Инна Владиславовна
— Мама! МАМА!
Я с трудом открыла глаза. Господи, кто кричит с утра пораньше? И который вообще час? Будильник на прикроватной тумбочке показывал ровно семь. Вовка иногда заводит его, когда ему требуется встать очень уж рано. Мне же этот прибор никогда не нужен. Я сплю, сколько захочу, обычно часов до десяти.
Сегодня особенно сильно хочется отдохнуть после вчерашнего праздника. Юбилей удался на славу. Народа приехало раза в три больше, чем я приглашала. Набежали журналисты из наших местных газет и телевидения. Львёночек только так и не явился. Безуспешно прождав его весь вечер, вплоть до выноса торта, который Вовка собственноручно испёк для меня, я не нашла ничего лучше, чем загадать самое заветное для себя желание. "Хочу, чтобы Львёночек подольше оставался ребёнком!" — думала я, задувая свечи. Понимаю, что это никогда не исполнится, но очень хочется.
— Мама! Мама!
Только сейчас я сообразила, что эти крики раздаются из комнаты Львёночка. Надо пойти посмотреть, что случилось.
Сын бросился ко мне, едва я переступила порог его спальни.
— Мамочка, мне страшно!
— Что случилось?! — испугалась я.
— Ничего. Просто боюсь оставаться один. Посиди со мной!
— Ну ладно, раз ты просишь...
Я присела на краешек его кровати. Впервые за восемнадцать лет Львёночек просит меня с ним посидеть. Что ж, это даже приятно. Наконец-то я ему нужна.
— Почитай мне сказку! — последовала новая просьба.
Я опешила.
— Какую? Зачем?!
— Хочется, — ответил сын. — Кота в сапогах!
— Но где её взять? — совсем растерялась я.
— В библиотеке должен быть сборник сказок Шарля Перро.
— Действительно.
С трудом отыскав нужную книгу, я вернулась в спальню сына. Он поудобнее устроился в подушках, приготовившись слушать.
— "Один мельник, умирая, оставил трем своим сыновьям мельницу, осла да кота..." — завела я.
Примерно на середине сказки мои глаза начали слипаться, и я, кажется, задремала.
— Мама!
Резкий крик выдернул меня из сладкой дрёмы.
— Что такое?
— Хочу писать!
— Что?!! — толстая книга грохнулась с моих колен на пол.
— В туалет хочу, — доверительно сообщил сын.
— Так сходи!
— Не могу один. Боюсь.
Мне стало не по себе. Никогда Львёночек не докладывал мне о своих естественных потребностях. Может он заболел?
— Сынок, ты в порядке? — спросила я, щупая ему лоб. Температура вроде нормальная.
— Да, мамочка, просто боюсь идти один в туалет. Проводи меня! — схватив мою руку, заявил Львёночек.
У нас в доме к каждой спальне примыкает санузел. У каждого он свой. Признаться честно, в том, который принадлежит сыну, я до сих пор никогда не была. Понимая всю абсурдность ситуации, мне пришлось вести Львёночка в туалет за ручку, до которого и так расстояние метра четыре от силы.
— Помоги расстегнуть пуговку на штанах! — потребовал сын.
— Что?! — в очередной раз изумилась я. — А ты сам не можешь?
— Не могу сам! Хочу, чтобы ты! — впервые в жизни закапризничал Львёночек.
— Ладно, раз ты так просишь, — я расстегнула пуговицу на его домашних штанах.
Сын начал стягивать исподнее. Я стыдливо отвернулась и вышла из санузла. Пойду лучше выпью свежевыжатый сок.
Всю прислугу в нашем доме на работу принимал Вовка. Он предложил людям просто царские условия. Стандартную пятидневку с восьми до пяти, фиксированные выходные всегда в субботу и воскресенье, оплачиваемый отпуск, больничный и очень приятную зарплату. В результате получилось, что он сам с прислугой в доме никогда не сталкивается. В обычное время муж тоже работает по пятидневке, но может наведаться в свои рестораны и по выходным. А сегодня он и вовсе уехал на съёмки передачи. Значит, в ближайшую неделю дома точно не появится. Хорошо, что мы с Львёночком сейчас остались вдвоём, а то он ведёт себя несколько странно.
Я достала из ящика несколько апельсинов, помыла их и начала отжимать сок. Тут в столовой послышался голос сына.
— Есть хочу!
Это что-то новенькое. На выходных, как я уже говорила, никакой прислуги в доме нет. В том числе и повара. Когда Вовка дома, он всегда готовит сам. Если же его нет, то я устраиваю себе разгрузочные дни и питаюсь только свежими фруктами, овощами и зеленью. Максимум, что могу приготовить — это свежевыжатый сок. Результат налицо: я выгляжу великолепно. Фигура молодой девушки, свежий румянец на щеках и полное отсутствие седины.
Самое интересное, что Львёночек тоже разделяет мои вкусы. Хотя сам он тоже сейчас учится на повара и умеет готовить не хуже Вовки. Но тему разгрузочных дней поддерживает. Если же ему очень хочется каких-то кулинарных изысков, то он стряпает себе сам. Ещё ни разу сын не требовал еды от меня. Что с ним сегодня происходит?
— Ну, мааам! Хочу вареники с картошкой и грибами! — противным голосом заныл Львёночек.
— Так сходи и купи! — начала терять терпение я.
— Боюсь один! Пошли со мной! — в своём новом репертуаре завёл сын.
— Но я хочу спокойно попить сок! Тебе нужны вареники, ты и иди, — вполне справедливо предложила я.
— Аааааа, — вдруг заверещал на весь дом Львёночек. — Хочу с тобой! Один боюсь! Аааааа!
Вот это вой! Судорожными глотками выпив сок и даже не помыв соковыжималку, я побежала одеваться. Под неумолчные крики кое-как натянула первое попавшееся платье и даже не сделав причёску, выскочила в прихожую. Львёночек по-прежнему был в домашней одежде.
— Ты что так пойдёшь? — спросила я у него.
— Нет! Помоги мне переодеться.
— Ну это уж слишком! — вскипела я. — Ты же взрослый! Вполне способен сам переодеться! И за варениками в магазин тоже можешь без меня сходить! Что сегодня с тобой такое?
— Просто хочу, чтобы ты мне помогла, — как ни в чём ни бывало ответил Львёночек.
— Хорошо, — вздохнула я. — Где твоя одежда?
— В моей комнате конечно.
Мы поднялись в спальню сына, и я заглянула в его платяной шкаф.
— Вот отличные джинсы и футболка. Одевай!
— Не хочу! Помоги!
Мне пришлось стаскивать с Львёночка домашний комплект одежды и натягивать уличный. Всё было бы отлично, если б он в это время спокойно стоял. Или сидел. Но нет. Сын вертелся, норовил куда-то сбежать и вообще всячески мне мешал.
— Стой спокойно! — прикрикнула я на него. Но это не возымело никакого эффекта.
Кое-как натянув одежду на великовозрастное дитятко, я, потная и взлохмаченная, в изнеможении присела на кровать. Эх, сейчас бы поспать!
— Мама, хочу есть! Срочно! — с новой силой заголосил Львёночек.
Я, как ужаленная подскочила со стула и, схватив сына за руку, побежала к выходу. В прихожей накинула на плечи тренч и взяла свою сумочку.
— Ну что, выходим? — спросила я у Львёночка, который продолжал стоять без верхней одежды.
— Да! — сын уверенно открыл дверь.
Прохладный апрельский ветерок проник в прихожую.
— Ты что, собрался идти прямо так? Накинь толстовку, — предложила я ему.
— Не хочу!
— Но там не жарко! Где-то плюс пятнадцать. Толстовка не помешает.
— Отстань! — вдруг крикнул сын. — Не хочу!
— Давай, одевай быстро! — приказала я.
— Не могу сам! — вновь заладил Львёночек. — Помоги!
Глубоко вздохнув и стараясь держать себя в руках, я надела на сына толстовку.
Наконец мы вышли на улицу. Львёночек схватил меня за руку. Сначала я хотела вырваться, но потом подумала, что это даже умилительно. Так за ручку мы и дошли до ближайшего магазина.
В большом морозильном ларе были представлены вареники нескольких видов. Слава Богу, нашлись и с картошкой и грибами. Я выудила пачку и показала сыну.
— Вот они! Идём на кассу!
— Не хочу! Мне эти не нравятся! — вдруг закапризничал Львёночек.
— Почему? — оторопела я.
— Они некрасивые! Фу! Упаковка коричневая! Не люблю этот цвет!
Пришлось перебирать другие пачки. Полчаса спустя, когда я уже зачахла от противного капризного тона сына, мы, наконец, остановили выбор на той самой коричневой пачке и двинулись на кассу. Там образовалась очередь из нескольких человек. Я спокойно пристроилась в "хвост" и хотела посмотреть товары на полочках. Но не тут-то было!
— Мама, почему мы стоим? — громко спросил Львёночек.
— Ты же видишь, тут очередь! — зашипела ему я.
— Но я хочу домой! Хочу есть! — ещё громче закричал сын.
На нас стали оглядываться другие покупатели.
— Потерпи! — прошептала я. — И вообще говори потише, на нас уже обращают внимание!
— Аааааа! — вдруг заверещал во всю мощь лёгких Львёночек. — Не могу ждать! Есть хочу!
Дедушка впереди посторонился.
— Ишь, как приспичило! Видать, совсем оголодал. Проходите передо мной.
Сзади послышалось ворчание.
— Совсем молодёжь нынче распустилась. Никакого терпения. Вот в наше время...
— А что в наше время? — спросил дедушка. — Я вот, когда молодой был, тоже поесть очень любил. Это сейчас аппетит уже не тот.
— Этого парня мать, похоже, совсем не кормит, раз он так орёт...
Краснея и стараясь ни на кого не смотреть, я сунула кассиру крупную купюру и, пробормотав: "Сдачи не надо!", выскочила в обнимку с пачкой вареников на улицу. Львёночек вышел следом за мной.
— Ты зачем там так кричал? — набросилась я на него. — Нельзя так себя вести в общественном месте. Как маленький, ей-богу.
— Кушать очень хочется, — простодушно сказал сын.
— Ладно, — вздохнула я. — Идём домой, сейчас поешь.
Продолжение следует...
Читать целиком: