Четыре с лишним тысячи лет назад, когда пирамиды Египта были современной архитектурой, в зелёных горах Малой Азии возникла Хаттуса - царство с каменными крепостями и бронзовой металлургией. Для индоевропейских варваров оно было высокой цивилизацией, так что покорив Хаттусу, они стали называть себя хетты. Итогом той истории стало железо, впервые выплавленное хеттами и хаттских городах... но при чём тут Кабардино-Балкария?
Дело в том, что хатты говорили на тех языках, которые наука хеттских потомков назвала абхазо-адыгейскими, и дебри Западного Кавказа, откуда не было возврата чужакам, стали последним оплотом древнейшего населения Малой Азии и Причерноморья. Там возник особый, безмерно опасный мир бесконечной войны, где основой экономики с эллинских времён была работорговля, а всю жизнь определяла Хабза - древний кодекс чести, свод законов и вероучение. Адепты Хабзы веровали в единого непознаваемого бога Тхьа, но отрицали ад и рай: страшный суд над душой усопшего вершили его предки.
Адыги не признавали капитальных зданий, однако их одежда, оружие, лошади и быт стали каноничны для всего Кавказа и русских казаков впридачу. На Руси адыгов называли касоги, и с тех пор, как Мстислав Удалой одолел силача Редедю и крестил его сыновей, их князья легко входили в русское дворянство. Черкесами адыгов прозвали генуэзцы, охотно продававшие их на Ближний Восток в мамлюки, как в арабских халифатах называли воинов-рабов из иных народов. Но итогом восстания мамлюков в Каире стала черкесская династия Бурджитов, в 1382-1517 годах правившая Египтом.
Свергнутым и подобранным генуэзцами Бурджитом, вероятно, был Инал Светлый - единственный пши (князь), сумевший сплотить два десятка адыгских племён в единую Черкессию. И могло бы их государство стать центром силы от Дуная до Яика, да только умерло оно вместе с Иналом. Большинство племён продолжили свою бесконечную войну, но то ли Иналов внук Идар, то ли соратник Кабарда Тамбиев где-то в 15 веке увели немалую часть своего народа в степи бывшей Алании - христианство царства на Центральном Кавказе, растоптанного монголами и Тамерланом.
Его жители - осетины, вайнахи и половцы (предки карачаевцев и балкарцев) укрылись в горах, а традиционно жившие кочевым земледелием адыги первыми заняли плодородные предгорья. Но уйдя из лесных дебрей от междоусобиц, князья Кабарды быстро поняли, что степь совсем не защищает от внешних врагов.
Самым опасным из таковых стало Крымское ханство, и после нескольких татарских набегов Идаров сын Темрюк стал искать союзников. Его сыновья поехали на поклон царю в Москву, а дочь Кученей (Марья Темрюковна) в 1552 и вовсе вышла замуж за Ивана Грозного. Памятник тем событиям - Триумфальная арка (2007) у трассы "Кавказ" на въезде в Нальчик:
Первого "навеки" хватило на 20 лет: после того, как в 1570-71 годах Девлет-Гирей убил в бою Темрюка, а потом ещё и разрушил Москву, кабардинцам оставалось лишь признать себя вассалами Крымского ханства. Иго, правда, тут было довольно условным: Кабарда платила символическую дань и не участвовала в войнах на стороне врагов Крыма, князья роднились с ханами, а их наследники принимали ислам. Порой между князьями вспыхивали междоусобицы, усмирявшиеся методом татарских набегов.
С 1709, когда князь Кургоко Атажукин разбил крымское войско, Кабарда и вовсе объявила себя независимой. Именно в последующие годы возникло большинство её селений, и в том числе в 1724 году куаже (аул) Асланбека Кайтукина, одного из влиятельнейших князей Кабарды, между рек Нальчик и Шалушка. Наконец, к середине 18 века Россия пробилась сквозь степи к своим кавказским подданным, которые, наверное, известием об этом подданстве были изрядно удивлены.
Началась классическая для русской экспансии борьба пророссийской и проосманской партий, на стороне которых порой выступали армии борющихся держав: в 1774 году, по итогам очередной русско-турецкой войны, Кабарда была признана частью России. Признана всеми, кроме самих кабардинцев: первыми из народов Кавказа подчинившиеся белому царю, они же первыми против него восстали.
На рубеже 18-19 веков опустошённую исходом целых родов и карательными операциями русских генералов Кабарду заковали в кандалы крепостей, одной из которых стал Нальчик, основанный Алексей Ермоловым в 1818 году у руин Кайтукинского аула. И была бы эта крепость заурядным пунктом Кавказской укреплённой линии, да только в 1826 году в состав России вошла ещё и Балкария - глухая, но мирная и богатая высокогорная земля, для окрестных племён бывшая подобием "нейтральной Швейцарии".
Нальчик оказался не только на стыке её гор с полями Кабарды, но и посередине между Череком и Чегемом - ущельями крупнейших балкарских горных обществ, и, конечно же, не мог не превратиться в главный кабардино-балкарский торг. В 1839 году при крепости было организовано военное поселение, в 1842 туда же переехал штаб центрального сегмента Кавказской укреплённой линии, в 1871 году Нальчик стал слободой в Пятигорском округе Терской области, а в 1882 сам выделился в центр округа.
