Найти в Дзене

Совет мудрого араба

Седовласый арабский джентльмен учил меня жизни. Нет, между нами не было ничего романтического: слишком разными мы были по возрасту, по положению, да, по всему. С чего вдруг этот весьма преуспевающий человек обратил внимание на молодую переводчицу, приехавшую на свой первый контракт в Арабские Эмираты, я как тогда не понимала, так не понимаю и сейчас. Это было в конце 90-х, когда каждый из нас выживал, как только мог. Ему выживать было не надо, хотя, как говорили, жизнь его не баловала – он был палестинцем. Однако в пору нашего знакомства он уже стал владельцем заводов, дворцов, пароходов. И вот вдруг он почему-то взял надо мной своего рода шефство. Время от времени к офису подруливала громадная машина, и он вёз меня куда-нибудь. Просто так на поговорить. Одну из таких бесед я вспоминала буквально сегодня. В тот вечер разговор крутился вокруг денег, которых у него было очень много. Так вот я со свойственным мне безбашенным любопытством, поинтересовалась: а сколько, нет, правда, сколько
Здесь у меня нет ни одного фото того периода, решила поставить найденный мною в Португалии камень. Такие в моём детстве называли "куриный бог".
Здесь у меня нет ни одного фото того периода, решила поставить найденный мною в Португалии камень. Такие в моём детстве называли "куриный бог".

Седовласый арабский джентльмен учил меня жизни. Нет, между нами не было ничего романтического: слишком разными мы были по возрасту, по положению, да, по всему. С чего вдруг этот весьма преуспевающий человек обратил внимание на молодую переводчицу, приехавшую на свой первый контракт в Арабские Эмираты, я как тогда не понимала, так не понимаю и сейчас. Это было в конце 90-х, когда каждый из нас выживал, как только мог.

Ему выживать было не надо, хотя, как говорили, жизнь его не баловала – он был палестинцем. Однако в пору нашего знакомства он уже стал владельцем заводов, дворцов, пароходов. И вот вдруг он почему-то взял надо мной своего рода шефство. Время от времени к офису подруливала громадная машина, и он вёз меня куда-нибудь. Просто так на поговорить. Одну из таких бесед я вспоминала буквально сегодня.

В тот вечер разговор крутился вокруг денег, которых у него было очень много. Так вот я со свойственным мне безбашенным любопытством, поинтересовалась: а сколько, нет, правда, сколько? Все вокруг говорят, что очень много, но вот много – это сколько? На ответ я особо не рассчитывала, но всё же было интересно.

- Сколько? А какая тебе разница, сколько, они ведь не твои.

- Ну, интересно же.

- А что в этом интересного?

- Ну, например, интересно, зачем их столько и что они дают?

- Что дают? Свободу и защиту. Если, конечно, к ним относиться правильно. Вы, европейцы, этого не умеете, в этом вы на американцев похожи.

- Не понимаю.

- В том-то и дело, что ни ты не понимаешь. Но ты ладно, ты женщина, да к тому же ещё и молодая. Смотри: деньги – это камень.

- Камень? Странное какое-то определение.

- Ничего странного. Представь, на земле лежит огромный камень. Ты встаёшь на него и видишь дальше всех, становишься тем самым выше всех, сильнее всех. Конечно, многие захотят тебя с этого камня столкнуть, и тут, как говорится, на Аллаха надейся, а верблюда привязывай. Так вот. Самая большая ошибка – если человек захочет, защищая камень, положить его себе на плечи. Вот тогда камень его и придавит. Поняла?

- Не уверена.

- О, женщины, женщины! Всё же очень просто: деньги, власть, положение – это средство, но как только они становятся целью, они придавят каждого, кто так думает. Запомни это и считай, что я дал тебе самый лучший совет в твоей жизни.

Время от времени я вспоминала про этот разговор, стараясь следовать совету мудрого человека. Почему я вспомнила его именно сейчас? Может быть потому, что сейчас, когда на его родине творится такое страшное, просто инфернальное, зло, у меня всё чаще и чаще возникает мысль: сильные мира сего забыли, что камень, который они взгромоздили себе на голову, может придавить и их самих, и всех, кто рядом.