Немногочисленные годы правления великой герцогини Марии Аделаиды Люксембургской пришлись на трагедию Первой мировой войны, повлекшей за собой революционные потрясения в недавно ещё сильных державах. Люксембург не смог не оказаться втянутым в общий водоворот мировых событий. Именно война аккумулировала последующие перемены в государстве. Война же по сути предрешила участь Марии Аделаиды, накануне войны ставшей великой герцогиней.
В предыдущей публикации было рассказано об обстоятельствах, при которых юная Мария Аделаида стала наследницей герцогства Люксембургского. Как и австрийская императрица Мария Терезия, Мария Аделаида не обучалась у своего отца государственному управлению, на что она намекнула в этой же своей речи о вступлении на престол. Поэтому она была вынуждена в значительной степени полагаться на советы опытных правительственных министров, особенно премьер-министра Пауля Эйшена, который оказал большое политическое влияние во время правления отца Марии Аделаиды и обладал еще большей властью во время смертельной болезни великого герцога и регентства матери с 1907 по 1912 год. Эйшену уже вскоре предстояло столкнуться с непривычным противодействием своей воле со стороны нового молодого государя.
Первые стычки между ними произошли из-за назначений политических радикалов на государственные посты. Коммунизм, социализм и антиклерикализм набирали обороты в Люксембурге, как и в мире в целом в те годы. Приверженцы таких политических взглядом использовали демократическую риторику для создания оппозиции католической монархии. Напротив, Мария Аделаида по своему складу будучи человеком исключительно набожным, преданным кармелитским духовным устоям, была полна решимости поддерживать веру в своем народе.
С этой целью она возродила паломничества и практику святого причастия, которые были прекращены во время правления ее отца-протестанта, и приняла в них участие к удовольствию своего народа.
«Их вера должна быть не меньше, а больше, когда я умру»,— говорила она. «Вы знаете историю моего народа. Их молитвы часто были их единственным хлебом. Неужели я предложу им камень неверия?»
Ее самый серьезный разрыв с Эйшеном произошел из-за предложения о сокращении влияния религиозного обучения в системе школьного образования, которое великая герцогиня, вопреки желанию своего премьер-министра, отказалась подписать. Менее чем через месяц после восшествия Марии Аделаиды на престол закон был представлен на подпись. Для Марии-Аделаиды, благочестивой, если не сказать набожной, пойти на это означало пойти против собственной воли. Люксембургская правительница «по благодати Божией» с неохотой затягивала его подписание, отказывалась подписывать.
Такого рода упорство вразрез веяниям времени стало первой политической ошибкой, в которой ее обвиняли оппоненты. Надо признать, что молодая великая герцогиня получала не очень хорошие советы, особенно со стороны матери, которая больше внимания уделяла ее религиозному образованию, чем политической подготовке. Антиклерикальные партии, то есть либералы и социалисты, не потерпят такого подхода в то время, когда они находятся на подъеме. Левые не простили ей того, что она встала на сторону правых, хотя Мария Аделаида по сути ни разу не вышла за рамки своих конституционных полномочий.
Тупиковая ситуация заставила Эйшена подготовить и подписать заявление о собственной отставке незадолго до сердечного приступа, который стал причиной его смерти в 1915 году. Последовавшая нестабильность сменяющих друг друга министерств и рост политического влияния левых сил приведут к тому, что оппоненты станут ещё более решительными в противостоянии с великой герцогиней.
Хотя Мария Аделаида старалась не выходить за рамки, установленные конституцией, ее недруги (и враги церкви) использовали любые предлоги, чтобы разжечь против нее настроения. Помимо того, что Марию Аделаиду обвинили в склонности к церковному влиянию, в непримиримости и авторитаризме.аль
***
Такая нестабильная внутриполитическая ситуация внутри маленького герцогства осложнялась большой трагедией, начавшейся Первой мировой войны. Надо заметить, что существование Люксембурга как национального государства было не очень уверенным, поскольку страна была окружена своими довольно амбициозными соседями - Бельгией, Францией и Германией. В своем нынешнем виде Люксембург является порождением Венского конгресса, особенно Лондонского договора 1839 года. Другой Лондонский договор 1867 года предусматривал нейтралитет нового государства.
Поэтому начало Первой мировой войны застало страну в опасном положении, неспособную защитить себя от немецкого вторжения из-за своего нейтрального статуса. 2 августа 1914 года немецкая армия вошла в Люксембург под предлогом защиты железнодорожной сети, находившейся под управлением Германии. Заметим, что регулярная армия Люксембурга не превышала в общей сложности 150 солдат и офицеров, дополненных в случае чрезвычайной ситуации жандармерией или полицией в таком же количестве.
Мария Аделаида и ее правительство направили ноты протеста против несоблюдения этого нейтралитета. Однако, поскольку собственными силами Люксембург не мог справиться с вторжением самостоятельно, на помощь извне не приходилось рассчитывать - протесты не пошли дальше слов. Великое герцогство вынуждено соглашается выполнить пожелание Германии об увольнении послов Франции, Бельгии и Великобритании. Таким образом, военная оккупация страны Германией осуществлялась через давление на руководство представителями официальной власти Люксембурга, что будет резко осуждаться союзниками, и в первую очередь Францией, считая эту ситуацию Люксембурга прогерманской.
Для понимания положения Люксембурга важно учитывать контекст: с 1842 года Люксембург присоединился к Zollverein – железнодорожной сети, находившейся под управлением Германии с 1872 года. В страну большая часть капитала в сталелитейном секторе поступает из-за Рейна, в 1913 году импорт Люксембурга составлял 90%. Все эти моменты усиливают невольную аргументацию прогерманской позиции официального Люксембурга и его суверена после оккупации.
Само население испытывало неоднозначные чувства к воюющим сторонам. Многие политики воспринимали Германию как инновационную и современную, часть элиты страны училась там. С другой стороны, прусский гарнизон, размещавшийся в городской крепости до 1867 года, создал среди люксембургского населения неприятие немцев.
6 сентября Мария Аделаида в своем дворце принимает германского императора Вильгельма II. 16 августа 1917 года ее также посетит частный канцлер Гертлинг. Юная глава попавшего под оккупацию государства старается найти некий баланс в столь непростой ситуации, по-прежнему пытаясь следовать собственным высоким идеалам. Так Мария Аделаида много уделяет внимания работе Красного Креста в стремлении облегчения жизней раненых солдат обоих фронтов. Во внутренней политике в 1915 году она не спешит с назначением мэров Дифферданжа и Холлериха, поскольку они на её взгляд были вольнодумцами и антиклерикалами.
После смерти премьер-министра Поля Эйшена Мария Аделаида назначает Матиаса Монгенаста ответственным за формирование нового правительства. Позже она попытается сформировать исключительно правое правительство с Юбером Лучем в качестве премьер-министра. Затем левые партии проголосуют за вотум недоверия. Зайдя в тупик, Мария Аделаида решает распустить палату, спровоцировав протест среди ее оппонентов, которые считают этот маневр государственным переворотом. Великой герцогине в итоге пришлось принять решение привести к присяге коалиционное правительство.
Так 24 февраля 1916 года правительство Луча ушло в отставку после вотума недоверия. Затем правительственная коалиция объединила католиков, либералов и социалистов под руководством премьер-министра Виктора Торна. Это правительство также будет вынуждено уйти в отставку. 19 июня 1917 года Леон Кауфман стал новым главой правительства.
***
В годы войны условия жизни целых классов ухудшились. В то время как торговцы видели процветание бизнеса в этот период, когда цены росли быстрее, чем они могли продать свои запасы, ситуация для служащих, ремесленников и государственных служащих была более тревожной. Столкнувшись с ростом безработицы и нехваткой продуктов, больше всего пострадал рабочий класс.
Из всех прямых и косвенных последствий войны, вероятно, сильнее всего по Люксембургу ударил голод. Если люди не умирали напрямую от голода, ослабленные тела вызывали рост таких заболеваний, как туберкулез или грипп.
Нехватка продовольствия и отказ работодателей повысить заработную плату подтолкнули рабочих к забастовке в июне 1917 года. Забастовщики требовали повышения заработной платы и улучшения доступа к продуктам питания. Забастовка в конечном итоге закончилась неудачей для рабочих; повышения заработной платы не произошло. Правительство, несмотря на свои «диктаторские полномочия», отказалось участвовать в трудовых переговорах, заявив о желании сохранить либеральную позицию невмешательства.
