Одна молодая пара ждала пополнения. И пополнение уже к Новому году на свет белый появиться хотело. Сынок Гришатка. И мать будущая, Оля, очень этому радовалась. И подружек своих совсем не понимала. Те на свои пополнения жаловались порой. У кого оно обучается рукава спустя, а у кого капризничает много и одни только конфеты шоколадные ест.
- Скорее бы Гришатка, - говорила эта мать, - родился. Прямо руки горят - так пеленать хочется и укачивать. Ох, скорее бы.
- И у меня чешутся, - супруг ее Гена отвечал, - чуть не с детства мечтаю стать отцом. И даже представляю как с Гришаткой мы рыбу удим. А он на меня сильно похожий.
А с ними вместе Олина родня еще очень ждала малютку. Придут в гости и все про внука разговаривают.
- Я, - мама Оли планами делилась, - уже скучаю по внуку очень. Появления его жду до ужаса. И теперича, дети мои, буду к вам каждый день в гости заявляться. Как штык. И после работы у вас. И все выходные тоже. Все же первый внук у меня. А где, глядишь, и заночую. Очень таких маленьких люблю. Готовку еще на себя возьму и влажную уборку. Бельишко поглажу. Отдыхать тебе, Оля, положено. А я двоих вскормила - знаю как с детишками управляться. И вот увидите - первое слово Гришатки “баба Зина” будет!
- А чего это ты одна будешь тетешкаться, - папа Оли удивлялся, - коли я еще есть? Дедушка-то. Вместе бежать к Гришатке с работы будем. К счастью, живем все рядышком. Я лично с внуком гулять выбираю. Дважды в сутки. Даже в обед отлучаться со службы стану и гулять. А подрастет внучек - на рыбалку его сразу свезу. Чую я, что в нашу родову внук пойдет, в Кукушкиных. А мы все заядлые рыбаки.
- Конечно-конечно, - Гена соглашался, - прямо с работы к нам все бегите. Понятное дело, что внук-то у вас первый. В обществе любящих людей Гришатка воспитываться станет. И в выходные эти люди у нас, и в будни чуть не круглосуточно. Прописались будто. Прекрасная идея!
- А я, - сестра Оли грустно говорила, - далече живу. И каждый день при Гришатке толкаться, к сожалению, не могу. Мне до вас аж два часа добираться. Ах, знала бы - в жизни на такие отдаленные районы не съезжала. Хоть обмен делай! Сделаю, пожалуй-ка, обмен.
- Ну, - Гена успокаивал, - с обменом уж не горячитесь, Галя. Переезд пожара хуже.
- А и правда, - сестра Галя обрадовалась, - какой еще обмен. Я просто у вас поживу немного. Очень хочется рядом быть в такой семейный момент. В коридорчике мне постелите - и ладно. Можно? Буквально на пару месяцев.
- Еще как можно, - Оля отвечает, - у нас же двушка. И всем места хватит. А видеть первые “агу” племянника - это бесценно.
- Живите-живите, - Гена тоже поддерживает, - сколько вздумается! Гришатка уж как рад будет. Столько сразу заботливых рук. Лучше бы и вовсе нам всем однажды съехаться.
И вот родственники из гостей ушли, а Гена пригорюнился немного.
- А это чего, - говорит, - у нас тут постоянно народ толпиться станет? Я бы более всего хотел втроем находиться уютными вечерами. Своей семьей жить. А тут и Галя, и мама с папой твои безвылазно помогать мечтают. Что же это за общежитие получается? Я обижать их, конечно, не стал. Но жить-то как дальше?
- Этак мы и родителями , - Оля тоже пригорюнилась, - себя никогда не почувствуем. Как-то намекнуть им надо - что семья мы молодая и наедине иногда остаться желаем. И первое слово "баба Зина" меня не устраивает. Но обидятся ведь! Вон как ждут. Папа мой уж и удочку для внука смастерил.
А родня не только удочку, но и коляску с кроваткой для Гришатки приобрели. И Галя раскладушку свою заранее завезла - в коридорчике спать. А молодые эти и не знают - как уж им не сильно обидно от помощи такой отказаться. Хоть тоже в районы удаленные съезжай.