Он бежал. От семьи, работы, от себя. Делал это каждое утро. Но приходилось возвращаться. Мыться, завтракать, улыбаться. Идти на работу.
Игорь бегал уже почти год. Тогда начались проблемы с женой: она стала раздражительной, недовольной. Он чувствовал, что ей не нравится сам факт его существования. Это проявлялось во всём: он не так раскладывал свои вещи, точнее, бросал; рассыпал сахар, курил, пил; он не занимался детьми, он мало приносил денег, он…
Он даже дышал не так, когда спал. Иногда подхрапывал.
Маргарита предъявляла столько требований, почему-то не думая, что и муж может сделать то же. У неё было полно недостатков: она не любила рано вставать и готовить завтрак, не любила мыть посуду, гладить рубашки… А любила болтать по телефону, ходить в кафе с подругами.
Подруги были ей роднее мужа. Стал чувствовать себя чужим, ненужным. И он стал бегать.
Это было мнимая свобода. Но такая сладкая.
Он видел таких же бегунов, которые говорили, что бегают для здоровья. Хотели сбросить вес, понизить холестерин.
– Всё это обман! – говорил себе Игорь. – Они бегают от себя, от своих проблем. А они были у каждого.
… Сегодня было прекрасное утро: пронзительно голубое небо; воздух как бы дрожал, кленовые листья прилипли к дорожкам, хрустели под ногами жёлуди…
Он свернул к прудам. В воде плавали листья осин, казалось, что это золотые монеты. Утки, почему-то не желающие улетать в тёплые края, рассекали листву, но делали это лениво, оглядывались: вдруг принесли еду?
Чистая от мусора гладь отражала белые облака, виднелись водоросли, потому что вода была прозрачна. Это порождало картину нереальную, словно небо соединилось с водной стихией.
– Я раньше этого не видел… – пробежала мысль, и он помчался за ней.
Он не замечал, что жена говорит только о деньгах. Можно подумать, что это забота о детях. Но она зациклилась на материальном ещё тогда, когда их не было.
– Хочу… – это слово было основным в её лексиконе. Девочка из общежития фабрики, всё хотела и хотела.
– Надо… – это было слово для него. И он пахал, как холоп на барском поле, как раб на галере… И устал.
Не хватало общения, духовной близости. Не было ощущения общения душ, и тело не хотело единения.
Игорь бегал, но уйти из семьи не мог. Это было выше его сил. Он обожал сына и дочь. И готов был любить жену, пусть неискренне, но не чужая же она.
– Это неправильно. Это обман. – Совесть зудила с утра до вечера.
– Это любовь к детям, – оправдывался Игорь.
И только жена думала, что Игорь подчинился.
– Мой-то молчит. Делает, что скажу, – хвасталась подругам, которые только и делали, что выясняли отношения со своими благоверными.
– Везёт тебе, Марго, такого мужика отхватила, – завидовали подруги, тайно мечтая, чтобы и у неё были проблемы: есть же высший разум, который делить всё поровну?! А не так, им – несчастья, а Марго – счастье.
Зависть подруг щекотала самолюбие Марго: она добилась подчинения мужа. Но о гибели любви она не думала.
– Куда он денется? – она самодовольно улыбалась, наблюдая, как Игорь возится с детьми.
А Игоря разрывала любовь к детям и презрение к жене.
– Я так долго не выдержу, – думал он. – А что делать? Бегать?
И он бегал. Бег успокаивал. Он стал частью жизни, которая и так была бегом. Ежедневным, изматывающим…
Бегали все: жёны от мужей, мужья от жён, подчинённые от начальников, начальники от подчинённых, преступники от полицейских, полицейские от … кого? тоже от кого-то!, дети от родителей, родители от проблем…
Так устроен мир: кто-то догоняет, кто-то убегает…
А любовь убегает от нечестности, измены, непонимания…
Есть те, кто её догнал?