Что это за сила, которая разрушает наши стены и меняет ландшафт нашей личности? Эта дрожащая энергия течет под кожей, электрические токи проходят через синаптические промежутки. Короткие замыкания, выбрасывающие искры в нежную тьму. Сердце обнажено, как оборванный провод, кончики пальцев скользят по необожженному сердечнику.
И вдруг кокон лопается. Изливают мечты, давно запруженные, реки выливаются на новые земли. Больные осколки прошлого превращаются в почву, компост для возрождения. Легкие расширяются, чтобы поймать ветры, которых давно боялись. Твердая земля разжижается, возможные потоки вязкие по усталым берегам.
Тело раскрывается в мир, выплескиваясь наружу. Мифическое «больше» — всегда вне досягаемости, теперь просачивающееся из пор, о которых мы забыли, может открыться. Более живой, более пробужденный. Освещенный изнутри пламенем, которое превращает страхи в топливо.
Что это, как не рана, которая нас исцеляет? Лезвие, которое режет настолько чисто, что мы забываем старые ограничения. Мы истекаем кровью из нежелания, из ран сомнений покрытых коркой. И наполняемся открытым небом. Кожа сбрасывается, мы танцуем новые шаги, кости скрипят и трепещут под странным ветром.
Мы рисуем красками, которые могут воспринимать только обнаженные глаза. Достигать обертонов могут вибрировать только открытые нервы. Ныряйте обнаженными в воды, которые мы никогда не осмеливались беспокоить. Проснулись, живы, напуганы, и все же мы прыгаем. Не зная, что так сладко зовёт из глубины. Нам плевать, если мы утонем, а только то, что мы ответим на зов.
Это дар любви, сокровище за риск. Безоговорочная капитуляция перед возвеличенным существованием. В тисках любви мы забываем, что когда-то жили меньше. Мы теряем себя год за годом, и наша единственная молитва – не переставать терять. Наше единственное желание — снова и снова раскрываться перед бесконечным небом. Быть разбитым любовью на целостность.