Косинский проснулся рано и всё смотрел в потолок на кофейную «клетчатку» спальни. «А что, сейчас, закончатся эти гастроли в Праге и всё! Наш «Медичи» скажет, что больше трёх ролей - дать тебе не смогу.
Увы! Так что, друг давний, давай ищи подработку. И ведь, фраер, «не даёт никакой слабины». А мы, так близко корешились, весь курс: в печали и в радости. И халтура была общая и девочки. А сейчас - всё врознь: и лавры, и табачок. Эх!».
Вся труппа поехала на экскурсию. Только Косинский сказался больным, а Травинская отпросилась по магазинам. Автобус отправился, от отеля, «на дневной круг» возле Праги. «Медичи» был в ковбойской шляпе и хорошем настроении. Рядом, пара молодых талантов в мини-юбках.
Травинская, глядя на них, ещё сказала: «Пройдут годы, и останется, только постельная квалификация. Вот, о другой, никто не позаботился в юные годы. Печально!».
Косинский дремал, при раскрытом балконе, и всё слушал пение птиц на тихой улочке. Стук в дверь. «А вот, и моя Танечка! Как же чудно устроена жизнь?! У нас, с ней, было по паре браков. Но, остались, всего-то, воспоминания. Целых сорок лет нашему интимному союзу. А всегда просыпается драйв в постели. Обожаю, тебя, партнёрша!».
Он, в халате на голое тело, открыл дверь и принял свёртки. Травинская впорхнула в номер, как на сцену. «Кирюш! Открывай, я, и тебе, купила обновки: свитер и рубашечку. Мне понравилось!». Он поцеловал её. «Танюш! Сама же знаешь, что твоему вкусу всегда доверяю. Умница!».
Танечка ловко распахнула халат и присела. Посмотрела сверху вниз. Как пантера перед прыжком. «Кирюш! Мне всегда нравилась твоя готовность. Как мужика – хоть в постели, хоть на сцене. Даже, мне кажется, и во сне – всегда готов! Помнишь, как, в том, далёком сопливом детстве».
Он застонал и погладил её по голове. А, потом, легко вскинул себе на руки и понёс к кровати. «Хочу наслаждаться тобой целый день, пока не приедут. Иди же».
Спустя час, они вальяжно лежали, «перекрестив» руки и ноги, на одной подушке. Он медленно вёл рукой внизу живота дамы, вновь тихо возбуждая эмоции. «Кирюш! После всех перестановок «Медичи», череда дошла и до пенсионеров. Да, мы - оба народные.
Но! Надо нам думать: о жизни и о старости. Знаю, что мы будем держаться вместе. Как делали всегда. Раньше, по молодости, всем халтуры так хватало: в столице и в области. А, теперь, нужен долгий забег «по сценам всей России». Нужно подумать про антрепризу. Ты как?».
Косинский рассмеялся. «Красотуля моя! Все приходят на приму, народную артистку Травинскую, а я, сорок лет, наслаждаюсь своей Танечкой. Без всяких званий. Для меня, ты так осталась студенткой третьего курса, с которой были дивные ночи на сеновале совхоза.
А, по этой теме, я давно кумекаю. Знаешь, набирается, вместе с нами, аж десять человек и «все – по парам». Представил афишу и прямо гордость: все народные и заслуженные. О!».
Спустя три месяца, их проект «Кулисы – 2000» стартовал. Первый круг - по Золотому кольцу. Директор Вася Бринер всё шумно радовался. «Кирилл Иванович! Раньше только халтурой промышлял для актёров.
А, теперь, спасибо вам и Татьяне Тихоновне, театр «на колёсах» забабахали, что прямо: мама – не горюй. Сам «Медичи» локти кусает от досады – с «зелёной молодёжью» остался на бобах».
Травинская улыбнулась: «Теперь, Вася, вся халтурка будет у них. Мы знали, что: сначала - сцена, а потом – постель. А они - забыли!».
