Рассказы о том, что ОГПУ (НКВД / КГБ) охотился за каждым покинувшим СССР перебежчиком с целью его физического устранения – не более чем миф. На большинство диссидентов органы госбезопасности не обращали никакого внимания. Слухи же о «покушениях», зачастую распускали сами перебежчики, чтобы поддержать интерес к себе. К таким фантазёрам можно причислить и Бориса Бажанова, гордо именовавшего себя личным секретарём Сталина, а по сути – мелкого клерка, которому по долгу службы удалось где-то что-то услышать и где-то что-то подсмотреть…
Родился Борис Георгиевич Бажанов в 1900 г. в Могилёве-на-Днестре (современный Могилёв-Подольский, Винницкая обл.). В 1917 г. после гимназии он поступил в университет в Киеве. Однако в 1918 г. был вынужден вернуться в родной город, как утверждают – из-за ранения. Получил он его вроде бы при разгоне студенческой демонстрации, которые протестовали против закрытия университета самопровозглашённым гетманом Павлом Скоропадским.
В 1919 г. Бажанов вступает в ряды РКП(б), причём отнюдь не по идейным соображениям. Согласно воспоминаниям, уже тогда он планировал «принять участие в политической жизни». При этом выбор был не богат: либо большевики, либо украинские националисты. И поскольку последние Бажанову были не близки, он выбрал коммунистов. Впрочем, и к ним он не питал никакого уважения, считая: «…что нельзя многого ждать от этих малокультурных и примитивных большевиков».
Подобные рассуждения не помешали Бажанову начать работу по партийной линии в своём городке, а затем перебраться в Москву. По некоторым данным в 1920 г. он поступил в Московское Высшее техническое училище (сейчас МГТУ им. Баумана). А уже в 1922 г. Бажанов устроился работать в Орготдел ЦК РКП(б), который в тот момент остро нуждался в грамотных молодых людях. Там его заметил Лазарь Моисеевич Каганович. Он и рекомендовал назначить расторопного, ответственного Бажанова секретарём Политбюро и помощником Сталина по делам этого самого Политбюро.
Проработал Бажанов на этой должности вплоть до конца 1927 г. При этом с 1926 г. он параллельно занимал посты в «Финансовой газете», Высшем Совете по спорту и в Наркомате финансов.
Описывая свою деятельность Бажанов не скромничает:
«Я постепенно дошел до того, <…> что должен был делать Сталин
Крутясь в самых верхах, молодой человек и разочаровался в коммунистической системе. Сам он впоследствии объяснял свой «разворот» тем, что во время работы в Политбюро увидел массу лжи, что понял истинные цели революции, которые отнюдь не совпадали с теми, что декларировались народу.
В итоге у Бажанова созрела мысль покинуть Страну Советов. Правда, к тому моменту (по его же словам), выезд за границу ему был запрещён. Более того, ОГПУ приставило к нему соглядатая – некоего Максимова (настоящее имя – Аркадий Романович Биргер). Тогда Бажанов устроил себе командировку в Туркменистан. За ним отправили и Максимова. Впрочем, по версии самого перебежчика, Максимова он пригласил в поездку сам, дабы усыпить бдительность чекистов.
Как бы там ни было, но в ночь на 1 января 1928 г. Бажанов с Максимовым (которого он якобы перевербовал), пересекли границу СССР с Персией (с 22 марта 1935 г. – Иран) и добрались до Мешхеда. Там они надолго не задержались. То ли боясь депортации обратно в Союз, то ли опасаясь покушений (которые даже вроде бы имели место быть), но вскоре Бажанов покинул Персию, перебравшись в являющуюся английской колонией Индию. Оттуда, благодаря поддержке британского правительства, он выехал сначала в Лондон, а затем в Париж.
На чужбине Бажанов устроился неплохо. Он сразу начал писать статьи для западной прессы, а в 1930 г. опубликовал мемуары «Воспоминания бывшего секретаря Сталина», которые на Западе сразу стали бестселлером
По словам перебежчика, даже в Париже Советы предпринимали попытки его устранения. Последняя из них состоялась якобы в 1937 г. Впрочем, это маловероятно. Никаких секретов Бажанов не знал, в связях с белоэмигрантами замечен не был, да и в политику не особо лез. Так что советскому правительству вообще и Сталину в частности, он был совершенно не интересен. Хотя сам Бажанов был убеждён в обратном:
«Самым усердным читателем моих статей был Сталин. <…> …требовал, чтобы всякая моя новая статья ему немедленно посылалась аэропланом»
Говорят, что в период Зимней советско-финской войны Бажанов пытался организовать нечто вроде русской армии из военнопленных, чтобы воевать на стороне Финляндии. Но толком из этого ничего не получилось. В начале 40-х с Бажановым на предмет совместной работы встречался Альфред Эрнст Розенберг – один из идеологов нацизма. Однако получил отказ. В воспоминания Бажанов писал, что открыто заявлял о недопустимости сотрудничества с нацистами. И добавлял, что на его выступлениях всегда присутствовали агенты гестапо, задавая провокационные вопросы. При этом всю войну перебежчик спокойно прожил в оккупированном гитлеровцами Париже, т.ч. доверять этим словам слишком сильно не стоит. Как и воспоминаниям вообще. Его книга больше напоминает философско-приключенческий роман, основанный на реальных событиях. Доверять таким «мемуарам» если и можно, то с большой осторожностью и множеством оговорок.
Кстати, в 1977 г. в Париже была издана новая редакция воспоминаний, которую Бажанов дополнил своим видением событий советской истории, произошедших уже после его бегства. Эта книга была издана и в России, в 1990 г. – уже после смерти автора, который скончался в 1982 году.