Алёна. Наши дни.
-Мам, как закончу, я сразу же приеду к вам, - уже в который раз повторила я, стоя у двери.
-Хорошо, Алён. Мы с Вадиком будем ждать тебя в парке, - мазнув губами по моей щеке, сказала мама. - Не задерживайся.
Сколько я себя помню, мама всегда меня понимала и помогала, не смотря ни на что. Если бы не её поддержка, то даже не представляю, как смогла бы пережить всё то, что свалилось на меня в один момент пять лет назад: учёба, беременность, предательство...
У нас была крепкая и дружная семья - я, мама и Вадик, наш единственный мужчина. Отец умер давно, когда я училась в седьмом классе. С тех пор мы остались с мамой вдвоём, учась жить без него, пока четыре года назад в нашей семье случилось пополнение, и на свет не появился Вадим. И я бы с большей охотой сейчас провела время с ним, гуляя по парку, и наблюдая за тем, как он беззаботно хохочет, кружась на очередном аттракционе, но меня уже ждали офис редакции, Павел Андреевич и Кристина.
Махнув маме на прощание, я вышла из дома.
Собираясь после работы пойти на прогулку с Вадимом, я надела тёмно-синие джинсы и белую свободную рубашку навыпуск, на ноги обула туфли на низком ходу. Светлые волосы собрала в высокий хвост. Косметикой по привычке не пользовалась, лишь капелька блеска на губы.
До издательства я добралась быстро, и, пройдя через турникеты, поднялась на нужный этаж. Офис встретил меня пронзительной тишиной; ещё ни разу здесь не было так тихо и безлюдно, и мне даже показалось, что я слышу мерное тиканье своих наручных часов. Я прошла к своему столу, наслаждаясь отсутствием посторонних шорохов и звуков; мне было так спокойно. Ровно до тех пор, пока из своего кабинета не вышел Павел Андреевич, нарушая эту идиллию.
На некоторое время наши взгляды пересеклись. Я не знала, о чём он думал, слишком долго и пристально разглядывая меня, а когда молчание, воцарившееся между нами, затянулось, я не выдержала и произнесла:
-Доброе утро, Павел Андреевич.
Голос был тихим, и слегка дрогнул, будто споткнувшись на его имени, и я даже не была уверенна, что он услышал меня.
-Алёна, - кивнул он, не разрывая зрительного контакта.
Его голос прозвучал сипло, и мне отчего-то вспомнились моменты, когда он вот так же произносил моё имя, при этом неторопливо лаская меня. Удивительно, но эти воспоминания были такими живыми, яркими и красочными, словно всё происходило только вчера, а не шесть лет назад. А ведь я искренне полагала, что сумела запереть где-то в потаённых уголках своего сознания те счастливые моменты, что мы пережили с ним вместе, и забыть о них. И так и было до недавнего времени. Сейчас же, когда Паша оказался рядом, они снова напомнили о себе, причиняя тоскливую боль.
Я тряхнула головой, и поспешила отвернуться. Ну что ты за дура такая, Ромашова? Всё давно в прошлом, и нечего его ворошить. Ты же пришла сюда работать, а не предаваться забытым воспоминаниям. Так и работай!
-Может, приступим? – взяв себя в руки, впомнила я о цели нашего здесь пребывания.
-Придётся подождать Кристину, она немного задерживается. Попала в пробку, - ответил мне Павел Андреевич, подходя ближе. На нём были светлые джинсы и тонкий трикотажный джемпер чёрного цвета. Всё просто, но со вкусом. Впрочем, сколько я его помню, на нём всё всегда смотрелось хорошо, словно он сошёл с обложки модного глянца.
-О, - только и смогла выдавить я, взглянув на наручные часы.
-Я надеюсь, ты не против подождать немного. Или с этим есть какие-то сложности? – спросил он, и в его вопросе проскользнули холодные нотки. Или мне это только показалось? – Ты куда-то опаздываешь? Торопишься на очередное свидание? – усмехнулся он, заскользив по моей фигуре оценивающим взглядом.
-Моя личная жизнь вас не касается, Павел Андреевич, - отрезала я.
-Ты права, Алёна, меня совершенно не касается твоя личная жизнь, - он снова недобро усмехнулся. Красиво очерченный рот его съехал куда-то вбок. Паша подошёл ко мне почти вплотную. - Но вчера ты сама согласилась выйти, поэтому будь добра, думай сейчас о работе, а не о своём ухажёре. Или тебе настолько не терпится?
