7 ноября 1769 года. Франция. Департамент Мозель на северо-востоке страны. Небольшой уютный городок Тьонвиль. Пять часов утра, первые лучи солнца пробиваются сквозь облака. Жители мирно спят. В это время из дверей двухэтажного дома на центральную улицу выходит в стельку пьяный военный. Он ехидно улыбается, что-то бормочет себе под нос, чертыхается, после чего достаёт из походной сумки кавалерийскую сигнальную трубу и слегка покачиваясь начинает играть. Сильный, мерзкий, противный голос несчастного инструмента моментально разносится по округе. Музыкант-выпивоха в ноты явно не попадает. Что тут начинается! Отовсюду слышные гневные возгласы, крики, вопли…
— «Кто-нибудь заберите у него эту треклятую дудку!»
— «Да заткнись же ты, наконец! Дай поспать!»
— «Слышишь, музыкант я сейчас выйду, а если я выйду…»
Но военный не унимается. Он отбрасывает в сторону трубу и кричит во всю глотку:
«Граждане свободной Франции! У меня только что сын родился! Представляете? Сын!»
Так на свет появился будущий полководец, бригадный генерал наполеоновской армии Николя Дальманн.
Дальманн-младший родился в дворянской семье, нетрудно догадаться, что его отец был армейским трубачом. Так вот. Когда Николя исполнилось всего 8 лет, он уже был зачислен в престижный армейский полк Дофина — особую кавалерийскую часть наследника французского престола.
Изначально его военную карьеру вряд ли можно назвать блестящей. Обычная история: рядовой, сержант, капрал, старший сержант, несколько боевых ранений. Дальше — служба в эскадроне свиты Бонапарта, египетский поход. Отвага на поле боя и звание капитана. Потом его назначают шефом эскадрона конных егерей Консульской, а затем Императорской гвардий. Но всё изменило сражение под Аустерлицем.
В том бою Николя заменил убитого командира гвардейских конных егерей. Умело руководил войсками, был храбр и смел, успевал везде и повсюду. Бонапарт всё видел, Бонапарт оценил. И вот уже бригадный генерал Николя Дальманн — один из лучших полководцев республики. А ведь не зря Наполеон любил повторять своим офицерам:
«Не важно, с кем я воюю. Не важно, сколько у врага солдат. В решающий момент необходимо только спустить с длинной цепи кавалерию Дальманна».
Что ж, именно так и поступит император Франции в знаменитой битве возле Прейсиш-Эйлау.
8 февраля 1807 года. В этот день французские войска сошлись в ожесточённой схватке с объединёнными армиями Пруссии и России. Наполеон, силами пехотного корпуса генерала Ожеро, а это 15 тысяч солдат, решает нанести мощный удар по центру русских позиций. Французы смело идут вперёд. Но тут, сверху, прямо на поле боя, опускается невероятно сильная снежная буря. Где левый фланг, где правый, где свои, где чужие — не понятно. Не видно ни-че-го!
Ослеплённые снегом пехотинцы Ожеро дезориентированы. Они теряют нужное направление атаки, и когда буря внезапно стихает, оказываются на абсолютно открытой, незащищённой местности напротив русской артиллерийской батареи. 72 орудия в ряд. Расстояние — меньше 300 метров. С такой дистанции канониру промахнуться невозможно, даже новобранец, и тот в цель попадёт. Раздаётся первый залп русских пушек, потом ещё один и ещё. Всего за несколько минут французский корпус теряет убитыми и ранеными больше 5 тысяч человек из пятнадцати! Это катастрофа! Но тут…
Но тут раздаётся кавалерийский сигнал: «В атаку». Да-да. Тот самый военный сигнал, который исполнял полупьяный отец на каждый день рождения Николя. И вот уже он генерал Николя Дальманн вихрем мчится на помощь пехоте во главе конных егерей, прорывает позиции русских и вынуждает их отступить. Но сам Николя Дальманн получает смертельное ранение. Отважный полководец убит. Ценой своей жизни он спас тысячи французов.
В битве возле Прейсиш-Эйлау победителей не было. Французы, по привычке, записали викторию себе. Да, русско-прусские войска отступили, причём организованно, но и Бонапарт уже не атаковал! Продолжать сражение не было сил ни у тех, ни у других. А снег всё шёл, скрывая от человеческих глаз обезображенные тела десятков тысяч погибших. По легенде, один из маршалов Наполеона воскликнул тогда: «Ужас! Что за бойня, и без всякой пользы!»
Сердце отважного генерала Николя Дальманна, по приказу императора, забальзамировали и похоронили в парижском Пантеоне. Его вдове Бонапарт - назначил крупную денежную пенсию 6 тысяч франков. Сыну погибшего полководца был дарован титул барона Империи.
И сегодня имя генерала Николя Дальманна можно увидеть на восточной стене Триумфальной Арки в Париже. Эта надпись, как символ отваги человека, который пожертвовал собой, ради других. Это был достойный противник.
Слушайте программу «Парад побежденных» на Радио ЗВЕЗДА