Неудачный опыт выбора стратегии беседы с одним клиентом, научил меня включать внутреннего супервизора. Желание психолога поглубже исследовать историю клиента, побольше собрать материала на встрече, игнорируя невербальные сигналы, иногда приводит к неудачам в терапии. Как много наши клиенты дают нам материала для понимания их личности, а мы можем прислушиваться к ним, быть более внимательными к их сигналам или нет, продолжая использовать свою, уже привычную, стратегию консультирования.
Слишком активное желание психолога получить вербальный материал, выглядит как вторжение и нападение, для молчащего клиента.
Молодого парня 22 лет, назовем его Андрей, привела ко мне его мама. Ранее, психиатром, ему был поставлен диагноз, и он проходил медикаментозное лечение. Его психотический приступ случился после того, как его в очередной раз уволили с работы, по причине, которая осталась неясной. Сейчас, в состоянии ремиссии, Андрей хотел вернуться к обычной жизни, устроится на работу и ему нужна была помощь в адаптации к новой реальности, теперь уже с диагнозом.
Его мама рассказала мне об этом и просила поработать с ним. Она привозила его ко мне, ждала в холле и после сессии отвозила его домой. Мне это напоминало взаимодействие мамы и маленького ребенка, которого привозят на развивающие занятия.
Сложность заключалась в том, что Андрей не разговаривал, он молчал. На мои активные вопросы он отвечал односложно, неохотно. Я получала три типа ответов – Да, Нет, Не очень. Я смогла за несколько встреч собрать только фактическую информацию. Но я видела и чувствовала, что Андрей намерен продолжать наши встречи. Он приходит, присутствует, но своим молчанием он как будто говорит мне о чем то, он дает мне время и возможность увидеть его, услышать и понять.
Я много размышляла о его молчании, хотела даже вынести случай на супервизию. Но тут включился мой внутренний супервизор, я посмотрела на наши встречи со стороны, с позиции третьего, наблюдателя. Я увидела двух людей, оба очень хотят наладить общение, но между ними диалог «не клеится». Я поставила себя на место Андрея и увидела психолога, который нападает, вторгается, преследует, пытается прорваться через защиты, насильно проникнуть внутрь и вырвать информацию, которую он тщательно скрывает от внешнего мира.
Тогда я подумала, может нам задействовать «третьего», невидимого третьего, и общаться через него? Я решила попробовать другой формат нашей встречи, я поменяла расположение кресел, поставила их почти параллельно, повернув в сторону окна. И когда мы с Андреем сели почти рядом, не напротив друг друга, а смотря в окно, я заговорила как будто бы сама с собой. Рассказала о том, что представила себя на его месте, представила, как он защищается от других, которые засыпают его вопросами, хотят проникнуть внутрь. И сказала, что понимаю, что стена молчания помогает ему оберегать себя от этих вторжений. После недолгой паузы Андрей стал рассказывать, как любил в детстве прятаться в домик под столом, под кроватью, и очень расстраивался, когда его оттуда выгоняли. "Я прятался от мамы и бабушки. Они до сих пор считают меня маленьким мальчиком и обращаются со мной так же. Внутренне я мужчина."
После этой встречи потребность в защитном молчании у Андрея сохранялась, но он стал более открыто выражать свои мысли и чувства, перестал парировать односложными ответами мои вопросы. Я перестала быть для него нападающим объектом, и он начал осторожно общаться. Рассказал мне как его увольняли с работы, позволил мне озвучить разные версии, и мы проанализировали предполагаемые причины.
Со временем он стал самостоятельно приезжать на наши встречи, попросив маму перестать опекать его как маленького мальчика. Работа с Материнским комплексом, сепарацией продолжается.
Со временем мы вернули кресла на прежнее место и стали разговаривать, сидя напротив друг друга. У нас впереди еще много работы, но тогда, появилось то начало, где Андрей пересмотрел свои защиты и стал учится говорить про свои чувства, высказывать свои мысли вслух, в присутствии другого.
Мой внутренний супервизор предложил мне вариант пробной идентификации, перенеся его ощущения на себя, я предложила клиенту другой формат беседы.
Можно избежать неудач в процессе терапии, если научиться чувствовать и представлять как клиент воспринимает терапевта, к примеру так, как я это описала.
Автор: Алфимова Елена Николаевна
Психолог, Психоаналитик
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru