— Нет больше моих сил. Я устала морально и физически. У меня не жизнь, а настоящая каторга. Каждый день я не знаю, трезвый он придёт или снова на рогах. Смогу отдохнуть после работы или будет очередной концерт по заявкам. Придёт домой или я снова «обшарю» все подворотни и не найду его, — со слезами на глазах сказала Инга. Не могу, устала, пойду и подам на развод.
— Доченька, — сказала свекровь. — Ведь тебе уже 50. Детей вы уже вырастили и выучили. Ещё чуть-чуть и пенсия. Чего уже разводиться на старости лет. Знаю, что тебе тяжело. Но ведь Игорь твой муж. Да и пропадет он без тебя. Попугай ты его, что ли. Глядишь и одумается. Стоит ли смешить людей на старости лет разводом.
— Наталья Андреевна, разве уж я его не пугала? Да за эти 15 лет пока он пьёт не раз говорила, что детей заберу и уйду. А куда идти? Родители за 300 км отсюда живут. У вас в деревне даже школы нет, да и не знаю, приняли ли бы вы нас без Игоря. А одна с троими детьми разве «потяну» съёмную квартиру?
А Игорёк, не смотрите, что пьет, тут быстро сообразил. Видит раз не ушла. На второй раз после такой угрозы недельку продержался. А на третий раз и вообще понял: что мои угрозы — это как холостой выстрел. До цели не дойдут. Мол, никуда я не денусь, буду терпеть. И терпела, пока силы были.
— Андреевна, теперь уже ни сил, ни здоровья нет. В постоянном напряжении живу — нервы совсем сдали. Уже стыдно в аптеке то валерьянку, то пустырник прошу. Уже самую скоро за «синеву» будут принимать — подумают, что похмеляюсь. А давление… Скачет как тот мячик у детей на площадке. А ведь мне всего 50.
— Да и когда спала нормально не помню. Я же ведь как тот заяц под кустом — постоянно настороже. Знаете какой у алкоголика сон беспокойный и тревожный? Никогда не знаешь, что ему на этот раз приснится.
Игорю всё мерещится, что за ним следят. Идёт и постоянно оглядывается, то за деревья прячется. Не раз говорил, что за ним то полиция, то иностранная разведка следит. Как будто не грузчиком в магазине работает, а на секретном объекте.
А сегодня под самое утро провалилась в сон. Схватилась от того, что он подушку из-под меня вытащил и стоит, «махается» ею перед окном. Кричит, что инопланетяне за ним прилетели. Отбивается от них. Хорошо хоть, что через окно не погнал их. Как-никак на девятом этаже живём.
— Эх, Инга. Пьет всякую дешёвую ерунду, — вздохнув, сказала Наталья Андреевна, — вот и спился.
— Андреевна, за жизнь, что только он не перепробовал. Когда были помоложе, говорил: «Давай по пятницам посидим за столом с рюмочкой.»
Я же не против была. Думаю лучше со мной, чем где-то за углом. Куплю бутылку шампанского, вроде бы и посидели и по голове не сильно стукнуло. Так, где там. Этот номер не прошёл.
— Толку от твоего шампанского, — с недовольством говорил Игорь. — Только ноздри щекочет. А утром голова болит от него.
Я же тогда только на Польшу ездить стала. Домой часто мартини привозила. Так и этот напиток не ко двору пришелся.
— Я же не больной и не кашляю. А от твоего Мартини пертуссином пахнет. Нет, давай что-нибудь покрепче.
Тогда и стала привозить коньяк, у нас-то он дорогой был. Напиток зашёл ему. Так зашёл, что остановиться не может по сегодняшний день. А ещё говорят от дорогих напитков не спиваются. Миф да и только.
Я же и кодировала его дважды: первый раз перед свадьбой Антона. Второй, когда Марина в институт поступила. Насколько его хватило? В первый раз на 3 месяца, во второй — на два. Нет, с ним этот номер не проходит: не поддается он что ли кодировке?
И каждый раз что-то новое. Вчера туфли 10 минут искал. Оказывается вспомнил потом, когда изрядно нервы уже потрепал: вместо полки для обуви в морозильную камеру затолкал. Пару дней назад почти новую куртку где-то посеял. А на прошлой неделе утром позвонил мне с соседнего поселка с незнакомого номера. Как туда попал — не помнит. А всего лишь за хлебом вышел в магазин. В результате: денег и телефона нет, так еще и забрать пришлось просить дружка его.
А сегодня, что учудил. Пришел домой и сразу бросился с кулаками ко мне и кричит: «Ах, ты дьявол. Ты же шел за мной, как раньше меня оказался дома, не пойму. Фингал под глаз мне поставил. Пока пытался ножку у табуретки отломать, я в чем была, в том и выскочила на улицу. А он за мной. Орет, материться:
—Убью, рогатый!
На мое счастье постовые проезжали. Забрали его. В этот раз спаслась, а следующий может и не повезти. Так что вы уж не обижайтесь, Наталья Андреевна. Уйду я от него. Так нажилась, что ничего не надо. Не хочу ни квартиры, ни добра, нажитого за эти годы. Мне бы в тишине и покое пожить. Устала я.
— А ты подумала, что люди скажут, — всхлипывая сказала мама Игоря. — Выйдет с «суток», может одумается?
— Мне уже все равно. Осудят или нет. Устала и натерпелась за эти годы.
А вы как считаете, дорогие читатели, осудят?
Добра и удачи ВАМ, мои дорогие читатели и подписчики, а самое главное здоровья!
Читайте также: