Как ни странно, Красная армия в начале 1930-х годов не имела планов обороняться от внешних врагов - стратегия высшего командования РККА была чисто наступательной. И если честно, для этого были основания: и по техническому оснащению, и по численности рабоче-крестьянская армия была несравнимо сильнее вооруженных сил всех сопредельных государств.
В 1929 году в ходе боёв на КВЖД ею уже были наголову разгромлены китайцы. Причем РККА задействовала в Маньчжурии практически весь свой военный потенциал, продемонстрировав миру то, чему русские смогли научиться с момента окончания гражданской войны. В боях использовалась бомбардировочная и истребительная авиация, танки, артиллерия, мотопехота, мониторы и канонерские лодки речной флотилии. Задействовали даже баржу-авианосец.
Согласно советской наступательной доктрине, любая войсковая операция должна была начинаться с действий авиации. Тяжелые бомбардировщики с самолетами сопровождения наносили удары по коммуникациям и ключевым военным объектам в тылу противника, одновременно выбрасывая воздушные десанты. Затем следовала мощная артподготовка, в «размягченную» линию обороны вклинивались бронетанковые части, а уже в образовавшиеся бреши шла мотопехота.
Определенное влияние на советскую военную мысль оказала так называемая «теория Дуэ» - измышления итальянского генерала, выпустившего книгу о ведущей роли авиации в современной войне. В частности, были услышаны и приняты к сведению его выводы о необходимости направлять существенную, если не основную часть военного бюджета на нужды авиации, в первую очередь тяжелой бомбардировочной. Тогда же и появилось словосочетание «господство в воздухе».
Следует заметить, что к началу 30-х годов прошлого века лишь ВВС РККА располагали полноценной стратегической бомбардировочной авиацией, включающей сотни самых современных на тот момент тяжёлых бомбардировщиков ТБ-3. Для сравнения - в Японии было всего пять четырехмоторных бомбардировщиков, переделанных из немецких пассажирских самолетов, в Англии стратегическая авиация появилась лишь в ходе Второй мировой войны, в США тяжелые бомбардировщики начали производить только в конце 30-х.
Причем советские ТБ-3 рассматривались командованием лишь как машины переходного этапа. Бомбардировщики, призванные их заменить, должны были иметь гораздо большую бомбовую нагрузку и увеличенную дальность. Правда, при этом техническое задание не требовало от новых тяжелых машин значительного увеличения скорости или высоты полета. В итоге такая концепция развития должна была привести к появлению монструозных многомоторных бомбовозов, по взлетной массе сравнимых с современным отечественным ракетоносцем Ту-95.
ТБ-3 по тогдашней классификации по аналогии с флотом считался «линкором 2-го класса». Дополнять его должен был ещё больший по размерам шестимоторный ТБ-4 - «линкор 1-го класса». Более того, в Харькове конструктором К. А. Калининым создавался «дублирующий» ТБ-4 тяжелый бомбардировщик К-7.
Но и на этом грандиозные планы командования ВВС, уже пораженного гигантоманией, не останавливались. На следующем этапе военно-воздушные силы должны были получить сверхтяжелый бомбардировщик ТБ-6 или похожий двенадцатимоторный Д-1, разработкой которого занимались в Военно-воздушной академии им. Жуковского. В планы входило также создание совсем уж монструозного ТБ-9 с бомбовой нагрузкой 25 тонн.
Всем этим планам не суждено было сбыться. В связи с высокими темпами развития истребительной авиации и зенитной артиллерии бывшие когда-то вне конкуренции ТБ-3 быстро устарели, и уже в войне с Финляндией 1939-1940 годов зачастую становились лёгкой добычей современных истребителей.
В годы Великой Отечественной войны ТБ-3 уже просто не могли применяться по прямому назначению и некоторое время использовались в качестве ночных бомбардировщиков, грузовых и десантных самолётов.