— Меня заинтересовал этот проспект, — услышала я его чуть хриплый, со стальными нотками голос, и от этого сердце заколотилось еще сильнее. — Я возьму?
Не дожидаясь ответа, он властным движением руки выхватил у меня проспект, в котором была расписана программа борьбы с азартными играми на территории курорта. В тяжелом перстне, который невольно притягивал взгляд, сверкнул крупный черный алмаз.
— Д-да, конечно, —Я запнулась и залилась краской от смятения и неясного, животного страха перед незнакомцем.
— Валери? Красивое имя, — не спуская с меня своих хищных глаз, он ухмыльнулся.
— Д-да, так зовут мою бабушку, — зачем-то брякнула я.
Наши взгляды встретились.
«Где же мачеха?! Где сестра?!» — чувствуя дикую панику от того, что незнакомец так откровенно меня рассматривает, злилась я. Всю мою браваду и воинственный настрой в борьбе с самодурством отца, как ветром сдуло.
Мужчина пробежался глазами по изложенному в брошюре плану уничтожения его собственности и холодно усмехнулся.
— План вашего отца не выдержит никакой критики, — насмешливо произнес он. — Эдуард Якоби борется с пороками этого города, а самым ярким представителем порока являюсь я. Через меня и мои миллиарды ему не переступить. Скукотища убьет курорт, Валери. Даже такая милая цыпочка, как ты, должна это понимать. Толпа богатых стариканов, которые поддерживают твоего отца, просто не понимают, что основной приток туристов идет за счет моих казино и ночных клубов.
Чувствуя себя уязвленной, я вспыхнула.
— Я не отвечаю за действия моего отца! Я всего лишь помогаю раздавать брошюры!
— Тебя никто не обвиняет, крошка. Честно говоря, когда я решил посетить это скучнейшее мероприятие, я даже не представлял, что обнаружу здесь настоящую драгоценность.
— Вы говорите о бесценной бриллиантовой статуэтке, которую отец получил в награду за вклад в развитие города в прошлом году?
Его губ коснулась обворожительная улыбка, и от этого по моей коже разлетелся ворох колких мурашек.
— О, нет! Бриллианты никогда не смогут сравниться с живым цветком, украсившим это благотворительное мероприятие. Я говорю о тебе, Валери. О девушке из бедного квартала, втянутой в игры богатого отца.
Внезапно он дернул меня к себе, и я оказалась в его властных объятиях.
Мгновение – и его поцелуй прокатился огненным вихрем по шее.
Крепкие и ухоженные пальцы оставили ожог на моей коже, и их было уже не забыть.
От страха закружилась голова. Желудок скрутился в тугой узел. Прикосновение порока вспыхнуло на шее постыдным клеймом.
— А ты похорошела, — чуть хрипло выдохнул совсем рядом с моей шеей Удугов. — Я и не знал, что ты вернулась в родительское гнездо. Как тебе роль товара, за который сражаются отцовские друзья? Интересно, кого он подберет тебе в мужья? Может, мне тоже стоит поучаствовать в гонке? Хотя… нет, мне жаль жертвовать средства на предвыборную кампанию, которая направлена на уничтожение моей собственности. Пожалуй, я пас.
Ошеломленная его дерзостью, я попятилась назад, к хлипкому стеллажу, на котором напоказ были выставлены награды и достижения нашего отца. Стеллаж качнулся и с него едва не посыпались отцовские награды, которые он получил за борьбу с загрязнением окружающей среды и прочие добродетели.
В кристально голубых глазах Удугова вспыхнул насмешливый огонь. Припечатав меня собственническим взглядом, он растворился в толпе прибывающих на фестиваль гостей.
— Валери, все в порядке? — послышался откуда-то слева голос сестры.
— Что с тобой?! — мачеха впилась в меня полным раздражения взглядом. Ей уже порядком надоело мероприятие в честь будущего мэра, на которое он соизволил опоздать, а предстоящий скандал из-за моего нового цвета волос нервировал ее еще больше, чем Лану.
Я отвела взгляд в сторону. Меня не пугал отец. Меня насторожили фразы Амира Удугова о том, то я товар. Порочный владелец ночной жизни нашего города внезапно открыл мне глаза на реальность. Цель мероприятия на самом деле совсем не предстоящие выборы главы округа. Цель – показать товар лицом. Не зря стилисты мариновали меня два с половиной часа! Сейчас я дрожала так сильно, что мачеха проследила за моим взглядом.
— Высокомерный мерзавец! — уловив крепкую спину Удугова в роскошном черном пиджаке, прошипела она. — Ему, видите ли, не нравится, что отец выступает против легализации казино на нашей территории. Он даже угрожал ему расправой! Но ваш папа – крепкий орешек! И не таких осаждал!
Я как будто онемела. Не могла произнести ни слова. Щеки пылали от дерзости Удугова. На шее, как позорное клеймо, горел его гадкий поцелуй.
Отрывок из моего нового романа ВРАГ СЕМЬИ