Итак, после неподвижной службы в Таллине, у меня появилась возможность почувствовать себя морским волком. Корабль готовили основательно. Оказалось, что это был не простой поход. Корабль передавали Тихоокеанскому флоту. Если бы произошел конфликт по поводу состояния корабля, он мог бы дойти до командующего. А командующие на такие проблемы смотрят …………*, то есть очень плохо.
Сначала нас перевели в Балтийск, где в сухом доке ободрали краску со всего корпуса и заново покрасили. Потом вскрыли палубу и установили совершенно новые дизеля. Между прочим, там, в Балтийске, произошел курьезный случай. Я к тому времени уже был годком, и таких, как я, было еще одиннадцать человек из пятидесяти. Для тех, кто не знаком со всякими прибамбасами срочной службы, объясню, что на флоте есть такой негласный матросский праздник: «сто-дневка», то есть сто дней до дембеля. Как раз тогда и наступил этот наш срок в Балтийске, и мы решили его отметить. Дали мы местному работяге деньги и попросили купить водки. А он, пропади совсем, приволок тридцатиградусный напиток «Осенние листья». Жуткое на вкус пойло, но по мозгам бьет, как молотком. Нажрались мы до….……*, вобщем очень сильно. Все. Уснули, кто где упал. Хорошо еще, что никто за борт не свалился! Один из нас спал на крыше ГКП (главный командный пост). Один из артиллеристов лежал, обняв тумбу РБУ (реактивная бомбометная установка) и т.п.. Лично я дрых в кубрике на палубе, а ноги мои лежали на койке, поэтому проснувшись, я не сразу понял, где нахожусь. Разумеется, вахтенный офицер доложил об этом безобразии командиру, и начался разбор полетов. Каждому из нас велено было написать объяснительный рапорт. Уж не знаю, кто что написал, лично я ограничился фразой: «Отмечал традиционный праздник «сто дней до приказа о демобилизации», с кем пил не помню». По правде говоря, за эти «проказы» надо было бы всех нас посадить на «губу», но командир оказался в трудном положении. Мы были единственными опытными специалистами на всех боевых постах корабля, поскольку остальная часть экипажа состояла из неопытны салаг. Дело в том, что, составляя экипаж, балтийцы схитрили. Мы, годки, были им уже не нужны, ведь скоро дембель, и мы все равно уйдем. А неопытная молодежь, в создававшейся обстановке, ослабляла боеготовность остальных кораблей. Вот они и сбросили ненужный балласт. Получалось, что идти без нас, годков, в дальний поход было невозможно. Поэтому мы отделались взысканиями по служебной и комсомольской линии.
После капитального ремонта в Балтийске, нас погнали обратно в Таллин, в Минную гавань, где базировалась наша Бригада траления. Оказывается, в Таллине трудились лучшие на всем флоте наладчики радиотехники. Ко мне в рубку явились два мужика лет сорока и, для начала, выкушали весь спирт, который нам выдавали для протирки контактов на месяц. Поработав минут сорок, один из них говорит: «Метнись к кэпу, пусть еще нальет!». Я побрел к командиру, ожидая, что тот пошлет меня на…,.…...*, в общем откажет. Но тот, к удивлению моему, молча наполнил бутылку и отпустил восвояси. И так – несколько раз. Через три часа мужики прекрасно отладили аппаратуру, выжрали литр чистого спирта и удалились, как один из них сказал, «шлифануть пивком». Сильные ребята, подумал я, гордость флота!
Напарник мой ушел проверять корабельную связь, а я уселся в рубке на кресле и с удовольствием закурил. Рубка у нас была секретная, заходить мог только командир, а ему было не до нас. И вдруг слышу сдавленные слова командира: «Никак нет, товарищ капитан первого ранга!........Так точно, товарищ капитан первого ранга!». А затем мрачный голос: «Где радисты?». Господи, да это же начальник связи базы Корнеев. А я расселся с сигаретой в руке! Как сейчас помню, привстав с кресла, вытянул руку вверх и затушил окурок между стальных труб и кабелей. Открываю дверь с мыслью, что в Таллине запросто могут засадить на «губу», здесь радистов пруд-пруди, так что есть, кем заменить. Но мне несказанно повезло: в этот момент командир доложил Корнееву, что корабельная связь готова к проверке. Тот взглянул на меня и, с явным сожалением, стал подниматься на ГКП. Взгляд у него был тяжелый, но спокойный. Наверно так смотрит лев на пойманную антилопу, мол никуда ты милая не денешься, сейчас я тебя буду кушать. Больше он к нашей рубке не подходил, видно уже не до нас было.
Наконец пред-походная суета закончилась, и прозвучала команда: «Корабль к бою и походу приготовить!».
Прощай Таллин, прощай Балтика!
Селезнев М.Ю.
Продолжение следует.
Прошу оставить свои комментарии, подписаться, если понравился рассказ.