12 июня | Pedrouzo, альберг
Завтра всё-таки хочется остаться в Santiago, до которого осталось всего 20 километров.
Толпа'. Их действительно много. Но так как многие идут минималку, то ещё сильно тупят. Это мой плюс, я соображаю быстрее. Усталость превратилась в фоновое «ну, ок». Идёшь и идёшь. Вокруг всё больше людей говорят, что встречали русских. Интересно, кого я завтра встречу и встречу ли? Нужны очки и наушники. Но не хочется тратить денег, которых нет. Реально ступор, где их взять. Деньги, очки и наушники.
Сижу и парюсь, нормально ли, что я тут стригу ногти и пью пиво. Рядом подсаживается парень, невысокий и смуглый, весь в татуировках. Закуривает. Через минуту до меня доходит, что он курит самокрутку с гашишем. Предлагает мне, отказываюсь. Дальше не парюсь: принцип «разбитого окна».
Наркотики зло. Не употребляйте наркотики.
Есть Солнце большое и есть Солнце маленькое. Это и к человеку имеет отношение. Есть человек Звезда большая и есть человек — Звезда маленькая. Если замереть во время заката, в то время, когда Путь подходит к концу, то Звезда большая увидит большое Солнце, и отразится в нём. И человек, что замер, отразится в Свете и Тишине. Всё это будет тысячекратно отражаться друг в друге и свете. Тогда человек, что суть Звезда, станет частью большого и маленького Солнца. То есть он станет собой. Большой яркой Звездой. Путь не имеет границ.
' В этом городке объединяются три маршрута Камино.
13 июня | Santiago de Compastela
Я дошёл. Время — день. У меня есть компастела', кофе, сигареты, наушники, деньги, ночлег и очки, которые делают всё вокруг правильным. Мне кажется, это хорошо. Плотное личное хорошо. Я в нём вязну. Впереди собор, прогулка и ночлег. Завтра снова дорога, но уже другая, мягко и плавно. У меня есть всё время этого мира, а я есть у времени. Тут даже как-то сказать нечего, хочется петь и танцевать, как танцуют цыгане.
«Мы хотим танцевать, что с того?». Кайф от чёткого ритма в ушах. Бас и бочка, бочка и бас. В этой стране, как сейчас принято говорить, все умеют танцевать. И если им становится грустно, то они танцуют. Вы думали, что сиеста это отдых? Нет. Это время танца. А может быть вы считаете, что вечер это время отдыха? Опять нет, это время песен. А утро? Утро стоит оставить двум самым важным вещам в этом мире: любви и делу. То есть песне и танцу. И тогда, только тогда, всё встанет на свои места. Бог на первом месте, а всё остальное на своём единственно возможном.
Скажи, что ты не знал, что музыка и движение — акт творения? Думаешь, Бог творил мир в тишине? Если бы мы услышали эту музыку творения, то умерли бы от усталости! Никто не сможет остановиться во время такой музыки! Бог это танец. Да. Но Бог ещё и песня. Народная, громкая, где надрываются скрипка и голос, где ноги проламывают пол от неистовой пляски. Такую музыку писал Бах и Пьяццолла. Писали они её так, что мы могли бы остановиться в танце, передохнуть. Чтобы нам хватало сил ещё и петь. А с утра заниматься тем, что действительно важно: любовь и дело. Если говорить современным языком, то целовать облака и ветер, запускать пальцы в траву или воду, греть спину у огня. Всё то, что есть любовь и дело, песня и танец. И что с того, что мы иногда об этом забываем?
Наш Путь лежит дорогой белых облаков, если на дворе день, или дорогой звёзд, если на дворе ночь. Мы станем радугой над морем. А, как известно, не бывает монохромных радуг, значит нам нужны все цвета спектра. Как в жизни, в песне или танце. Как в любом деле. Слышишь мои барабаны? А видишь мои костры? И скрипку, что кричит по ночам? Так вот. Именно так. Слушай и смотри и не мешай Богу заниматься любовью с этим миром.
Звезда не взрывается, она начинает смотреть: а что есть у неё внутри? Так и с человеком, ведь каждый человек — звезда.
Сломай свой посох пилигрим.
Да, ты пришёл и ты любим:
Творцом и Небом и Звездой
И ты прощён. Прощён собой.
Вокруг, как раньше, длится жизнь.
Ты как дикарь, среди толпы:
Подстать святому и слепцу.
Воздай хвалу Звезде и Небу и Творцу.
Мы возведём новейший храм. На пустыре, на теле среди ран. Когда труба зовёт на бой, восстань, уснувший наш Король. Веди нас к небу через смерть. Мы будем здесь. Мы будем петь. Во славу Неба и Творца. На свет Звезды и до конца.
' Коспастела — сертификат на английском и/или латыни, которые подтверждает статус пилигрима (официально, с печатью Ватикана).
15 июня | Olvieiora, альберг
Жаркий день. В первом альберге не было места, во втором — оставалось 2. В первом — 12 евро, во втором — 6 евро. Спасибо.
Ответ на вопрос Жизни: Мир создал Бог. Это не ответ. Это только начало поисков. А тут жизнь, как жизнь. Собаки бегают, пацаны нагло смотрят, девочки красивые, альберги правильные.
16 июня | Кафе, утро
Кажется, я опять напишу, что это лучшее утро. Оно переполнено тишиной, чистым небом, огромными ветряными мельницами и магией. Той, что на кончиках пальцев. И дорога идёт, и слова идут, и тишина всё это любит. Не поглощает или прячет, она хранит нежно и с заботой. Как хранят старые фотографии пожилые люди. Но без грусти, только свет.
И ещё на этих листах не хватает следов от чашки с кофе, пыли с подушек, крошек со столов, отпечатков всех тех мест, где я был за этот месяц. Они играют важную роль. Да, я постоянно думаю, где буду спать, есть, или где купить бумаги для самокруток. Но каждое утро я трогаю тишину. Её тут многие трогают, но все как-то по-особенному, как-то по-своему. Это важно не только для нас, но и для тишины. С нами всё просто: она нам нужна на день, как еда или кофе. А ей нужны мы, чтобы не стать «застоем», чем-то вязким, мы словно ветряные мельницы перемалываем тишину своими мыслями, ногами и руками, создаём шлейф рюкзаками. Вот это вот всё.