Надо же, как радушно встретили одного пре3едента одной страны в столице другой. После даже не провальных, а позорных визитов в Польшу и Румынию, где его то ни одно ответственное лицо не встречало, то вообще пригрозили физиономию до состояния зеркального блеска довести – начистить. Словом, «Обидели юродивого, отняли копеечку». А, нет! Копеечку это у него события на Ближнем Востоке отняли, а в Румынии и Польше его просто оскорбили. Но все равно «обидели».
Что делает маленький ребенок, когда его большие мальчишки на улице обижают? Бежит маме жаловаться. Или папе-дяде-дедушке. Вот и наш «герой» кинулся к старшим «родственникам» в Брюссель. За утешением. Но жаловался не на Дуду с Мацаревичем, которые считают, что текущий
Курс политики 3-Еленского неприемлем для Варшавы.
и не на Диану Шошоаке, которую таки стоит процитировать:
… если я поймаю его в парламенте, будет худо. Вы можете собрать все на свете охранные службы. Не смейте допускать его в румынский парламент.
И на румынские улицы должны снова выйти и не допустить проникновения этого человека, наглого, бессовестного, предателя, в том числе и своей страны, в нашу страну.
Он жаловался на… зиму:
Грядущая зима для нас — один из самых сложных вызовов, которые нам предстоят. Мы планируем, как нам выжить будущей зимой.
Ну, правда, и на Россию не забыл пожаловаться, заодно похваставшись несуществующими успехами:
Сейчас у нас очень особенная ситуация на поле боя. Такая ситуация, в которой необходимо давить без каких-либо пауз, очень важно, чтобы не было пауз, необходимо понимать принципы эффективной обороны, и понимать, что оборона не должна позволять противнику останавливаться и восстанавливаться, выбирать новые тактики. Россия потеряла инициативу на сегодня, и мы продолжаем давить на неё. Украинская отвага и ваша поддержка – именно они определяют, что происходит на поле боя. И что важнее – что будет происходить на поле боя.
Более того, чтобы выглядеть убедительнее (актер же, ч0), решил усилить впечатление и, прибегнув к образам, гротеску и гиперболе, объявил последний тур «Марлезонского балета»:
Я знаю, что мы идем в контрнаступление, что Россия уйдет с наших территорий. Кажется, я знаю когда, но я не могу вам этого сказать [военная тайна – понимать надо]. Это последняя часть войны. Это не ее середина. Первым периодом была оккупация, за которой последовала остановка наступления и перехват инициативы. Я думаю, что мы находимся в последней части.
И надо же! Его, незваного-нежеланного, там встретили, как надо. Прям по первому банному разряду. И поверили! Может, конечно, и не поверили, но поддержать пообещали:
В текущей ситуации с контрнаступлением Украины, Украина постепенно двигается вперёд и продолжает освобождать ключевые территории от российских захватчиков, которые окопались. Это сложная и опасная война, и мы приветствуем чрезвычайно храбрых украинцев, которые, рискуя своими жизнями, отодвигают агрессию Путина.
В текущей борьбе мы не можем уменьшить важность сбережения безопасности и предоставления помощи, которая будет помогать Украине бороться.
Это Ллойд Остин сказал. И пообещал Ф-16, которые должны предоставить европейские члены. Альянса. Его и новый начальник всех штабов Браун поддержал. А что, эти господа за чужой счет да чужими руками всегда только за!
То, что истребителей пообещали только половину от запроса и то, что предоставят их только после того, как на замену придут более современные Ф-35, это не так уж важно. Главное, что было продемонстрировано единство и получена некоторая отсрочка от очередного попрошайничества. Таким образом, все довольны.
А то, что «Это последняя часть войны»… ну, я планов нашего Генштаба не знаю, но, возможно, так оно и есть. Фальконы «Х» знает когда прибудут, связанные договорными отношениями с Израилем штаты, воленс-неволенс, должны помогать ему, сократив расходы на «самостийщиков», а Европа, без заокеанского примера, помогает как-то вяло. Да и мнение своих граждан и отдельных сенаторов нужно учитывать – никуда не денешься.
Так что, получил 3-Е обещание, пока успокоился, а там и зима придет, по поводу которой он так переживает. Наверное, чувствует чем-то что-то.