Перекресток нынешних улиц Куйбышева и Красноармейской, где в дореволюционные времена главная городская улица плавно входила в главный городской парк, издавна был бойким и оживленным.
Именно здесь на рубеже прошлого и позапрошлого веков в обклеенном афишами деревянном сарайчике заработал первый в Самаре кинотеатр-биоскоп «Электротеатр». В 1907-м на смену ему пришел открытый тамбовским мещанином Матвеем Финком «эротический биоскоп», среди посетителей которого репортеры сатирических газет пристально высматривали известных в городе людей. В этом же квартале находился первый велосипедный клуб с велодромом.
В годы послереволюционной разрухи увеселительные заведения сами собой сошли на нет, а в годы возрождения, то есть первой пятилетки, власти решили возвести на этом месте огромный и монументальный центр управления промышленными отраслями Средневолжского края – как символ грядущей индустриализации.
Разработку проекта возглавил самарский архитектор Василий Константинович Сухов. Был уроженцем села Белозерки и сыном священника, служившего в Бугурусланском Спасо-Вознесенском соборе и 22 октября 1918-го расстрелянного большевиками прямо возле храма. В 1908- м окончил Самарское Реальное училище, в 1910-м поступил в Петроградский институт гражданских инженеров, но диплом получил уже после революции – в 1924-м. Кстати, один из однокурсников и друзей Сухова – Георгий Яковлевич Вольфензон – спроектировал для Самары «Первомайские жилые корпуса». По проектам и под руководством Василия Сухова строились жилые дома в Москве, Ленинграде и престижные дома отдыха в Крыму, вершиной карьеры считается самарский Дом Промышленности.
По изначальному замыслу в здании-комбинате планировалось размещение множества организаций, делового клуба, библиотеки, музея промышленности, актового зала на 500 мест и столовой со складами в подвальных помещениях. Масштабное здание со свойственной конструктивизму любовью к гигантомании должно было занять собой весь квартал, однако в итоге проект «урезали».
По одной из версий, у новых властей не поднялась рука уничтожить попадающий в зону сноса особняк-терем Ивана Клодта. Думается, в действительности в то небогатое время на гигантское здание просто не хватало стройматериалов, хотя в ход пошел и кирпич с разрушенного Кафедрального собора.
Первоначальное архитектурное решение было рациональным и строгим. Протяженное вдоль улицы Куйбышева сложной формы семиэтажное с подвальным этажом здание каркасной конструкции имело внутренний двор. Композицию формировали два ризалита со скругленными углами со стороны ул. Куйбышева, двухэтажный ризалит объема парадного входа и восьмиэтажный раскрепованный угловой ризалит.
Со стороны дворового фасада из плоскости стен выступали объемы лестничных клеток. Большие витражи световых холлов, объединенные горизонтальными поясами ленточные окна, угловое остекление и полное отсутствие декора отвечали всем канонам рационального конструктивизма. Главная доминанта проекта – угловая башня, придающая образу динамику и композиционную остроту – возведена так и не была. Нереализованной осталась и смелая идея парковки на крыше Дома Промышленности дирижаблей.
Поскольку вскоре конструктивизм признали формальным и бездуховным, главный фасад остался незавершенным. В 1937-м Петр Щербачев разработал проект его реконструкции с учетом новых классических тенденций.
Проект предполагал симметричное решение фасада с декорированием классическими деталями и устройством проезда со стороны ул. Куйбышева. Приближающаяся война отложила его реализацию на несколько десятилетий, а в итоге в 1961-м конструктивистский колосс перестроили – в духе времени – в стиле соцреализма .
Проезд во двор превратился в просторный вестибюль, балкон над первым этажом исчез, главный вход украсился профилированной рамой-порталом и горизонтальными вставками с патетическими барельефами с советской и индустриальной символикой.
Интерьер вестибюля так же украсили классические детали – пилястры, фриз, кронштейны с лепными элементами, балки с гирляндами и лепными розетками, кессонированные потолки.
Использовалось здание многообразно - правда, почти всегда частично пустовало. В военные и послевоенные годы часть помещений передали под временное жилье.
По воспоминаниям очевидцев, большие залы делились при помощи веревок, создающих «планировку», и занавесок-простыней. В каждой из отгороженных занавесками «комнат» размещалась эвакуированная семья, еду готовили на общей кухне. Позже помещения Дома Промышленности занимали магазины, офисы, кафе, филиал одного из ВУЗов – но к 2016-му году здание окончательно опустело и было законсервировано.
В настоящее время Дом Промышленности является собственностью АО «Транспортно-логистическая корпорация», принадлежащего областному министерству имущественных отношений. Здание, уже 10 лет выставленное на продажу, последняя экспертиза оценила в 400 млн рублей, еще 750 миллионов потребуется на реконструкцию. По словам директора Музея Алабина Андрея Кочеткова, «Сейчас пустующий Домпром — одновременно и гигантский объект в прекрасной точке старого города с лучшими видами на центр, и проблема, требующая гигантских ресурсов, чтобы его перезапустить».
использованные в статье фото взяты из открытых источников в интернете