Московский район Таганка - моя малая Родина. В далеком 1969 году принесли меня сюда из роддома им. Грауэрмана, где теперь вроде бы какое-то учреждение МВД помещается. Вот такая у домика интересная история, гримасы судьбы, одним словом. Любит она пошутить. А мы, таганские, народ особый. К знакам судьбы относимся внимательно, но надеемся только на себя, ибо береженого Бог бережет, а всех прочих конвой стережет, как утверждала дворовая мудрость времен моего дошкольного детства.
Вот он дом, милый дом, на фото ниже. Наши окна - три крайних слева на первом этаже, бывшая людская, вход со двора (дом старинной постройки, вроде даже донаполеоновской). На метровом (не меньше) подоконнике в оконной нише я любил сидеть со своими игрушками и смотреть на улицу. Очень было уютно и тепло даже зимой.
А улица наша носила название Верхняя Радищевская, дом номер 14 и, хотите варьете, хотите нет, цифра "14" меня потом всю жизнь преследовала, возникая каждый раз на очередном повороте судьбы. Впрочем, осознать сие знамение я сумел только основательно перешагнув полувековой рубеж, когда многое уже успело случиться - и к добру, и не очень. В очередной раз высшие силы отсемафорили в памятном для многих 2014 году, мне бы сообразить, что поворот не только у страны, но и лично мой, да еще какой резкий, раз год 14-й... Впрочем, кульбиты судьбы автора читателю вряд ли интересны, все же автор не Лермонтов и не Пушкин, сами понимаете, можно не продолжать дальше эту избитую шутку.
Радищев, бюст которого на заставке изображен, гораздо более интересная фигура. В детстве я понятия не имел, кто там такой каменный у нас стоит возле дома, причем не я один. Друг детства моего отца как-то со смехом рассказал, что в школьные годы считал, будто в скверике на Радищевской красуется памятник Кларе Цеткин. Выглядел бюст тогда далеко не так пафосно - постамент был ниже раза в два и четырехугольный по форме, покрытый местами облупившейся краской, зимой вокруг него образовывался снежный холм и мы оттуда катались на санках и лыжах. Сам скверик (все его только так и называли - уменьшительно-ласково) был уютным маленьким уголком зелени в каменных трущобах - я помню, что за крайним рядом акаций начиналась обычная "дикая" лужайка без асфальта и каких-либо признаков "благоустройства", да и сам наш двор, переходящий в этот сквер, был заасфальтирован только на треть.
Жили мы не тужили, не думали, что придет время, когда самую задрипанную дорожку на пустыре толпа ценных иностранных специалистов с тракторами и бульдозерами будет "благоустраивать" установкой сезонных бордюров (в смысле на один сезон, потом опять менять), круша все на своем пути и поднимая тем самым экономику на невиданную доселе высоту. Впрочем, оставим бордюры и их повелителя в покое, не зря судьба опять Радищевым просигналила - подсказала. Книжка тут на днях на глаза попалась, кто-тов выложил в подъезде за ненадобностью, вот и вспомнилось. Не буди лиха, автор, у их сиятельства московского градоначальника не только народная поддержка по результатам он-лайн голосования, но и Высочайшая (ты понял, ВЫСОЧАЙШАЯ!) поддержка, так что...
Тут к стыду своему признаюсь, что про Радищева знал я еще со школы только то, что он являлся прогрессивным мыслителем, за нашу и вашу свободу, так сказать, написал "Путешествие из Петербурга в Москву" и был за то безжалостно гнобим сатрапами царского режима. Из более зрелого возраста пришло воспоминание о случайно прочитанной в командировке журнальной статье 90-х годов, где говорилось, что "наше все" Пушкин вообще-то разнес творчество Радищева, что называется, в хвост и гриву как излишне пафосное и весьма посредственное. Короче, "Путешествие" я никогда не читал, но проходил по программе, выучив из учебника "что хотел сказать автор".
Вдруг вспомнилось: Радищев хлебнул царской водки аккурат в 53 года - рубеж, который я перешагнул, слава Богу, в прошлом году и вся цепь случайных совпадений привела меня к желанию прочитать тот самый известный каждому школьнику по названию текст, который никто не читал полностью, за исключением отдельных узких специалистов. И ведь не зря взялся! Язык тяжелый, что и говорить, обороты непривычные, но вот сюжеты на удивление понятны и даже местами узнаваемы - кто бы мог подумать, а?
Буквально на третьей странице попался мне вот такой фрагмент:
Радищев дал собеседнику немного денег и порекомендовал свое исследование сдать на вес - на хозяйственные нужды, чтоб бумага не пропадала. Эх, не в то столетие родился безвестный регистратор! Опередил он свое время, не оценили его современники. Теперь бы в один миг миллионером стал, доказывая дворянское происхождение и кропая родословные. Нынешние жучилы и истории не знают, и слогом не владеют, и вообще не по тому делу. Почитал я пару таких "документов" у одного страдальца по хрусту французской булки в кабинете (прям на стену повесил, болезный) и понял, что нарисовали сей документ в Мытищах в самом конце 20-го века, тогда и не такие чудеса люди покупали за большие деньги.
А есть и еще точнее цитаты, прям ребром вопрос ставят. Эх, Александр Сергеевич, зря Вы на Радищева-то баллоны катили, может по части искусства он и не очень, но по сути, как говорится, не в бровь, а в глаз! И для дня сегодняшнего вполне понятно все и созвучно.
Вот решит некто от слишком любознательных иностранных специалистов свой дом защитить или жену свою от слишком любвеобильных, уронит нечаянно ценного кадра в состоянии аффекта, тогда государство его и узнает, и оценит, и осудит сразу лет на 8, а до той поры хоть оборись - не слышит. Нет у преступности национальности, а значит и этнических банд нет, а только мелкое хулиганство и бытовые ссоры. Дело ссыльный Радищев пишет, опять угадал. Хоть и нет крепостного права давно, да и строй у нас самый демократический, дальше просто некуда, но сколько знакомых сюжетов! Там еще про градоначальника и повышенного в чинах курьера, который был первоначально отмечен за успешную и регулярную доставку устриц к столу их превосходительства (за казенный счет, само собой) - ох, тут ассоциации полезли, ох поперли...
Впрочем, не будем уподобляться авторам школьного учебника, пересказывать творчество давно покойного Радищева и проводить опасные аналогии. В те жестокие времена многое можно было ляпнуть и не оказаться в каталажке. Не вызрела еще правоприменительная практика, не устаканились правовые механизмы. Обиделся монарх - ноздри порвут и в Сибирь, не обиделся - пиши дальше, без тебя дел много. Беззаконие сплошное, одним словом. А сейчас, в наше просвещенное время, надо контент фильтровать скрупулёзно, бо не станут разбираться, кто сказал - Радищев, писатель Носов или даже сам Александр Сергеевич Пушкин. Важно, кто публично, так сказать, продемонстрировал с использованием сети Интернет. А нам оно надо? Нет, совершенно не надо.
Хлопнет тут терпеливый читатель, потративший свое драгоценное время, кулаком по столу (аккуратней с клавиатурой, кстати) и скажет в сердцах: "Ну, намутил... Говорили же, просили же - одна статья, одна мысль (подтверждаю, именно так и было - такой мудрый совет есть в комментах), а он опять тут навертел намеков да полутонов! Что сказать-то хотел? Ну?"
А извольте. Коротко и по существу.
Книги уходят в прошлое. Их заменяют цифровые копии, а их, в свою очередь, заменят коротенькие анонсы и комиксы с подписями, опять же в цифровом варианте. И наступит эра дебилов, которые будут к своему ЕГЭ (или как там будет называться это мероприятие тогда) заучивать упомянутые анонсы, получать баллы, поступать на факультеты, где им покажут анонсы чуть длиннее, а затем придут они в различные кабинеты со светлым взором, наполненным той самой одной единственной мыслью, и устремятся к успеху и процветанию во главе обновлённого общества. Все, занавес, поздно пить боржоми.
Придет время, когда бумажных книг днем с огнем будет не сыскать - их либо выкупят на вторсырье, либо просто запретят совсем - типа аллергия от них, вон в музее лежат, этого достаточно. Все же в цифре есть, зачем вам эта пылища пожелтевшая? Что там в результате "оцифровали" и как, проверить будет невозможно. Оригиналов-то нет. Во всяком случае в массах. А заткнуть рот одному чудаку, у которого где-то в сарае сохранился книжный шкаф - задача проще простого.
Вам кажется, автор жути нагоняет и это будет (если будет) лет через 300, не раньше? Да нет... Почитайте комменты к статьям про книги на этом канале. Полным полно благостных этих самых, которые радостно-агрессивно сообщают, что им весь этот бумажный хлам нафиг не нужен, что у них есть Флибуста, где все, что хочешь, можно найти, а книги дома держать - пыль разводить, так старичилы одни поступают, которым нету места в нашем светлом будущем. И даже мысль о том, что цифровой вариант может заметно отличаться от базового, в этих светлых головах не возникает. Так что процесс идет полным ходом. А посему - читайте первоисточники. Желательно бумажные. Смотрите подлинные записи трансляций, пока их не удалили. и не заменили выборочным цитированием. Будет что детям и внукам рассказать, когда им начнут мозги канифолить, встраивая туда новую версию истории и культуры.
ПОСЛЕ ПРОЧТЕНИЯ КОММЕНТАРИЕВ
Постараюсь коротко. Рей Брэдбери тут ни при чем. И всякие прочие антиутопии тоже. Если кто не понял, о чем речь, поясню проще.
Сначала закладывается основа - технологическая и процессуальная. Незаметно. Под благовидным предлогом. И то, и то уже делается. Потом реализуются тестовые варианты с ограниченным вовлечением - в замкнутых и непубличных сообществах. Потом все это начинает вытекать в массы в виде нерегламентированной практики и в конце концов формализуется на уровне обязательных процедур, нарушение которых наказывается. Это общий рисунок такого рода масштабных перемен.
Если кто все равно не понял, о чем речь и считает, что автор ку-ку, рекомендую прочесть вот этот материал, там очень примечательный факт, причем относительно недавний:
и особенно вот этот:
Там как раз пример - в речи Президента изменено ОДНО, но очень важное слово. Запись трансляции через годы никто смотреть не будет, а вот желающих "погуглить", выделить абзац-другой в первой десятке выдачи поисковой системы и вставить в свой доклад, презентацию, статью и т.п. - немерено. Именно так создается цифровая реальность - за счет статистики. Нет необходимости выискивать апокрифы и жечь их на кострах. Достаточно, если основная масса населения этими апокрифами не будет интересоваться, будучи замкнутой на иные источники информации.
Кому какая разница, что у вас, допустим, имеется отличная от официальной версия документа (книги, статьи и т.п.), если у вас НЕТ возможности перекрыть официоз в плане результатов выдачи?