Обычно люди идут к психологу с широким набором запросов, но последние годы запросы чаще связаны с тревогой. Это и понятно.
Сначала появилось неизвестное заболевание. Потом обострили крупные конфликты и начался период сильнейшей неопределенности. От этого потерялось ощущение личного контроля за своей жизнью, и возникла иллюзия перекладывания ответственности на социальные институты. После под сильнейшим давление оказались сами институты и ответственность будто бы зависла в воздухе. Как и мы все.
Два страха — биологический и социальный — усиливают друг друга.
А дальше процесс нарастает лавинообразно. Любой человек в той или иной мере научен справляться со страхами, но на фоне общей тревожности страхи становятся сильнее этого навыка.
На сдерживание тревоги уходит много психических и физических сил. Это ведет к истощению организма, падению иммунитета, к развитию различных невротических проявлений. Вплоть до развития невроза (нервно-психического расстройства, вызванного длительным эмоциональным напряжением) и депрессии (подавленности и снижения интереса к жизни).
И если в феврале-марте возникали обращения с острой тревогой, то в сентябре-октябре пошли последствия нахождения в длительной стрессовой ситуации: проблемы со здоровьем и психосоматикой, потеря смысла жизни, неврозы.
Можно ли прожить состояние тревоги и неопределенности без негативных последствий для душевного и физического здоровья? Да, но для этого нужно принять тот факт, что отката к привычному не будет.
Наша тревога и ожидание того, что ситуация закончится — признаки того, что мы не принимаем происходящее, отгораживаемся от того, что составляет проблему.
То есть, мы не приспосабливаемся к ситуации, отказываемся от выработки нового опыта и новых знаний, которые мы можем в ней приобрести и применить. Эти новые знания дали бы возможность действовать эффективно, сохранять спокойствие и здравый смысл.
Проблема в наших ожиданиях от мира, в установке на то, что он всегда должен оставаться безопасным и предсказуемым. Это логичная установка для современного цивилизованного человека, но уже не работающая.
Нам пришлось столкнуться с тем, что контроль над внешними факторами отсутствует, хотя мы в течение всей жизни верили, что такой контроль возможен и нормален. Ожидание «возврата к нормальному миру» стало иллюзией, которая мешает нам адаптироваться к реальности.
Опыт проживания неизвестности неприятен. Но если не поменять представления о мире, о себе и не менять образ действий, то этот опыт превратится в психологическую травму. Человек останется неприспособленным к самостоятельным и разумным действиям в кризис (а от кризисов мы не застрахованы).
Помочь снизить ожидания от мира и помочь изменить образ действий в состоянии неопределенности — это задача практического психолога.
И тут вы можете выбирать: обратиться к психологу только за немедленным снижением тревожности и улучшением здоровья, или пойти в более серьезную работу и обрести новый опыт для устойчивости на протяжении всей жизни.
Как варианты выбрали бы вы?
_____________