«Тот, кто хочет понять символ, всегда идет на риск». (О.Уайльд)
Алые паруса, 1920 — 3. Алый «Секрет»
И наконец, о встрече героев. Грину удается создать ощущение напряженного и торжественного ее ожидания в повести.
Первый день в Лиссе его герой
«...Полный тревожного внимания к тоскливости дня, ...прожил ... раздражительно и печально: его как бы звал кто-то, но он забыл, кто и куда».
«- Ведь ты приедешь, Сережа?» -
Так, вопросом девочки Оли, встреченной спасающимся от погони революционером Геником заканчивается первое опубликованное писателем произведение — рассказ «В Италию» (см. Анализ 2).
В «Алых парусах» Грин дает на него ответ. Да, он приехал. В образе капитана Грэя. «Дитя мое» - называет Ассоль Грэй.
«Есть в человеческой психике что-то, что иногда в самые важные моменты нашей жизни вдруг неожиданно направляет мысли очень далеко от текущего мгновения. Особа, стоявшая на дорожке, вдруг напомнила Генику что-то, несомненно, виденное им…», -
Генику, герою рассказа, вспомнилось
«доисторическое время, когда земля кипела нарядными бабочками, стрекозами с прозрачными крыльями, невыносимо серьезными жуками, царевичами и трубочистами».
Впервые Грэй видит Ассоль, как принц в сказке про Спящую красавицу. Он застает Ассоль спящей. А роль пробуждающего поцелуя выполняет кольцо, надетое ей на палец.
«Золотое кольцо, величиной с солнце, упало через море к ее ногам».
Каким интересным своим внутренним ощущением писатель делится с помощью зрительной метафоры швейцарского художника Арнольда Беклина: сидящий перед Ассоль Грэй напоминает ему фавна с картины художника. Не известно, правда, с какой. Может быть с этой старинной открытки (помните, открытку со швейцарским видом из рассказа «На досуге»?), которая предваряет заключительную статью об "Алых парусах"?
«Грэй присел на корточки, заглядывая девушке в лицо...»
Это молчаливое рассматривание напоминает еще об одном раннем гриновском рассказе «Рука», 1908 года (см. Анализ 9).
Да, образ Грэя у Грина явно те таков, каким он предстает в известном фильме 1961 года (фильме, начинающем особый исторический период нашей страны - время оттепели, шестидесятников и романтиков) и последующих экранизаций произведений писателя, где его главные герои — молодые люди, безусые, с чисто выбритым лицом. Грэй, как и его автор, усат. Обладателем пышных усов является и другой романтический герой Грина — в романе «Блистающий мир». И для Грина эта усатость — особо значимая деталь. В раннем рассказе «Маленький комитет» писатель описывает своего героя, с тем самым именем Геник как безусого, с гладким розовым лбом: «Проклятые усы, и когда они вырастут?» - думает про себя Геник, переживая о своей молодости и жизненной неопытности в разговоре с героиней — представительницей и единственным на тот момент находящимся не в тюрьме членом Маленького подпольного комитета революционеров, — прообразом которой была Екатерина Бибергаль.
Так же, как в повести слова для обозначения красного писатель, Грэй очень придирчиво выбирает ткань с соответствующим оттенком красного. Цвет должен быть алым:
«Совершенно чистый, как алая утренняя струя, полный благородного веселья и царственности».
Гордым цветом называет его Грин в части с названием «Боевые приготовления». (Как просвечивает в этом описании царственная «львиная», по гороскопу, природа Александра Степановича.) А вообще команда «Секрета» очень гордится своим капитаном, его благородством, тем грузом, который перевозит, в материальный ущерб себе часто плавая с балластом. Грэй любит возить фрукты, фарфор, животных, пряности, чай, табак, кофе, шелк, ценные породы дерева. И пренебрегает мылом, гвоздями, частями машин, тем, «что мрачно молчит в трюмах, вызывая безжизненные представления о скучной необходимости».
Лес. Река. Горы. Охотник. Таинственен и загадочен в повести образ охотника на медведя, которого Грин именует неизвестным. Он появляется в самом начале последней части «Алый «Секрет» в «белый утренний час».
«Неизвестный охотник, только что покинувший свой костер, двигался вдоль реки; сквозь деревья сиял просвет ее воздушных пустот, но прилежный охотник не подходил к ним, рассматривая свежий след медведя, направляющийся к горам».
Этот эпизод с охотником на медведя, мне кажется, вполне мог дать Евгению Шварцу толчок для включения образа такого охотника, мечтающего убить сотого медведя, в пьесу "Обыкновенное чудо". У Шварца этот охотник планирует убить медведя, в которого превратится юноша после того, как поцелует принцессу.
Охотник из местных жителей первым видит корабль с алыми парусами. Для него это зрелище непонятно, не имеет смысла, но странно и удивительно. Пожав плечами, он молча отправляется «к своему медведю».
Иллюстрации С.Бродского, 1960-е
Автор: Орлова Ольга Анатольевна
Психолог, КПТ
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru