Нургюль вышла навстречу супругу.
- Мехмед, что же так долго? Мы уже стали волноваться, - поцеловала она его, не отрывая глаз от экипажа.
- А где наша девочка, Мехмед? – медленно спросила она, уже понимая, что что-то произошло.
- Нургюль, она пропала, - ответил Абаза, старательно прятал взгляд за чёрными ресницами и не торопился продолжать.
- Что ты такое говоришь, Мехмед? – задохнулась Нургюль, прижав ладони ко рту.
- Успокойся, родная, мы её найдём, - обнял он жену, и она затряслась от рыданий у него на груди.
А в это время Мурад сел в кровати, пригладил волосы и посмотрел на управляющую.
- Как я выгляжу, Шерифе-хатун? – спросил он её.
- О-о, господин Мурад, Вы красавец, каких свет не видывал. Мне по крайне мере не доводилось таких встречать, иначе я не осталась бы старой девой, - подняла она брови и с сожалением покачала головой.
- Понятно, - улыбнулся он, не отрывая взгляда от двери.
Пока Нургюль плакала у Мехмеда на груди, он рассказал ей, что произошло, и женщина перестала плакать.
- Мехмед, что будет, если он узнает? – показала она глазами в сторону комнаты, где находился Мурад. – Он помчится туда, чтобы убить Ибрагима.
- Но что мы ему скажем? Где она? Куда пропала? Почему пропала? О, Аллах, где моя девочка, - со стоном произнёс Абаза, не видя, как жена подаёт ему знаки глазами.
Позади Мехмеда, совсем близко от него стоял Мурад и всё слышал.
- Мехмед-паша, что случилось с Лилианой? – бескровными губами спросил он.
Мехмеду ничего не оставалось, как рассказать Мураду правду.
Как и предполагала Нургюль, тот сорвался с места, побежал в комнату, схватил кинжал и с безумными глазами понёсся к выходу.
Мехмед с силой схватил его за плечи, завязалась борьба. Мурад вырывался, Абаза пытался его удерживать.
Нургюль выглянула на улицу, увидела там Юсуфа и позвала его. Вдвоём с Абазой они удержали Мурада и усадили на диван.
Нургюль объяснила Юсуфу, что произошло, и тот потряс в воздухе кулаком, оглядываясь на дверь, наверное, он имел в виду нового султана.
- Мурад, какой прок в том, что ты убьёшь Ибрагима? Охрана убьёт тебя. А кто будет искать Лилиану? И если она найдётся, а я в этом не сомневаюсь, моя девочка отважная и смелая, что я ей скажу, почему не уберёг тебя? – тяжело дыша, спрашивал Абаза.
Мурад отдышался и покачал головой.
- Ты прав, Мехмед-паша, век Ибрагима итак будет короток, я не сомневаюсь, а вот Лилиану надо искать. Куда же она могла сбежать? Даже, если ей удалось выпрыгнуть в окно, или проскользнуть в какую-нибудь дверь, вряд ли она смогла обойти охрану. Я знаю, что такое приказ обыскать дворец и его окрестности, охранники идут стеной, заглядывая под каждый куст, - размышлял Мурад.
- А, может, он нашёл её и запер в кафеc? – предположила Нургюль.
- Нет, мы ходили туда с Кёсем-султан, там пусто, - ответил Абаза.
И тут вдруг встал Юсуф и замахал руками.
Нургюль, прищурившись, внимательно следила за его движениями и, словно подхватив его версию, сказала:
- А что, вполне может быть. Молодец, Юсуф.
Парень улыбнулся и кивнул.
- Что такое, Нургюль, говори! – встал с места Абаза.
- Юсуф говорит, что она могла выйти через потайной ход. Перед тем, как отправить её во дворец, я рассказывала ей о тайных ходах и, в частности, об одном из них. Вот только без схемы ей не выбраться оттуда, да ещё если у неё нет огня, там такие лабиринты, - тревожно сказала Нургюль. – Я давно ещё о них узнала, Мехмед-паша мне рассказал, - обратила она свой взор на Мурада, чтобы на всякий случай объясниться перед ним.
- Я знаком с подземными ходами, и пойду её искать, - уверенно сказал он, не вдаваясь в подробности, откуда Нургюль-хатун известны дворцовые тайны.
И они стали обсуждать план поиска Лилианы.
На следующий день Абаза снова поехал во дворец, чтобы узнать, не появились ли новости о Лилиане.
Когда охранник открыл перед ним ворота, Абазу насторожило скопление людей на одной из аллей в саду.
