Солнце достигло венца лета 648 д.н.э. и неуклонно катилось к угасающему равноденствию, ко дню суда и последующему неизбежному мраку. Чего ждал, на что надеялся Шамашшумукин? — не оставалось у него больше ни сил, ни надежд. Не было их больше и в осаждённом городе.
Трубно взвыл рог и где-то от вавилоновых врат поднялись клубы пыли: то ринулись на отчаянный прорыв дети степей #арабы — что им погибать в заперти? Вот, владыка Вавилона развёл огонь и, обреченно глядя в его пламя, запалил свой дворец. Жадно охватил пожар его занавесы, ковры, балки и с гулом и треском полез под крышу. #Шамашшумукин шагнул в опаляющий дымный жар своего костра и пламя поглотило его. Не ждал и не желал царь вавилонский милости венценосного брата своего ни для себя, ни для семьи.
Жирный столб дыма был виден повсюду, он-то и послужил знаком для ассирийских войск: "на приступ!"
#Вавилон был стремительно взят и на его улицах воцарилась кровавая резня, погромы и грабежи. По велению владыки мира лишь святые храмы и их