Я отшатнулась от него, почувствовав себя так, словно меня помоями окатили с ног до головы. Что он несёт? Неужели он и впрямь сказал это? Может, мне просто послышалось? Но выражение лица Паши красноречивее всяких слов говорило о том, что я всё правильно расслышала. Открыв рот, я уже собираясь бросить в ответ что-нибудь едкое и злое, но двери офиса широко распахнулись, и внутрь ворвалась Кристина, заставив меня подавиться невысказанными словами
-Простите, что опоздала. Пробки! – она часто дышала, словно бежала сюда, хотя сделать это на десятисантиметровых каблуках было бы весьма проблематично. И как она ноги себе не переломала?
-Ничего страшного, Кристина, мы ещё не начинали, - ответил ей Паша, отходя от меня. В его глазах всё ещё плескалась злость, направленная на меня, а я не могла понять причины этой злости. Может, он злился из-за того, что не послала ему поздравительной открытки в день его бракосочетания? Или из-за того, что сумела собрать себя по осколкам и жить дальше после того, как он ушёл по-английски?
Я отвернулась, не в силах вынести его взгляда, и обратила всё своё внимание на Кристину, которая была при полном параде: обтягивающее платье вишнёвого цвета, и боевой раскрас, который смотрелся не совсем уместно ранним субботним утром. Куда она так вырядилась?
-В моём кабинете нам будет удобнее, - голос Беляева вывел меня из задумчивости, и мы с Кристиной последовали за ним.
Пройдя в свой кабинет, он расположился за столом. Кристина придвинула свой стул почти вплотную к его стулу, изящным движением закинув ногу на ногу. Поправив копну своих волос, она немного склонилась вперёд, и теперь Беляеву открывался прекрасный обзор на аппетитную ложбинку, видневшуюся в вырезе её платья.
-Алёна, может, ты присоединишься к нам? - поинтересовался Паша, при этом губы Кристины недовольно поджались, словно она увидела что-то неприятное, а до меня, наконец, дошло почему она так одета. Да Ивашина, кажется, вознамерилась соблазнить Павла Андреевича, и наличие у него законной супруги её, судя по всему, ничуть не смущало. Ну и ну! Может, у них роман? Кто знает? Они давно работают вместе, и вполне возможно...
Я резко оборвала ход своих мыслей. Ромашова, тебе то что за дело до этого? Пусть об этом тревожиться его Аня, а не ты. Тебя это совершенно не касается! Чем быстрее вы начнёте, тем раньше закончите, и ты, наконец, сможешь пойти к Вадику с мамой.
-Конечно, - отозвалась я, присаживаясь за стол как можно дальше от них, но так, чтобы всё видеть и слышать.
Следующий час пролетел совершенно незаметно за обсуждением рукописи Стровского. Мы спорили, вносили правки, и я в очередной раз поймала себя на мысли, что мне чертовски нравиться моя работа. Она поглотила меня настолько, что на какое-то время я даже сумела отрешиться от всех проблем и забыть, что нахожусь в одном кабинете с Беляевым. К слову, он знал своё дело на отлично, подмечая каждую неточность, каждый недочёт, давал нам возможность высказать своё мнение, и только после общих обсуждений принимал решение, и как бы мне не хотелось этого признавать, но он оказался толковым руководителем. Вот не к чему было придраться! Даже стало как-то обидно.
Когда спустя час телефон Кристины пронзительно завопил из её сумочки, она извинилась и поспешила выйти. Мы остались одни за столом.
-Нужно посмотреть ещё вот здесь, - сказал Паша, и то ли случайно, то ли намеренно задел мою руку своей рукой. Его ладонь была тёплой, и меня словно прошибло током, а по позвоночнику пробежала толпа мурашек. Испугавшись реакции своего тела на его почти невесомое прикосновение, я отодвинула немного дальше стул, тут же ощутив на себе пристальный взгляд Беляева.
Как только Кристина вернулась на место, наши обсуждения возобновились, и продолжались до самого обеда.
-Я могу быть свободна, Павел Андреевич? – поинтересовалась я, когда Беляев закрыл рукопись. Мой беглый взгляд скользнул по циферблату наручных часов. Если поторопиться, то я ещё успеваю в парк. Возможно, даже прокатимся с Вадимом вместе на лодочке.
Он посмотрел на меня своими чёрными глазами-омутами, в которых я раньше тонула, и едва заметно кивнул.
-Да, Алёна, ты можешь быть свободна, - ответил он. – Ты тоже, Кристина. Спасибо за помощь.
-Ну что вы такое говорите, Павел Андреевич? Я всегда рада вам помочь, во всём, – проворковала Кристина, игриво наматывая тёмный локон на пальчик, а я едва не закатила глаза.
Устав наблюдать за её ухищрениями заарканить женатого мужчину, я бросила им дежурное "До свидания", и поспешила ретироваться из офиса. У меня были дела поважнее, чем смотреть на выкрутасы Ивашиной, и уже спустя пару минут за моей спиной захлопнулись двери издательства.
Улица встретила меня безоблачным небом и ярким солнцем, и я поспешила в сторону метро, по дороге набрав маме, и сообщив ей, что уже еду. В трубке послышался довольный возглас Вадима, и я невольно рассмеялась.
Перейдя дорогу, я заметила, что вперёд проехала чёрная иномарка Беляева, а затем притормозила всего в паре метров от меня. Открыв дверцу, Паша вышел из машины, и остановился, явно дожидаясь меня, а я, с каждым шагом неминуемо приближаясь к нему, пыталась отыскать хоть одну объективную причину, по которой он оказался здесь. Что ему нужно? Может, мы что-то забыли обговорить? Неужели придётся возвращаться обратно? Я едва не застонала в голос. Так не хотелось, тем более что мама и Вадик меня уже ждали.
Когда я поравнялась с ним, он лениво отстранился от глянцевого бока машины и сделал шаг мне навстречу.
-Алёна, - сквозь звуки проносящихся автомобилей послышался его бархатистый голос.
-Что-то случилось, Павел Андреевич? – нахмурилась я.
-А обязательно должно что-то случиться? – он сократил разделяющее нас расстояние, и теперь нависал надо мной огромной гранитной глыбой. – Нам с тобой по пути, могу подбросить, - неожиданно предложил он, а я подозрительно покосилась на него. Откуда он знает, куда мне нужно?
-С чего вы решили, что нам в одну сторону? – осторожно поинтересовалась я.
-Ты ведь проживаешь по старому адресу, с того и решил, - ответил он, не сводя с меня пристального взгляда своих чёрных омутов, и хотя на улице было тепло, я зябко поёжилась.
-Откуда вы знаете, что я до сих пор там живу?
-Видел твои документы в отделе кадров, - не стал скрывать он.
-И что вы ещё там видели? – я задала вопрос на выдохе, и он прозвучал тихо-тихо, едва различимо, а я стояла, боясь дышать. Там ведь приложена копия свидетельства о рождении Вадика. Неужели он видел её? Я вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, много ли ему известно. Что он видел в отделе кадров? Голова так и шла кругом.
-Что за вопросы, Алён? Что я там мог увидеть? Стандартный пакет документов, как и у всех. Прописка, семейное положение. Ты, кстати, так и не вышла замуж. Не позвал тебя твой Костик? - ухмыльнулся он.
-Нет, Павел Андреевич, - ответила я, едва не прикрыв глаза от облегчения. Значит, он не видел копию свидетельства о рождении Вадика. Тугой обруч, сжимавший грудную клетку, исчез, и дышать сразу стало легче. – И спасибо вам за столь щедрое предложение, но мне в другую сторону.
-Ах, да, я совсем забыл. Ты ведь торопишься на свидание, верно? – подойдя ещё ближе, спросил он.
-Так и есть, - ответила я, и собиралась обойти его, но Паша не позволил, удержав меня за локоть. Он сжимал не сильно, но в том месте, где его рука касалась меня, по коже медленно разливалось тепло, которое я чувствовала даже сквозь ткань рубашки.
-Неужели он настолько хорош? – тихо поинтересовался он, не выпуская мою руку из своей. В глубине его тёмных глаз всего на миг мелькнул какой-то безумный блеск, но сразу же исчез.
-Вы даже представить себе не можете, Павел Андреевич, насколько, - улыбнулась я, высвобождая руку из его хватки, и, упиваясь растерянностью и недоверием, что смешались на его лице. - Самый лучший мужчина, которого мне когда-либо доводилось встречать.
С этими словами я развернулась и, не проронив больше ни слова, поспешила к входу в метро.
Продолжение следует...