Если ребенку плохо в школе.
Если ребёнок находится в школе в постоянном стрессе и напряжении, если есть буллинг или унижение со стороны учителей, если ещё давление от родителей оценками, то ребёнок находится в моменте выживания и стресса (а не жизни).
При выживании активизируется рептильный мозг со стратегиями выживания. И тогда ребёнок не может воспринимать, анализировать и обрабатывать информацию, мыслить логически и рассуждать. За это отвечает неокортекс.
Когда ребёнок в стрессе, неокортекс не активен. Потому что вся активность на рептильном мозге. Задача - выжить. Отвержение, унижение и стыд для человека, в конечном счете, тоже связаны со страхом смерти. Итог этого этого - быть изгнанным из стаи и умереть одному. Потому эмоциональный прессинг тоже приводит к стратегиям выживания.
⠀
И в таком состоянии все, что бы ни учил ребёнок, бесполезно. Какой бы гениальный не был педагог (в плане знаний) ни крутая школа, если ребёнок на стрессе, все знания улетят в топку, не воспримутся, не уложатся, забудутся.
Потому, если ребенку плохо в школе, важно вникать в ситуацию, общаться с педагогом, со школой, менять в случае необходимости школу, класс, педагога, или забирать ребенка из школы в альтернативы.
Почему для многих школьные знания и любые школьные воспоминания находятся под амнезией? Почему многим сложно что-то вообще вспомнить со школьных лет? Потому что это был постоянный стресс. В стрессе задача выжить, а не учиться и анализировать.
⠀
Если родитель одержим идеей образования, а ребёнок говорит, о том, что ему плохо в школе, с педагогом, в классе, но родитель настаивает на продолжении этого образования ради знаний, то важно понимать, что знания, полученные в постоянном стрессе и выживании не усвоятся и сотрутся вместе с завершением школы.
⠀
И очень важно, чтобы ребёнок понимал, что родитель всегда на его стороне. Что бы ни было в школе, родитель на сторонне ребёнка. В этом есть тыл и опора. В этом есть безопасность и защита.
⠀
Знания не так важны как психологическое состояние. Оно определяет все остальное.