В это время бравый полковник по имени Пётр Ильич, зорко следивший со своего насеста за чужаком, издав боевой клич, камнем кинулся на врага. У Симки не выдержали нервы, и она лягнув подойник, ловко извернулась и ткнула оторопевшего Макса рогами прямо в бок.
Начало
Глава 25.
Глава 26.
На завтра приехала внучка, Петровичу совсем не здоровилось, мало того, что спина по-прежнему не давала шевелиться, так ещё и температура поднялась, старик, точно простыл. Чтобы не навредить дедовой спине, пришлось снять в машине задние сидения, разложить матрас и устелить всё перинами, и закутанного в одеяла, транспортировать лесничего в посёлок…
Максим остался домовничать один, Алёна обещала вернуться и заниматься хозяйством, пока дедуля не поправится…
В хлеву дурным голосом блеяла Симка, за суматохой и волнением про скотину совсем забыли. Коза осталась не доена со вчерашнего дня.
- Сима! Привет, сейчас я тебе помогу, - опасливо поздоровался с животиной Максим. Коза в ответ подозрительно мемекнула и на всякий случай выставила навстречу спасителю рога.
- Не бойся, я тебя просто подоить хочу, - пытаясь усыпить бдительность ласковым голосом, Макс с подойником в руках обходил козу с тыла. В какой-то момент ему показалось, что Симка поняла его намерения и, узнав подойник, догадалась, зачем он здесь. Коза и, вправду, стояла не шевелясь. Он тихонечко приставил скамейку, на которую обычно садился дед Савелий и, вспоминая всё, что тот делал и, что говорил скотине, осторожно дотронулся до вымени.
Коза напряглась, но терпела. Вымя оказалось тугим как барабан, горячим и очень нежным. Молодой человек, по примеру хозяина, аккуратно смазал его детским кремом и сделал попытку потянуть за сосок. В это время бравый полковник по имени Пётр Ильич, зорко следивший со своего насеста за чужаком, издав боевой клич, камнем кинулся на врага. У Симки не выдержали нервы, и она лягнув подойник, ловко извернулась и ткнула оторопевшего Макса рогами прямо в бок. Удар оказался довольно сильным, и, парень охнув от неожиданности, завалился на спину.
- Да, ну вас, идиоты! – выругался Максим и, зажимая раненый бок, убрался из хлева, даже не заметив, что петух успел выскочить через щель в двери на улицу.
Он спохватился только к полудню, когда Пётр Ильич зычным криком огласил окрестности. Сначала Максим не обратил внимания, но вдруг, сообразил, что слишком уж громко слышно кукарекание, не как обычно, со двора. Парень выскочил на улицу – так и есть: полковник балансировал на заборе, недружелюбно косясь прямо на злодея, то бишь его – Максима.
- Пётр Ильич, давай-ка домой, замёрзнешь, - начал он его увещевать, - опять же, девушки твои там в одиночестве, заждались, наверное, - а, сам подступал всё ближе к птице. Не тут то было, полковник, не поверив ни единому слову, резво перелетел на пару метров подальше.
- Ну, и мёрзни, собака! – махнул рукой парень. - Ах, да, собака-то не кормлена!
- Бобик! – позвал Макс, - Бобик, выскочив из своей конуры, радостно завилял хвостом, - один нормальный человек, среди всех прид*рков только и нашёлся, это ты, Боб!
Макс вынес собаке похлёбки и, сидя на крыльце, наблюдал за петухом, опасаясь потерять его из виду. Окончательно замёрзнув, он всё-таки, пошёл в избу, плюнув на полковника, так как безмозглая птица приговорила себя сама…
Продолжение