Зимой 68/67 годов до новой эры понтийский царь Митридат VI Эвпатор в ходе двухдневного сражения нанес поражение римской армии легата Фабия Адриана, который после битвы отступил к Кабиру. В ходе боя Митридат получил ранения, что спасло римлян от полного разгрома. Тем временем к римлянам подошло подкрепление под начальством Гая Валерия Триария и обе армии разошлись на зимние квартиры. Весной Митридат перешел в наступление против Триария, который принял командование над армией Адриана. В последовавшей битве при Зеле понтийцы атаковали римлян тяжелой армянской кавалерией, которой удалось прорвать боевое построение легионеров и загнать их в топкую болотистую местность. В ходе сражения Митридат опять получил ранение, что помешало активному преследованию отступивших с поля боя римлян. По свидетельству Плутарха Триарий потерял 24 трибуна, 150 центурионов и более 7000 легионеров. После поражения римлян в битве при Зеле итог семилетней азиатской кампании Лукулла оказался нулевым. Вскоре к лагерю понтийцев подошел с армией сам Лукулл, и Митридат был вынужден отступить в Малую Армению, выжидая прибытия армянского царя Тиграна с многочисленными воинскими подкреплениями.
Самое удивительное заключается в том, что Лукулл почему-то не удосужился по существующей обязанности совершить погребения тел более семи тысяч римлян, оставшихся лежать под открытым небом на поле битвы при Зеле. Костные останки легионеров находились там, на протяжении трех лет до прибытия в Малую Азию Гнея Помпея. По свидетельству Плутарха: «Найдя не погребенными тела тех, кто пал во главе с Триарием в несчастном сражении с Митридатом, Помпей приказал похоронить их всех с почетом и пышностью. Это упущение Лукулла, видимо, особенно возбудило против него ненависть воинов». Из текста Плутарха следует, что Триарий погиб в сражении, но в биографии Лукулла летописец утверждает уже обратное, говоря, что Гай Валерий остался жив, и проконсулу пришлось прятать его от разъяренных легионеров.
У античных летописцев нет объяснения кощунственному поступку Лукулла. Но учитывая тот факт, что возвратившись в Италию, полководец не подвергся преследованию со стороны Сената и родственников убитых легионеров за недостойное обращение с телами погибших римлян, тому есть уважительная причина. После битвы при Зеле Лукулл хотел было преследовать Митридата, но воины римского военачальника отказались двигаться дальше, устав от непрерывного ведения боевых действий. По Плутарху они бросили свои пустые кошельки к ногам полководца, показывая ему тем самым, что только Лукулл получал личную выгоду от этой войны, и язвительно предлагая ему воевать самостоятельно, то есть, в одиночку. После открытого неповиновения легионеров Лукулл был вынужден отступить в Галатию, куда через год прибыл Помпей, принявший командование над римской армией в войне с Митридатом.
Единственное, чего смог достичь Лукулл после открытого неповиновения легионеров, убедить воинов прослужить под его командованием оставшееся лето, после чего они будут уволены со службы. По Плутарху: «Необходимость заставила Лукулла довольствоваться и этой малостью, чтобы не остаться одному и не отдать страну противнику. Он держал солдат всех вместе, ни к чему их больше не принуждал и не вел на врага – лишь бы они от него не уходили». После этого из Рима к театру ведения боевых действий были отправлены должностные лица, и им пришлось убедиться, что «Лукулл даже над самим собою не властен, - им, как хотят, помыкают его войска». Далее Плутарх пишет, что: «Лукулла ни во что не ставило его собственное войско». Насколько опасен для Лукулла был бунт в его собственной армии, говорит тот же Плутарх: «Помпей отнял у Лукулла всех его воинов, кроме тысячи шестьсот, которых из-за строптивого нрава считал для себя бесполезными, а для Лукулла – опасными». То есть, видя в Лукулле своего политического противника, Помпей сознательно оставил отстраненному от командования армией полководцу не дисциплинированный воинский контингент воинов, якобы, для последующего триумфа в Риме по поводу одержанной победы над врагом. На самом деле по замыслу Помпея данные бунтовщики должны были и в дальнейшем осложнять жизнь Лукуллу на родине. Поэтому можно сделать предположение, что после битвы при Зеле трупы римлян остались не погребенными по причине демонстративного отказа легионеров повиноваться каким бы то ни было приказам своего полководца. Хотя для меня маловероятно, чтобы воины Лукулла поступили так по отношению к своим убитым соплеменникам.
По свидетельству Аппиана в ходе сражения при Зеле: «Царь (Митридат) запер пехоту римлян в болотистой канаве, где они погибли, не имея возможности стоять». Поэтому можно также сделать предположение, что трупы римлян после битвы при Зеле остались не погребенными по причине невозможности их изъятия из болотистой местности. Необходимую подсказку нам также дает описание сражения Кассием Дионом: «Понтийцы напали на него (Триария), когда он вышел, окружили его в подавляющем большинстве и вырезали всех, кто с ними соприкасался. Они также бегали со всей конницей и убивали всех тех, кто пытался бежать на равнину, не зная, что к ней отведена река». Таким образом, можно сделать предположение, что подойдя к месту сражения при Зеле, Лукулл на данный период времени не имел возможности предать погребению тела погибших легионеров из-за заболоченности местности или ее временного подтопления водой. Возможно, что погребение воинов было осуществлено Лукуллом частично и в полном объеме было произведено три года спустя Помпеем, после того как вода спала и обнажила останки легионеров.
Но по свидетельству Аппиана после битвы при Зеле: «Когда обирали трупы убитых римлян, то выяснилось, что убито было 24 трибуна и 150 центурионов. Такое число начальников редко когда погибало у римлян в одном сражении». То есть, понтийские мародеры имели возможность беспрепятственно обирать трупы погибших римлян и в таком случае отпадает версия о том, что тела легионеров находились в недоступной болотистой местности. Не исключено, что трупы римлян были сброшены понтийцами в близлежащее болото уже после битвы. Точно также афиняне поступили после Марафонского сражения с телами 6400 убитых персидских воинов, останки которых были недавно обнаружены археологами в пересохшей и некогда заболоченной местности.
Через двадцать лет в этом же месте произошло повторное сражение римлян Цезаря с понтийскими войсками сына Митридата – Фарнака. Примечательно, что понтийский царь расположился лагерем на том же холме, на котором находился лагерь его отца, а Цезарь, соответственно, занял холм, на котором стояли легионы Триария. Но в данной битве Цезарь с легкостью разбил 20-тысячную армию понтийцев и об одержанной победе послал в Рим лаконичное сообщение, состоящее из трех слов – «Пришел, увидел, победил». В описании данного сражения у летописцев отсутствуют какие-либо сведения о заболоченной местности.