В условиях интенсивного обновления состава правительств в ноябре 1917 года палата представителей обсуждала различные вопросы, в том числе статью 38 Конституции, касающуюся сути суверенной власти. Но правительство, состоящее из католиков и либералов, не допустило пересмотра этой статьи, опасаясь не угодить великой герцогине, которая обладала изрядными полномочиями. 28 сентября 1918 года это правительство уступило место коалиции, на этот раз объединившей четыре основные политические партии под эгидой Эмиля Ройтера.
Мария Аделаида теряла в такой сложной политической ситуации утрачивала популярность. Политическая напряженность, однако, не ослабевала на протяжении всей войны. Все более враждебно настроенные левые в Люксембурге хватались за любой предлог, чтобы дискредитировать своего королевского оппонента. Мари Аделаида была немецкой крови. И ей же вменяли в вину упомянутый прием кайзера в своем дворце (на самом деле она узнала о его предполагаемом визите только тогда, когда Вильгельм был уже был в пути и, по-видимому, согласилась, по совету своего премьер-министра принять кайзера, когда он въедет в страну.
Её осуждали за тот факт, что она поехала в Германию в 1916 году на похороны своей бабушки, вдовствующей великой герцогини Аделаиды-Марии. Ее будут критиковать и за то, что она поспособствовала помолвке своей сестры Шарлотты с принцем Феликсом Бурбон-Пармским, служившим в австрийской армии ее зятя императора Карла I, а сестры Антонии с наследным принцем Баварии Рупрехтом. Все эти моменты укрепляли позиции тех, кто яростно выступал против великой герцогини Марии Аделаиды.
Когда страна была освобождена 11 ноября 1918 года, все структуры государства Люксембург остались нетронутыми немецкими оккупантами. Оккупация ограничивалась только военной сферой. Но напряженность, связанная с нехваткой продовольствия, усугубляли в военные годы раскол между политическими правыми и политическими левыми, а также между городскими и сельскими регионами.
После заключения мира и окончания Первой мировой войны демократическая идеология была гораздо более благоприятна для установления республик повсюду, чем идея сохранения монархии. В итоге в Люксембурге был создан совет, в котором антиклерикальные партии потребовали голосования по династическому вопросу 13 ноября 1918 года. Абсолютного большинства по этому вопросу удалось избежать благодаря голосованию трех депутатов от Свободной народной партии и трех других депутатов, которые воздержались.
11 ноября Мария Аделаида и ее премьер-министр Рейтер договорились об организации всенародного опроса. Но в конце 1918 года правительство поняло, что трон можно спасти только через отречение великой герцогини в пользу ее сестры Шарлотты, что, как они знали, не вызовет неодобрения французов.
23 декабря 1918 г. делегация люксембургских министров отправилась в Париж. Однако министр иностранных дел Франции отказывается принимать «министра великой герцогини». «Французское правительство не считает возможным иметь контакты или переговоры с правительством Великой Герцогини Люксембургской, которое, по его мнению, серьезно скомпрометировано врагами Франции». Это оскорбление является главным образом результатом бельгийских дипломатических усилий. С 1839 года в Бельгии существовало течение, ратующее за аннексию Люксембурга, жила идея династического союза между двумя странами с королем Бельгии, который также стал бы великим герцогом.
9 января 1919 года, после парижского оскорбления, в палате было предложено провести повторное голосование по династическому вопросу. Начинаются беспорядки, сессия приостанавливается, правые покидают палату, а антиклерикальные партии провозглашают республику и образуют Комитет общественного спасения. Правительству придется призвать французскую армию вмешаться в вопросе борьбы с уличными демонстрациями.
На следующий день великая герцогиня Мария Аделаида обнародовала свое решение отречься от престола 15 января. 15 января 1919 года Мария Аделаида отреклась от престола в пользу своей сестры Шарлотты. За день до отречения левые попытались отложить восшествие Шарлотты на престол, но оно было отклонено.