В висках у него застучало, и он широким шагом направился к толпе народа. Издали он увидел лежащую на земле девушку, над которой склонились лекари.
Абаза растолкал всех, подошёл ближе и схватился за сердце. На подстеленном покрывале лежала не его дочь.
Оказывается, одну из наложниц во время прогулки ужалила змея. К счастью, её поймали, она оказалась не ядовитой, но девушка от страха потеряла сознание.
Переведя дух, Мехмед-паша направился к Кёсем-султан.
- Госпожа, есть ли вести о моей дочери? – угрюмо спросил он, войдя в покои султанши.
- Мехмед-паша, к сожалению, пока нет. Повелитель приказал прекратить поиски, но я велела бостанджи искать девушку. Однако, Мехмед-паша, тебе ведомо, какова территория дворца, там есть такие места, к которым трудно подобраться. Я не обещаю скорых результатов, - сказала Кёсем-султан.
- Мы с Нургюль-хатун не теряем надежды, что наша дочь скоро найдётся живой и здоровой, - голос Абазы прозвучал угрожающе.
…Домашние встретили его прямо у ворот. Он без обычной резвости слез с коня и сразу предупредил, что новостей о Лилиане нет.
- Шерифе-хатун, приготовьте мне успокоительный настой, попросил он свою управляющую, и та немедля побежала в дом.
- Мехмед, что случилось? – подошла к нему Нургюль, - на тебе лица нет, - с тревогой заглянула она ему в глаза.
- Ты не представляешь, Нургюль, что я сегодня пережил, - тяжело вздохнул Абаза, - подхожу к дворцу и вижу издалека, что на земле лежит девушка без чувств, а над ней лекари склонились. Я думал…- мужчина замолчал, ощутив комок в горле.
- О, Аллах! Бедный мой Мехмед, идём, милый, приляг, я посижу с тобой, - обняла она его за плечи и повела в дом.
- Мехмед-паша, Лилианы нет более двух суток. Это плохой знак. Вряд ли она запаслась водой и свечами, когда убегала. Сегодня ночью я пойду во дворец. Ждать больше нельзя, - твёрдо заявил Мурад.
- Хорошо. Я тоже пойду. А куда надо идти? – спросил Абаза.
- Недалеко от дворца в одном глухом месте есть старый крытый фонтан, в нём спрятан подземный ход. Я пойду один, так быстрее, вы же отвезёте меня туда и будете ждать, - ответил Мурад.
На том и порешили.
Когда порядком стемнело, и наступил прохладный туманный вечер, небо затянули плотные облака, заслоняя лунный свет, группа людей вышла за ворота дома Абазы и быстро погрузилась в стоявшую тут же карету. Возница дёрнул вожжи, и кони двинулись с места.
Не доезжая метров сто до высокого каменного забора, окружавшего дворец Топкапы, кучер остановился. Из экипажа вышли Мурад, Мехмед-паша и Нургюль, попросили Булута-агу подать сигнал в случае непредвиденных обстоятельств и скрылись в зарослях буйных кустов.
Вскоре за буреломом показался невысокий купол старого фонтана, и все трое вошли внутрь.
Мехмед отсчитал от входа четвёртую плиту, и они с Абазой сдвинули её с места, открыв оказавшуюся под ней зияющую чёрную дыру.
- Мурад, возьмите на всякий случай, это план, я когда-то давно, когда была кормилицей, обнаружила и исследовала подземный лабиринт в нескольких местах, - не вдаваясь в подробности, сказала Нургюль и подала сложенный вчетверо лист Мураду.
- Спасибо, - коротко ответил он и полез вниз, Мехмед-паша помог ему спуститься и задвинул плиту на место
Потянулось томительное время тревожного ожидания.
Мурад вначале решил следовать схеме, данной ему Нургюль-хатун, но поиски не приносили результатов. Прошло более часа, и на Мурада стало накатывать отчаяние, но он упорно гнал это противное чувство и шёл дальше.
На одном из поворотов он обратил внимание на небольшое углубление в сухом песке.
Пригнувшись, он всмотрелся и понял, что это след человеческой ноги. Опустившись на колени, он пополз, внимательно вглядываясь в подсвеченную факелом тропинку, и заметил ещё одно такое углубление. Встав на колени, он посветил факелом и в обозримом окружении увидел вдалеке какой-то предмет. Это явно была не тень от трепещущего пламени.
Вскочив на ноги, Мурад в одну секунду преодолел расстояние и увидел силуэт человека. Это была его Лилиана. Она лежала с закрытыми глазами, неподвижно и не подавая признаков жизни.
