Алька сидела за последней партой, безразлично разглядывая стенды с формулами, которые ей ни о чём не говорили. Точнее, она лежала, подложив под голову алгебру.
Возле доски бубнил учитель, одноклассники списывали, держа телефоны на коленях… Тоска.
Пискнул мобильник – она встрепенулась: Влад приглашал в торговый центр. Алька повеселела. Проблема вечера решена: кафе, пицца, кофе. Она любила это место – самое чёткое в городе. Пойти-то больше некуда. А центр заменял всё: и кинотеатр, и клуб, и музей. Хотя о последнем она ничего не знала и никогда не бывала.
Алька учиться не любила. Всё равно ничего не понимала.
Полненькая, невысокого роста, всегда весёлая, она была не очень умной, но доброй. Круглое лицо с большими карими глазами, пушистые волосы ниже плеч и природное обаяние делали своё дело: учителя любили её и многое прощали. Статус вечной троечницы её не смущал – ей было всё равно. В жизни ценится что? Хорошее настроение. А она никогда не конфликтовала, была всегда жизнерадостной.
– Аля Сотова! – для проформы звал её учитель к доске. Она с удовольствием выходила, одёргивая короткую юбку, брала мел и преданно смотрела в глаза. Учитель, того не желая, начинал сам отвечать, а Алька пыталась записать на доске. Получалось плохо, класс хихикал, но не зло. А она оглядывалась, подмигивая и улыбаясь. Получала тройку с минусом и счастливая шла на место.
– Алька, давай сегодня к нам во двор, – предлагали ей старшеклассники – и она приходила. С ней было прикольно, она пользовалась успехом, потому что создавала настроение в компании.
Нину, мать Альки, периодически приглашали в школу. Она всегда приходила. Невысокого роста, полненькая – они были с дочкой как близнецы! И по характеру были одинаковые: смешливые, добродушные.
В школе Нина сразу доставала платочек, начинала плакать, когда говорили, что дочку невозможно учить. Со всем соглашалась, обещала принять меры…
Помочь Альке в учёбе она не могла, сама окончила вспомогательную школу. Дочка, которую родила в шестнадцать лет, пошла в неё.
Нина была твёрдо убеждена, что женщина должна быть только хорошей хозяйкой, поэтому была против репетиторов для дочери.
Алька заниматься хозяйством не любила, ничего делать не умела и не хотела этому учиться. Она любила гулять…
Отец Альки, Николай, искренне любил и жену, и дочку.
– Красавицы мои! – говорил, обнимая своих девчонок.
Он баловал их. Приезжая с вахт, а он работал девять месяцев через два, заваливал своих девчонок подарками и сладостями. Это было самое счастливое время для них! Дома не прекращались застолья с друзьями, соседями, сослуживцами. Мать и Алька пели и плясали. Это был их звёздный час.
Николай уезжал – они скучали. Время тянулось медленно. Нина не работала, Алька не училась. В девятом классе она начала встречаться с парнями. Мелкие одноклассники её не интересовали.
– Красавица моя! – совсем как отец говорил Влад, он был на два года старше, и очень нравился Альке.
Приходил он всегда со своим другом Пашкой.
Нина одобряла эти встречи. Кормила-поила друзей дочери. Веселилась с ними. Пашка, который воспитывался бабушкой, смотрел на неё восхищёнными глазами. И влюбился, соединив в одно любовь к матери, которую никогда не видел, и страсть к приятной женщине.
Алька кое-как сдала экзамены и с облегчением вздохнула: свобода!
Срочно поженились с Владом. Рановато, конечно. Но любовь же! Да и медлить было нельзя – ждали пополнение.
… Отец Альки приехал через девять месяцев.
Такси остановилось возле подъезда. Николай выгрузил свой багаж, сумку с подарками, посмотрел на окна квартиры, улыбнулся. Рассчитываясь с таксистом, бросил взгляд на двух женщин, переходивших дорогу:
– Красавицы мои…
Розовую коляску катила располневшая Алька, голубую – счастливая Нина.