Это изменение привело к значительному снижению напряженности во внутриполитической жизни, которая была характерна для всего недолгого правления великой герцогини Марии Аделаиды. Четыре месяца спустя также будут удовлетворены различные социальные требования, такие как введение всеобщего избирательного права и его доступность для женщин. В статью 38 Конституции также были внесены поправки. Шарлотта и ее преемники не должны были обладать политической властью и полномочиями, ранее предоставленными суверену конституцией. С внесением поправки суверенитет больше не принадлежит суверену, а принадлежит нации. Правитель «не имеет никаких других полномочий, кроме тех, которые формально возлагаются на него Конституцией и конкретными законами...»
Формула «милостью Божьей» лишилась своего смысла, отныне династия получает свое право на престол от народа. Кризис был полностью преодолен династическим референдумом 28 сентября 1919 года, хотя Бельгия и оказывала давление с целью отложить его. Результат оказался благоприятным для великой герцогини Шарлотты - 77,8% высказались за сохранение монархии. Люксембуржцы пришли к выводу тогда, что их независимость пришла и все еще была неизбежно связана с династией.
***
18 января 1919 года Мария Аделаида покинула великое герцогство в сопровождении своей матери Мари Анны и трех ее сестер. Это необходимое изгнание, ведь она не хочет помешать началу правления своей сестры Шарлотты. Последняя также решила уволить членов суда и дистанцироваться от матери. После турне по Европе Мария Аделаида поселилась 14 сентября 1920 года в кармелитском монастыре Святой Терезы в итальянской Модене.
Для молодой Марии Аделаиды начинался новый жизненный этап. Очевидно она тяжело восприняла свое бремя изгнания из родной страны. Её политические планы и устремления, безусловно искренние намерения служить народу не осуществились. Война и политические волнения будто бы лишила её шанса выйти из непростой ситуации. В политике для Марии Аделаиды все уже закончилось – а зрелось ещё не пришла.
Мария Аделаида попыталась изменить свою жизнь. Поначалу она отправилась в путешествие. Позже набожная бывшая великая герцогиня очевидно сочла, что у нее есть призвание помогать нуждающимся. Так она и осталась в итальянском монастыре, взяв имя «Сестра Мария», где она очевидно надеялась найти душевный покой, помогая немощным старикам. Проведя некоторое время в монастыре, сестра Мария решила, что ей необходимо получить медицинскую подготовку, чтобы лучше справляться с обязанностями в монастрыре.
Однако ухудшающееся здоровье её заставило ее прервать обучение. Её слабое здоровье или/и эмоциональные переживания подточили силы Марии Аделаиды. Судя по некоторым источникам, что она также могла заразиться, помогая бедным. Она переехала в замок Гогенбург, баварскую собственность, которую занимали ее мать Мария Анна и ее сестры. Там Мария Аделаида умерла 24 января 1924 года -в двадцать девять лет. Его тело было похоронено в склепе замка.
Спустя почти четверть века, 17 октября 1947 года, официальная делегация Люксембурга отправилась в Гогенбург и через два дня посетила мессу, которую служил каноник Штеффен, прежде чем 20 октября останки бывшей великой герцогини отправились на перезахоронение в великое герцогство Люксембург. Конвой встречает принц Феликс. До прибытия в столицу катафалк благословляется встречным духовенством.
В то же время в соборе Богоматери в гробу находилось еще одни останки – останки матери Мари Анны, тело которой было эксгумировано в Нью-Йорке, где она умерла в 1942 году. С 18 до 22 часов люксембуржцам был предоставлен доступ к гробам бывших правительниц. А 22 октября в присутствии семьи была отслужена панихида с последующим частным захоронением в семейном склепе. Хотя история не имеет сослагательного наклонения, тем не менее при других обстоятельствах теоретически Мария Аделаида могла бы дожить до 1947 года, пережив две мировые войны.
Но, её правление было предрешено итогами Первой мировой войны. В каком-то смысле Мария Аделаида была уничтожена современными ей мировыми процессами, идеологиями и обстоятельствами. Трагедия Марии Аделаиды заключалась в том, что она пыталась быть, подобно Карлу V Габсбургу, католическим монархом в начинающемся XX веке.