- Лилиана, - позвал он её, но никакой реакции с её стороны не последовало.
- Лилиана, - громче позвал он с испугом в голосе, - ты чего тут разлеглась. Нашла место, давай-ка вставай, - говорил он, опустившись рядом с ней на колени, дрожащими руками трогая пульс на шее и прикладывая ухо к груди.
- О, Аллах! Благодарю тебя! - Взмолился Мурад, услышав слабое биение девичьего сердечка. Он слегка похлопал её по щекам, и девушка приоткрыла глаза.
- Ну вот и хорошо, сейчас домой пойдём, - сказал Мурад, положил факел на песок и осторожно поднял девушку на руки.
Забрав факел, он развернулся и пошёл туда, откуда пришёл.
Идти с факелом и девушкой на руках было неудобно, но он этого не замечал. Главное, что он нашёл любимую, и она была жива.
- Пи-и-ить! – вдруг услышал он её слабый голос.
- Пить? – повторил он, - не могу я дать тебе пить, - запыхавшись, говорил он, - ну что поделаешь, если твой любимый оказался глупцом, не взяв с собой даже маленькую флягу с водой.
В ту же секунду он почувствовал, как Лилиана сделала усилие и положила голову на его плечо, ему даже показалось, что она коснулась губами его шеи.
Голова девушки перестала болтаться, и так идти стало гораздо легче.
Пройдя метров сто, Мурад увидел выбоину в каменной стене и понял, что движется в правильном направлении. Он немного опасался сбиться с пути, но отметина придала ему уверенности и сил.
И вот оно, место с небольшим постаментом, над которым находится люк, ведущий на волю.
Услышав внизу шорох, Абаза с Нургюль отодвинули плиту и наклонились вниз, в темноту, которую уже стали постепенно освещать языки пламени факела.
- Мехмед-паша, принимайте Лилиану, только осторожно, по-моему, у неё что-то с ногой, она распухла в районе щиколотки, - сказал Мурад, как можно выше поднимая девушку.
Абаза, придерживаемый Нургюль, до пояса свесился вниз, взял за плечи Лилиану и поднял её на поверхность.
Следом поднялся Мурад.
- Нургюль-хатун, Вы не взяли случайно с собой воды? – спросил он.
- Да, конечно, взяла, - ответила женщина, мигом побежав к карете.
Она принесла фляжку, наклонилась над дочерью и капнула на её пересохшие губы воды. Девушка вздрогнула, потянулась ртом к фляжке и с жадностью стала пить.
Напившись, Лилиана полностью открыла глаза, обвела всех взглядом, обняла мать и заплакала. “Мамочка моя”, - шептала она, а Нургюль прижала её голову к своей груди и стала успокаивать свою девочку.
Присоединился к ним и Абаза, обнимая и целуя дочь.
Мурад стоял в стороне.
- Где мой Мурад? – всхлипнула девушка, и родители отстранились, позволив молодым людям быть рядом.
Молодой человек с нескрываемым волнением склонился над Лилианой, она обвила его шею руками и прижалась к нему.
Он подхватил её на руки, и они все вместе пошли к карете. По дороге девушка рассказала, что, видимо, сбилась с пути, да ещё споткнулась о чьи-то останки, упала и повредила ногу. Она долго ползла, не в состоянии стать на ногу, и больше ничего не помнит.
- О, Аллах! Кто-то не смог оттуда выбраться, - передёрнула плечами Нургюль.
- Там бесследно пропало много людей, - ответил Мурад.
Булут-ага, увидев всех живыми и здоровыми, заметно повеселел, открыл дверцу, помог всем погрузиться в экипаж и вскочил на свой облучок.
- Эй, родимые, поехали домой, - слегка присвистнул он, разбирая поводья, и повёл лошадей аккуратно, не причиняя неудобств своим пассажирам.
В доме никто не спал. Увидев Лилиану на руках у Мурада, Шерифе-хатун поднесла платок к глазам и побежала показывать комнату девушки.
Абаза и Нургюль обнимали Юсуфа, хлопали его по плечу и говорили, какой он молодец.
Парень раскраснелся от удовольствия.
Лилиане намазали ногу мазью, туго забинтовали, напоили горячим бульоном и уложили в уютную постель.
Не прошло и минуты, как девушка забылась крепким здоровым сном.
Остальные обитатели дома в приподнятом настроении поужинали, обсудили важные вопросы и разошлись по своим комнатам.
Оставив все тревоги позади, они помолились и уснули спокойным безмятежным сном до самого утра.