
Генрих приказал шевалье де Белльгарду жениться на Анне де Бейль, бывшей королевской фаворитке. А Габриэль - немедленно вступить в брак с сеньором де Лианкуром, тем самым, которого ей выбрал в мужья отец. За ней король дал в приданое пятьдесят тысяч экю - огромная сумма, в восемь с лишним раз превосходящая ту, которую когда-то запросила у короля Генриха III госпожа д'Эстре за девственность младшей дочери.
Когда красавица в слезах молила её простить и не отдавать слюнявому старцу, Генрих сделал вид, будто слёзы его тронули. Он назначил Антуана д'Эстре губернатором провинции Иль-де-Франс, а самой Габриэль подарил несколько крупных поместий и замок св. Ламбера, но Габриэль вернулась в Сен-Дени. А в 1594 году брак между Габриэль д'Эстре и Николя де Лианкуром был расторгнут. Поскольку де Лианкур не мог исполнить свои супружеские обязанности, развод прошёл безболезненно.
Когда Габриэль была беременна от Генриха, король, по-прежнему сходивший с ума от любви к прелестной блондинке, готов был узаконить рождённое ею дитя. Он не подозревал, что Габриэль д'Эстре была убеждена, что её шансы занять место королевы Марго достаточно высоки. Надо только вести правильную политику. Во-первых, дождаться рождения ребёнка: если первенец будет сыном - шансы будут выше. Во-вторых, понравиться при дворе и народу.
Если на пол ребёнка Габриэль никак не могла повлиять, то завоевать симпатии придворных и народа ей удалось одним ударом: она уговорила Генриха Наваррского перейти в лоно католической церкви.
7 июня 1594 года года в замке Куси близ Лиона Габриэль д'Эстре родила королю сына, крещённого Сезаром - «Цезарем». Давая такое имя первенцу, Габриэль как будто утверждала его право на великое будущее. Вслед за рождением ребёнка последовал целый ряд грандиозных побед: Лаон, Пуатье. Амьен. Вове, Камбрс, Перонн, Сен-Мало - всё новые и новые города и провинции сдавались на милость королю-католику. «Этот малыш приносит мне счастье!» - не раз говорил Генрих Наваррский. Он узаконил сына, и Парламент Парижа без колебаний признал королевскую волю.
В 1596 году Габриэль подарила королю второго ребенка – девочку, названную Екатериной-Генриеттой. А в апреле 1598 года, когда был подписан примиривший католиков и гугенотов знаменитый Нантский эдикт, договор, заключения которого, как считают историки, добилась именно Габриэль д'Эстре, она снова была беременна...И вскоре она родила королю ещё одного сына, здорового и крепкого мальчика, названного Александром.
Генрих Наваррский очень болезненно переживал отсутствие у Франции законных наследников короны. Он понимал, что далеко не все пойдут за Сезаром - сыном короля, хоть и узаконенным, но рождённым вне брака. В случае смерти Генриха на французский престол будет претендовать принц Конде... А значит, неизбежны новые кровопролитные войны и, возможно, окончательный раскол страны.
Весной 1598 года Генрих Наваррский объявил о том, что разводится с Маргаритой де Валуа, сохранив ей взамен все привилегии. При дворе настойчиво заговорили о необходимости скорейшей новой женитьбы короля, дабы дать Франции законных наследников.
Генрих заявлял, что жена ему нужна красивая, уравновешенная и способная рожать здоровых сыновей. Казалось бы, Габриэль идеально подходила под это описание. Но отчего-то Генрих не спешил жениться на ней и даже рассматривал другие кандидатуры. Ходили слухи, что причиной того, что Генрих не торопился взять Габриэль д'Эстре в жёны, было то, что она стала вмешиваться в государственные дела.
Габриэль об этих переговорах не знала, но нерешительность Генриха её тревожила. Зимой 1599 года, когда выяснилось, что она вновь беременна, Габриэль обратилась к астрологам. Предсказания повергли её в ужас: одно сулило ей крушение всех надежд, другое - что она никогда уже не выйдет замуж, третье - что ей суждено умереть молодой, ещё до наступления Пасхи.
Габриэль рассказала обо всём Генриху и в слезах умоляла его поторопиться со свадьбой. И Генрих в очередной раз сдался: 2 марта 1599 года он прилюдно заявил, что собирается жениться на Габриэль и надел ей на палец драгоценное кольцо с королевским вензелем. Габриэль была счастлива...
Она не знала, что в тот же самый день король отправил письмо герцогу тосканскому с просьбой прислать ему портрет Марии Медичи.
Приближалась Пасха - в 1599 году светлый праздник выпал на 11 апреля. За неделю до праздника Габриэль, будучи на шестом месяце беременности, прибыла вместе с королём в Фонтенбло, но через три дня почувствовала себя нехорошо и решила, что не будет принимать участия в готовящихся празднествах. 5 апреля, попрощавшись с Генрихом, она вернулась в Париж, в дом своей тётки госпожи де Сурди, где ей был обеспечен абсолютный покой, комфорт и уход. 7 апреля Габриэль д'Эстре почувствовала себя лучше и после исповеди в церкви святого Павла приняла приглашение своего старинного друга, флорентийского банкира Замецци, и отужинала у него в компании приближённых. После ужина Габриэль почувствовала себя настолько плохо, что даже не смогла уехать и осталась ночевать в том же доме. У неё горели желудок и горло.
Утром у неё начали отниматься ноги. Охваченная страшными подозрениями, она потребовала, чтобы её немедленно отвезли в дом госпожи де Сурди. Но час от часу ей становилось всё хуже. Начались судороги, при которых, как писал очевидец, господин Ла Варенн, «рот её сводило к затылку, голова же заворачивалась к пяткам». Она вся покрылась тёмными пятнами. Ни у кого не оставалось никаких сомнений, что Габриэль отравили.
Габриэль д'Эстре умерла 10 апреля 1599 года, накануне Пасхи. Ей было двадцать шесть лет. Её четвёртый ребёнок так и не увидел света.