Полунин открыл глаза и белые стены «поплыли», на него, со всех сторон. Потом боль в голове и вспышка в глазах. И тишина.
Пронзительная, как далёкий колокольный звон. И приятная лёгкость во всём теле. Как, тогда, во время взрыва в горах. Другим, кажется, что ты погиб. А для тебя лишь начинается необъяснимая лёгкость бытия.
И даже боль уходит в другое измерение. Помнил слова, там, над ним: «Не стало капитана Полунина. Жаль!».
Помнил лечащего врача, который сказал: «Господь, видать, хранит, Пётр Семёнович! За десять часов операции аж 25 осколков достали. И каких? Но, видать, не для тебя.
Места живого нет на теле, кости ещё будем лечить и править. Но, глаза, руки и ноги на месте, всё, что нужно по жизни. Только, по поводу ходьбы, у меня, большие сомнения, капитан».
Полунин ещё помнил руки. Их было несколько. Думалось – это во сне. По счастью, это были все ребята из горного спецназа. Которые добрались с пяти экстренных «вертушек», доставивших их - выше по склону.
Только был слышен шёпот. И ощущался притянутый бинт. И госпиталь, где врач улыбнулся.
«В рубашке родился, Пётр Семёнович! Только вас с дюжину осталось. Остальным – вечная память! Повезло, что наши с вертушек прыгнули. Командование всех к наградам представило. Вы – герои! Полсуток бились и не сдались».
Когда вручали ордена, Полунин был на коляске, как и, ещё двое, из их группы. Генерал, тогда, всех расспрашивал, как собираются жить дальше. Капитан сказал, что отвоевался и будет искать своё «место в строю», но уже на гражданке. Как колясочник.
А, сон про орла, снился ему часто. Мама шутила: «Петечка! Это, тебя, небо зовёт, как деда, который бегал с завода прямо в аэроклуб, а потом, даже в финской, участвовал. А ты, если не летать, то строить самолёты точно будешь. Вам, видать, без неба никак нельзя. Кровь ваша такая!».
Прошло уж десять лет. Закрытый показ беспилотников для армии. Вот они: красавцы на взлётке. От ярких для шоу – до «птиц в камуфляже». Исполнилась мечта капитана, теперь, в горах, летают и его «орлы», которые ничем не отличаются от настоящих.
Только вот всё, что видят, то передают на командный пункт для принятия решений. А, там – на полигоне, был и, тот генерал, теперь, правда, не с одной, а тремя звёздами - на погоне. Удивился он Полунину.
А потом обнял и сказал: «Вот, что значит воинский характер. Притяжение неба настолько сильно, что даже из коляски вытянуло и до руководства КБ довело. Молодец!».
В отпуске, как обычно, был дома. Отцу, на день рождения, подарок привёз. Самолётик - на все случаи жизни.
«Пап! Смотри, на пульте, все кнопки понятны по функциям. А с ним можешь свои поля опылять и даже делать аэросъёмку. А вот с этой «рогатки» будешь его запускать в небо, отовсюду, даже с кузова пикапа».
Ведь на пенсии, и бывший танкист может стать пилотом. Сам тебя обучу всем премудростям таких полётов. Без неба нельзя».
Отец кивнул и, снова, стал смотреть, в бинокль, за парашютистом. «Петь! Тося летит. Помнишь девчушку, через дорогу. Теперь инструктор по прыжкам в аэроклубе. Поехали к точке приземления. Познакомлю».
Полунин улыбнулся: «Пап! Думаешь, что стоит». Отец радостно показал большой палец. «Мировая девушка! С боевым характером. Ты знаешь – небо других и не терпит. Матушке нравится.
Так и говорит: «Вот, такую бы, мне невестку. С характером! Как - у сына. Да, и небо, для них – общее». Поехали! Может, это судьба?!».
