- А как тебя в детстве называли? Родители, бабушки? - я что-то черчу пальцем на груди Ярослава, а моя голова лежит на его плече.
- Скажу, только пообещай, что не будешь смеяться, - не открывая глаз, улыбается он.
- Обещаю, - со всей серьёзностью заверяю я.
- Ясик. Иногда Яся. Они и сейчас так меня называют.
Я изо всех сил стараюсь собрать своё лицо различными мимическими ухищрениями, не давая ему растянуться в улыбку до ушей, и тут Ярослав, конечно же, открывает глаза прямо в разгар этого процесса.
- Обманщица, - с укоризной говорит он, продолжая улыбаться.
- Я просто очень рада тебя видеть, - решив, что наглость - второе счастье, заявляю я. - Но всё же я буду называть тебя Ярик. Не на работе, разумеется.
- Можешь и на работе, если никто не слышит, - он целует меня в висок.
...Да, моей решимости хватило ненадолго, но я об этом не жалею вот ни на миллиграмм. Когда Ярослав, едва я позвала его, бросил всё и примчался ко мне, моё стремление к независимости и недоверие тут же испарились, будто и не было их. Фееричное появление Князева стало последней каплей (в хорошем смысле) и переполнило чашу прошедших трёх дней.
Князев не скрывал своих намерений, и я поверила ему безоговорочно. Вот такой парадокс - ведь буквально три дня назад я лично стала свидетелем того, как меня обманывает человек, которого я считала самым близким. И тем не менее...
Да знаю я, знаю, что женщина должна быть неприступной и устраивать для мужчины всякие там испытания на прочность, которые он доблестно пройдёт на пути к завоеванию её сердца. Иначе как же? А то вдруг мужчина не будет ценить то, что слишком легко досталось?
Пусть идеальные женщины, хорошо знающие себе цену, именно так себя и ведут. А я не хочу быть идеальной. Я хочу быть счастливой прямо сейчас, и я уже очень-очень счастлива.
Пока что моя быстрая капитуляция принесла мне только радость и безумное удовольствие. А что будет дальше - увидим.
- Кто-то что-то обещал, - напоминаю я.
- Да, я обещал рассказать о разговоре со Степаном. Хотя нет, не я обещал, а ты настаивала, но это не принципиально в данный момент. Я убеждал Степана в том, что удержать тебя волевым усилием или давлением не получится. В том, что каждый человек, как ты сказала, имеет право быть номером один. В том, что никто не имеет права использовать судьбу другого как разменную монету в собственных играх. Конечно, разговор получился не слишком красивым и гладким, потому что мы со Степаном испытываем взаимную неприязнь, однако всё же Степан оказался мужчиной гораздо больше, чем я ожидал. Во всяком случае, в итоге он признал, что ты имеешь право на счастье без него. Правда, потребовал, чтобы и я не давил на тебя, пользуясь служебным положением. Чтобы ты выбирала только сама. Если понадобится, долго.
- Так я и выбрала, - я обняла Ярослава за пояс. - Правда, быстро.
- Спасибо. Ты даже не представляешь, насколько я счастлив. Как хорошо, что я приехал тогда, в субботу, именно в "Планету"!
- Если ты наблюдал за мной, со временем и так понял бы, что я уже свободна.
- Ага! А сколько времени было бы потеряно? К тому же, ты бы надолго одна не осталась, обязательно бы кто-нибудь подсуетился и опередил меня.
- Вот ещё новости! И меня бы не спросили? Я вообще не хотела больше отношений, если что! Но тебе оказалось очень сложно противостоять. Так сложно, что я предпочла вообще не противостоять. Наверно, это плохо, да?
- Что именно плохо?
- То, что я отказалась от борьбы.
Я почувствовала, как Ярослав напрягся, даже дыхание задержал на некоторое время.
- Ты что, жалеешь о случившемся? - тихо спросил он.
- Нет, конечно, ты что?! - я вглядываюсь в его растерянные глаза. - Я боюсь, чтобы ты не пожалел потом, вспоминая, как быстро я уступила.
