1970-ые года, итальянская коммуна Чене. Самая что ни на есть типичная европейская глубинка с узкими улочками, тихой, никуда не торопящейся жизнью и хорошими доходами. Именно здесь найдут три окаменелых скелетика, которые сыграет одну из самых важных ролей в истории изучения птерозавров.
Птерозавров изучают уже достаточно давно: их первые описанные находки датируются началом XIX века. Однако до 1886-ого года все образцы данных рептилий происходили из юрских и меловых отложений. При этом триасовые динозавры, вроде платеозавра, уже были известны, а в ранней юре обитали достаточно развитые птерозавры.
Учёные долго и упорно искали триасовых птерозавров, и в 1886 году Франческо Басани объявил о первой находке такового. Своему ящеру он дал имя Tribelesodon longobardicus. Однако в 1930-ых годах открытие Басани забраковали: в районе Монте-Сан-Джорджо немецкий палеонтолог Бернхард Пейер обнаружил захоронение ещё нескольких "трибелесодонов", более полных, чем голотип. Оказалось, что это - не первый птерозавр, а уже известная рептилия - ранний архозавроморф танистрофей.
Палеонтологи снова бросились искать триасовых птерозавров, и в 1973 первая находка была совершена: это был эудиморфодон (Eudimorphodon ranzii Zambelli, 1973), один из самых древних представителей этой группы. В 1978 году на основе окаменелостей из этих мест описали петейнозавра (Peteinosaurus zambelli Wild, 1978), в 2015-ом - бергамодактиля (Bergamodactylus wildi Kellner, 2015). Кроме птерозавров учёные обнаружили в этой местности проторозавра лангобардизавра (Langobardisaurus pandolfii Renesto, 1994) и дрепанозавра валлезавра (Vallesaurus cenensis Renesto & Binelli, 2006 и V. zorzinensis Renesto et al., 2010), бронированную рептилию этозавра (Aetosaurus ferratus Fraas, 1877) и древнего ринхоцефала дифидонтозавра (Diphydontosaurus avonis Whiteside, 1986), не говоря о комплексе древних лучепёрых и хрящевых рыб и разнообразных ракообразных, в том числе - тилакоцефалов.
Все птерозавры Чене были небольших размеров, имели длинные хвосты, которые выполняли функцию руля, и относительно короткие черепа. Это соотношение - небольшая голова и длинный хвост - было архаичным для птерозавров: у более поздних форм голова будет достигать поистине гигантских размеров, а хвост укоротится.
Итальянские малыши, судя по обилию морских животных, жили на побережье, что сказалось на их экологической нише. Например, у эудиморфодона и бергамодактиля зубы в передней части челюстей и на предчелюстной кости перекрывались, что говорит об адаптации к рыбной ловле: такое положение позволяло лучше захватывать скользкую добычу. Кроме того, один из экземпляров эудиморфодона сохранил также остатки лучепёрой рыбы из рода парафолидофорус в районе ЖКТ, подтверждая таким образом рыбоядную диету.
Петейнозавр несколько отличался от своих сородичей: у них не было этого перекрытия, так что питались они, судя по всему, насекомыми, которых ловили на лету или на земле.
Все три птерозавра сохранились в просто удивительном состоянии. Любая находка этих ящеров - грандиозное событие, ведь их полые кости гораздо легче разрушались, чем более прочные кости морских рептилий или динозавров. Тут же перед учёными предстало около восьми скелетов разной степени сочленённости и полноты. Например, от бергамодактиля известен почти полный солченённый скелет, а от неописанного птерозавра MCSNB 4562 - всего лишь фаланга крыла.
Долгое время именно триасовые отложения близ Чене были главным источником знаний о ранних птерозаврах. Из этого даже родился стереотип, что они были тесно связаны с морскими экосистемами на начальных этапах эволюции, однако недавние находки показали, что уже в триасе начали появляться самые разные с экологической точки зрения виды. Кроме прибрежных эудиморфодонов были также пустынные целестивенты (Caelestiventus hanseni Britt et al., 2018) и любители речных систем - йелафомте (Yelaphomte praderioi Martínez et al. 2022) и пачагнат (Pachagnathus benitoi Martínez et al., 2022).