С разных сторон к нему тянулись длинные языки кабардинских и балкарских аулов, в самой слободе же из 4,9 тыс. жителей (в 1897 году) 65% составляли русские (в основном военные и чиновники), а 21% - и вовсе горские евреи, извечные торговые посредники Кавказа. Кабардинцы и "горские татары" не выделились числом среди немцев, армян, грузин и поляков - примерно по полсотни человек. Была здесь глушь, мирная и богатая...
...пока слобода не превратилась в город, а история Нальчика не пошла на второй век. По итогам Гражданской войны, в которой белые казаки и кабардинцы из Дикой дивизии обороняли Нальчик от балкарских и осетинских красных партизан, а также кабардинских шариатских коммунистов, Терская область превратилась в Горскую АССР, где Нальчик и его курортное предместье Долинск сделались центрами Кабардинского и Балкарского округов.
Первый уже в 1921 выделился в Кабардинскую автономную область, по случаю чего Нальчикская слобода стала городом. В 1922-м была образована единая Кабардино-Балкария, в 1936 из автономной области повышенная до республики. И поля Кабарды полнились колхозами, в горах Тырныауза сложнейшие рудники тянулись к залежам редких в СССР вольфрама и молибдена, а у подножья Эльбруса росли один за другим спортивные лагеря: альпинизм с его культом смелости и ответственности советская власть поддерживала как мало какое хобби.
Вчерашняя слобода бурно перестраивалась в город - немного курортный (в сладком воздухе предгорий), немного индустриальный (завод "Гидрометаллург" с 1936 года перерабатывал добытую в Тырныаузе руду), но в первую очередь советский Нальчик развивался как столица двух народов с обкомами, вузами и национальными театрами. Лицо его определял конструктивизм, но лицо это изменила война: как ключ к нескольким перевалам, Нальчик оказался в эпицентре Битвы за Кавказ, переломными моментами которой стали его взятия и немцами 28 октября 1942 года, и Красной Армией 3 января 1943-го.
Чрезвычайно эффектный монумент за аркой, впрочем, посвящён не освободителям, а 115-й Кабардино-Балкарской кавалерийской дивизии под командованием казака Антона Скорохода, которая отчаянно сражалась с немцами между Волгой и Доном. И хотя с шашками на танк кавалеристы не кидались, к осени 1942 года почти все сложили головы в боях.
За войной последовала депортация балкарцев. До 1957 года, когда горцы были реабилитированы и вернулись на родину, Нальчик значился центром уже не Кабардино-Балкарской, а просто Кабардинской АССР. Но по факту, с учётом извечных кавказских клановости и кумовства, КБР так и осталась кабардинской республикой.
В постсоветскую эпоху ей руководили один Каноков (Арсен в 2005-13) и три Коковых (Валерий в 1992-2005, его однофамилиц Юрий в 2014-18 и сын Казбек теперь), причём Коков I сумел в жестокие времена сохранить Кабардино-Балкарию самой спокойной из кавказских республик. Это не далось даром: в 1992 Нальчик кипел митингами Конфедерации горских народов Кавказа, лидером которой был кабардинец Муса Шанибов, не чуждый идей построить адыгское государство от Абхазии до Кабарды.
А учитывая, что посередине этого государства оказался бы тюркский анклав, можно представить появление на Кавказе ещё одной горячей точки.... Однако Валерий Мухамедыч тогда смог удержать ситуацию под контролем, а когда запылала Чечня - не дать пожару войны перекинуться на Кабардино-Балкарию.
В сентябре 2005 года Коков покинул пост из-за рака, который утащил его в могилу месяц спустя, и только почуяв, что Валерий Мухамедыч не вернётся, 13-14 октября Нальчик атаковали несколько сотен боевиков - буквально всё ваххабитское подполье Кабардино-Балкарии. Спланировал набег Шамиль Басаев, возглавили - местные исламисты Анзор Астимиров и Артур Мукожев, и по итогам полутора суток боёв за ключевые здания в центре города на его улицах остались лежать 14 мирных жителей, 35 силовиков и 91 террорист.
То был последний крупный бой постсоветских войн на Северном Кавказе, ну а терроризм в Кабардино-Балкарию тогда только пришёл, причём в особенно циничной форме - Баксанский джамаат атаковал в Приэльбрусье инфраструктуру и убивал случайных туристов... Окончательно пыль осела лет 10 назад, и теперь КБР впечатляет своей атмосферой покоя и какого-то особого, немного чуждого порядка. Наверное, так было здесь и в позднесоветской "золотой век" - в 1956-85 годах К(Б)АССР руководил Тимбора Мальбахов, широкая улица имени которого начинается за аркой и всадником:
Вид с кадра выше очень показателен: мы стоим ещё в Кабарде, а на другом конце города встаёт зелёная стена Лесистого хребта, от подножья которого начинается Балкария.