Чемпион «Формулы-1» рассказал, что решил стать гонщиком и постараться стать чемпионом по собственному желанию, а не стремления продолжить путь своего отца Жиля Вильнева:
«Я вырос с желанием двигаться вперед, постараться превзойти пределы возможного. Я пришел в гонки с уверенностью, что буду выступать в «Формуле-1», и что рано или поздно выиграю чемпионский титул.
У меня была миссия, я понял это еще в детстве. Но я должен быть откровенен: я всегда любил гонки, потому что они мне нравились, а не потому что у меня была миссия продолжить путь своего отца. Моя мечта сегодня? Вернуться на трассу. Я был бы рад сделать это хоть завтра утром, если бы мог. Даже просто ради того, чтобы мои дети (у Вильнева их шестеро) могли увидеть меня в гонке».
По словам Вильнева, его никогда не пугали возможные сравнения с отцом, который считался одним из самых талантливых гонщиков в истории «Формулы-1»:
«Сравнивать нас начали с моей первой же гонки. Когда ты сын гонщика – это нормально. Но такое давление никогда меня не пугало. Напротив, оно скорее помогало добиваться максимума.
Когда я впервые оказался в «Формуле-1», оказался в «Уильямсе», я подумал: «Я здесь, это фантастика». Примером для подражания я всегда считал Эмерсона Фиттипальди, он мне всегда нравился. И ты должен понимать, что всегда будет кто-то, кто в итоге может оказаться быстрее тебя. И я всегда говорил себе: я здесь чтобы учиться, прибавлять, показать свой максимум».
Вильнев также объяснил причины, по которым часто менял свой имидж:
«На самом деле я просто веселился. История о том, как я стал блондином? Однажды утром я проснулся, включил телевизор, а там показывали «На игле». Помните этот фильм? Ну вот, я отправился к своему парикмахеру сказал: сделайте меня блондином. А самое забавное, что потом журналисты начали заявлять о том, что я сделал это, потому что не выдержал давления…На самом же деле я просто сделал это ради забавы.
И на самом деле у меня бы ничего не получилось, если бы не упорные тренировки, если бы я не сохранял предельную концентрацию».
Вильнев поделился воспоминаниями и о сезоне-1997, по итогам которого стал чемпионом, а Михаэля Шумахера дисквалифицировали за целенаправленное столкновение на Гран-при Европы:
«Соперничество с Михаэлем Шумахером было настоящим испытанием – как на трассе, так и вне ее. А прессе все это только подпитывала. При этом очень странно, что настоящее сражение между нами на трассе произошло только один раз – в последней гонке сезона-1997 в Хересе. Шумахер был лидером. Но ранее мне уже удалось обогнать его – в 1996 году в Эшториле. И это его очень сильно разозлило. В любом случае, когда в следующем году я все-таки выиграл, то был действительно счастлив. Потому что видел, что вся тяжелая работа наконец-то окупилась.
В тот год я никогда в себе не сомневался. Я всегда верил в то, что выиграю, даже когда отставал в чемпионате и все думали, что все закончится триумфом Шумахера».
