– Николай, не мешай нам с Дашей просто жить. Мы любим друг друга. Ты молодой. Найдёшь себе девчонку. У меня уже не тот возраст. Всю жизнь я учился, чтобы таких, как ты, штопать. Я, наверное, заслужил счастье, заслужил его с Дашей. Не мешай нам.
– Я не буду вам мешать, – пообещал смирившийся с утратой солдат, внутренне успокаиваясь и прощая былые обиды.
Операция прошла успешно. Пациента из реанимации перевели в общую палату. Было заметно, как он стремительно идет на поправку. Ещё бросался в глаза появившийся недавно ненавязчивый жирок, не вызывающий пока паники. Николаю он даже был к лицу.
– Даша, я хочу тебе сказать, что твой бывший парень попал ко мне на операционный стол, – осторожно признался Анатолий, завтракая бутербродом с сыром и колбасой.
– Я не знала. Что с ним? – замерев, спросила испугавшаяся женщина.
– Обыкновенная язва. Я заштопал его. Он пообещал мне, что больше не будет влезать в нашу личную жизнь.
– Ты ведь не держишь на него зла?
– Нет. Парень он спортивный, горячий. К тому же десантура не всегда была культурной. По этой части войска зачастую отставали и продолжают отставать. Я неплохо знаю этот контингент. Я их всех прощаю.
– Как хорошо, что у меня есть ты! – воскликнула Даша, обнимая руками холодцеобразные плечи любимого.
– Ты всё ещё его любишь?
– Нет, уже нет. Я многое поняла с тех пор, как встретила тебя в больнице. Счастье не то, которое в небе, а которое – в руках.
– Если любишь, то ты можешь уйти к нему. Я удерживать не буду.
– Я не пойду. Ты меня спас. Тебе и хранить меня до самой смерти.
Несколько месяцев назад жизнь Даши висела на волоске. Воспаление придатков вызвало непредсказуемый исход. Пришлось срочно оперировать. Анатолий встал перед выбором: либо оставить репродуктивные элементы – и потерять пациентку, либо удалить их – и сохранить драгоценную жизнь, пускай без малейшей возможности воспроизводства. Хирург выбрал последнее, и Даша отпраздновала второй день рождения. В благодарность спасённая вышла замуж за своего спасителя, поклявшись – всегда быть рядом и до последнего вздоха создавать вокруг Анатолия ауру благополучия и домашнего уюта.
Даша, поборов в себе непреодолимое желание увидеть Николая, уверенным шагом проходила мимо палаты, в которой он лежал. Ей по долгу службы, – а после операции больница стала для женщины чуть ли не родным домом, – выпадала необходимость поневоле делать некоторые простейшие процедуры лежащим пациентам. Анатолий был заведующим хирургическим отделением и взял жену на работу без специального образования в качестве санитарки. В дальнейшем перспективный хирург планировал обучить Дашу хотя бы на фельдшера, а потом – и на операционную медсестру. Поступление Николая в экстренном порядке никак не коснулось деятельности бывшей возлюбленной. И только лишь признание Анатолия заставило вздрогнуть ещё не определившееся сердце. Да и принадлежало ли оно будущему солдату тогда, когда юноша сделал первым шаг навстречу?! Скорее, нет, потому что Даша уже любила одного человека. Каждый день и каждую ночь со стены на неё смотрел он, её единственный и неповторимый, красавец, мачо, – Рики Мартин. Идеальный брак между девушкой во плоти и плакатным сердцеедом был невозможен. Однако влюблённая верила в сумасшедшее единение родственных душ, сама не понимая, что никогда не сможет даже прикоснуться пальчиком к очаровательной оболочке легендарного певца.
Димку наконец-то пропустили в отделение с целью – навестить своего брата. Мальчик ещё издали, идя по коридору, увидел Дашу в белом халате, катящую штатив с двумя флаконами прозрачной жидкости для внутривенного капания. Женщина достала из кармана записку и остановилась. Система предназначалась Коле. Деваться было некуда. Почти одновременно помощница медсестры и младший братишка вошли в палату.
– Как по заказу! Только что думал о тебе, – признался Николай, обращаясь к Даше. – Присаживайся, Димка!
– Коля, твой брат со мной не поздоровался, – обиженно высказала Даша.
– А ты что хотела?! Конечно, он сердится на тебя. Ведь правда, Димка?
– Не просто сержусь, а ненавижу! – выкрикнул младший брат. – Ты плохая! Ты бросила Кольку!
– Ребята, не вините меня! Я должна была это сделать!
– Могла бы подождать, – недовольно прошипел Николай.
– Не могла, – и Даша рассказала парням, ставшим ей давно родными, свою историю любви с Анатолием.
Продолжение следует...