Белые не то, чтобы безнадёжно тупы, нет: в гражданскую войну сто лет назад многие из них по зрелом размышлении видели организационные преимущества красных, и переходили на их сторону, хоть зачастую и продолжали лелеять свои противоречивые идеалы. Беда белых в том, что их мышление, сформированное этими идеалами, слишком неповоротливо. И поэтому оно мало того, чтобы неспособно предлагать реальные общественные модели и конструктивные методы их внедрения, – но даже понимает эти вещи с большим трудом. Прекрасным современным примером умеренного белого, в своих думах о судьбах России мечущегося в рамках православной риторики, но уже догадывающегося, что без надлежащей организации никуда, – это Александр Ходаковский.
Он поднимает вопрос об идеологическом умиротворении территорий, отходящих под контроль России в ходе СВО. Вот как это у него выглядит. Надо «двигать коричневую чуму как можно дальше»; заражены этой чумой не только непосредственно воюющие – заражёнными «могут быть обычные граждане, живущие обычной жизнью и не помышляющие о том, чтобы идти убивать». Особо впечатляет ясность следующего пассажа: «Преследуем ли мы цель очистить от них пространство, на которое претендуем? И да, и нет, – всё зависит от степени поражения. Если это будут волки в овечьей шкуре – они создадут фактор дополнительной угрозы, и мы вынуждены будем защищаться» (выделено нами - МнР). Согласно какому критерию следует определять, овца перед тобой или волкосодержащее существо? Красноречивое «и да, и нет» говорит нам, что критерий отсутствует, и, следовательно, будут колебания в оценках. И эти колебания как раз-таки и создадут самый мощный фактор угрозы, поскольку внесут хаос в действия властей, а хаос – та самая болезнетворная среда, в которой развивается «коричневая чума» и прочие болячки социума. В попытке как-то ухватить суть, мысль Ходаковского мечется между «огнём и мечом», «зёрнами и плевелами» и прочими агнцами и козлищами православной риторики. До кучи упоминается Армения. Но вопрос о том, как всё-таки зёрна отделяются от плевел, а волки от овечьих шкур, ни капли не проясняется, – а «идаинет» продолжает грозно нависать над Дамоклом.
И вдруг внезапно волос рвётся, и меч падает вниз: «А можем ли мы ничего не трогать и оставить людей жить в своём мире, изолировавшись от него всеми доступными способами? К сожалению, не можем. И здесь историческая справедливость уступает место вопросам безопасности. Нет у нас таких мер и средств, чтобы изолироваться от угрозы. Единственный способ - это изолировать саму угрозу, постепенно уменьшая площадь ее очага. И здесь человеческие судьбы становятся заложниками обстоятельств, как бы мы ни подогревали свой природный гуманизм».
То есть всё-таки замечательное «и да, и нет» плавно перетекает в «да»? Финал статьи подтверждает наш вывод: «...зубы выбить, чтобы не кусалась (речи идёт о некоей мании, об этом в следующей части – МнР), – и пусть шипит бессильной злобой в строго отведённом месте. Видимо, только это нам и останется, если не случится чуда».
Чудо случится, если белые вдруг признают свою риторику несостоятельной и неспособной в масштабах общества никого умиротворить. Чудо случится, когда они поймут, что настоящей борьбой является борьба против капитала, которая уже полтора столетия как объявлена, и в авангарде которой Россия несколько десятилетий шла – и это был величайший период в её истории. Пример Ходаковского, как видим и как ещё увидим в дальнейшем, показывает, что такая трансформация белых действительно будет чудом. И чудо это к тому же не отменит необходимости выбивать зубы.
И вдруг в затуманенное иносказательными рассуждениями поле зрения Ходаковского на миг попадает один показательный факт. Своей яркой вспышкой этот факт ясно освещает реальность: мир опутан денежными потоками, вокруг которых строится вся мировая политика.
Ходаковский удивляется, что у нас, оказывается, заправляет жажда наживы, то бишь капитал, который рассматривает, в частности, нефть исключительно как товар, приносящий прибыль. И капитал, распоряжающийся этим товаром, соответствующим образом выстраивает свою деятельность, пусть это даже будет в ущерб гражданам своей страны. И как только отвлечёшься от душеспасительного словоблудия, сразу становится понятным, кто поддерживает популяцию волков – и в овечьих шкурах и без них – на уровне, достаточном чтобы сохранять в обществе состояние лёгкой нестабильности. Ведь лёгкая нестабильность является идеальной средой для вывоза богатств за границу, а это для нашего капитала самый выгодный в краткосрочной перспективе способ деятельности. Как с этим бороться? Давайте посмотрим на историю.
Например, знаменитое, печаль сердца либеральского, раскулачивание век назад. Кулаки рассматривали зерно исключительно как товар и стремились продавать его исключительно за пределы зоны своей хозяйственной деятельности, поскольку это приносило большую прибыль. Российская Империя руководствовалась такой же политикой, только в масштабах государства, и, с целью расширить внешние рынки сбыта зерна, ввязалась в мировую войну и погибла. СССР руководствовался другой политикой и стал наказывать кулаков за такую деятельность. Раскулачивание – это уничтожение явной и гарантированной возможности привести страну к краху. Раскулачивание – это идеологическое и силовое подавление соответствующего образа мыслей. Да, это силовая политика – то, что сейчас принято, делая большие глаза, называть страшным словом репрессии. Но государство это сила по определению, и оно должно действовать силой, а не просить двадцать лет покоя, как, например, это делал Столыпин. Можно проводить политику подавления более удачно, чем это делали большевики, или менее удачно – но если системно работать с выявлением и нейтрализацией ходаковских овцеволков, то это в любом случае будут репрессии. И лучше проводить их грамотно и последовательно. А в планировании репрессивной политики рассуждения о волках да плевелах не помогут. Большевики это понимали и не пытались просочиться меж струй дождя, как это делали белые, и как делает Ходаковский вслед за ними.
Для современных кулаков зерно заменяем нефтью – а все остальные рассуждения остаются в силе. И пока война будет объясняется в рамках душеспасительных образов и националистических лозунгов – это, к сожалению, верный признак того, что она носит империалистический характер. То есть попросту идёт борьба за рынки сбыта, без всякой мысли о тех, чьим трудом эти рынки заполняются.
Религиозное мировоззрение в его традиционной форме, являвшейся эффективной в течение тысячелетий, ныне утратило своё значение. Деятельность различных конфессий – не только христианства, – претендующая на идеологическое обслуживание каких-то политических и геополитических стратегий, по факту просто культивирует почву для разжигания межнациональной и религиозной ненависти. Эта работа выгодна лишь капиталу, поскольку на этом поле в стране дураков он выращивает свои денежки.
ТГ-канал Мясорубка на Реверсе