- Катя, больше так не пугай меня, - с облегчением заговорил Ярослав. - И не переживай - я не пожалею. Я ведь, вроде, не похож на идиота? Даже с учётом того, что на моём лице, по-видимому, навечно застыла счастливая улыбка?
- Совсем не похож, даже с учётом улыбки, - рассмеялась я.
- Тогда с какого перепугу я должен захотеть вернуть судьбе царский подарок, который она мне сделала?
- То есть, я могу не быть с тобой идеальной, ты это нормально воспримешь?
- Кто тебе сказал, что сейчас ты не идеальна?
- Никто, сама так думаю. Вот ты... Ты такой серьёзный. А я - нет. У меня постоянно какие-нибудь глупости в голове.
- Например? Сейчас у тебя в голове ещё есть какая-то глупость, помимо той, что якобы я могу о чём-то там пожалеть?
- Есть, - помявшись, призналась я.
- Давай договоримся так, Катя: все свои глупости, которые пришли в твою прекрасную голову, ты сразу транслируешь мне, хорошо?
- Всегда?
- Разумеется. Я заметил, что ты прекрасно умеешь пользоваться средствами связи, - это на случай, если меня по какой-то объективной причине нет рядом в момент появления глупости. Договорились?
- Договорились, - кивнула я.
- Слушаю.
- Я думаю, что я недостаточно серьёзна для тебя.
- Или я для тебя недостаточно несерьёзен?
- Вот умеешь ты передёргивать! - возмутилась я. - Вовсе нет!
- А ещё глупости есть?
- Есть ещё мысль, но это не глупость. Как думаешь, Фиму можно взять у Жени?
- Женька не отдаёт питомцев, даже в самые добрые руки, - покачал головой Ярослав. - Слишком много времени, сил и средств вложено в то, что мы видим сейчас, потому риск неуместен. Все питомцы у Женьки проблемные, потому от них и отказались прежние хозяева. Тем более, Катя, сама подумай: сервал в тесной квартире. Зачем ему это? В приюте Женьки прекрасные условия, уход. Но ездить туда и общаться с животными мы можем хоть каждый день, Женька с Ларисой будут только рады.
- Тогда ладно, - вздохнула я. - Наверно, пора спать. Нам ведь завтра на работу.
- Эх, вот так резко с небес на землю, - Ярослав сделал смешную гримасу. - А ещё говоришь, что ты несерьёзная...
* * * * * * * * * * * *
Вставать пришлось раньше обычного, потому что перед работой мы ещё заезжали к Ярославу, - ему нужно было переодеться. Но мы не опоздали и появились у офиса аккурат в тот момент, когда основная масса сотрудников спешила на работу.
Я уже почти научилась игнорировать любопытные взгляды и жадный интерес в глазах коллег, но непринуждённость давалась мне нелегко.
Однако постепенно неловкость проходила. И вот, когда я была уже почти в норме, раздался осторожный стук в двери нашего кабинета, и на пороге возникла красивая, очень яркая шатенка с огромными карими глазами.
- Здравствуйте! - она обвела взглядом кабинет и добавила низким грудным голосом: - Мне нужен Ярослав.
- Ярослав Николаевич? Начальник? - уточнила одна из сотрудниц.
- Да, - кивнула шатенка.
- Следующий по коридору кабинет, пятнадцатый, - ответил кто-то ещё.
- Спасибо, - ослепительно улыбнувшись, поблагодарила незнакомка и прикрыла двери.
Я кожей чувствовала, как на меня устремились все взгляды, но невозмутимо продолжала работать.
- Я не поняла, - возмутилась сотрудница, которая отвечала незнакомке первая. - У нас что тут теперь, проходной двор? Как давно охрана пропускает всех желающих?
- Никак, - едко заметила Раиса Ильинична. - Мимо охраны муха не проскочит. А раз уж эта дама прошла, значит, Князев лично заказал для неё именной пропуск.
Окончание: