- Ну тогда – хватит рассиживаться! За работу!
- Ага, раньше сядем – раньше выйдем!
Михаил поднялся и протянул руку Рафаилу.
Зайдя на кухню, Рафаил сморщил нос и спросил:
- Ты что? Что тут у тебя случилось, фу, дышать нечем!
- Ну, это, как его, забыл, что у этого тела такие, хм, особенности.
- Забыл?! Убирай тогда, а я пока чайник поставлю, фу, и окно открою!
- А-а, ты, случайно, не знаешь, где тут тряпки хранят?
Мальчик обернулся и посмотрел на него:
- Я, что похож на служанку или уборщицу? Откуда я знаю?!
- Ну, ты же дольше меня тут, прибыл раньше…
- Вот-вот вместо того, чтобы заняться проектом, в который мы ввязались, по твоей, кстати, инициативе! Не знаю, поищи в ванной или туалете, заодно попрактикуйся пользоваться унитазом!
Вздыхая и бормоча что-то себе под нос, Михаил снова вышел в коридор.
Вернулся через некоторое время неся в руках ведро.
Ликвидировав лужу, они закрыли окно. Рафаил разлил в кружки чай, Михаил, открывавший поочередно кухонные шкафчики изучал содержимое. Наконец, радостно вскрикнув, вытащил с какой-то полки бумажный пакет и высыпал содержимое прямо на стол.
Оценив сладости, хлынувшие обильным дождем, Рафаил озадаченно посмотрел на Михаила, который, ухватив здоровенную конфету, лихо освободил ее от фантика, откусил половину и принялся быстро жевать.
Попутно, бросая в кружку небольшого размера пятую или шестую ложку сахара.
- Чего? – Заметив повышенное внимание к своей персоне, Михаил принялся мешать чай.
- Ты утратил только, кхм, как бы это выразиться, только гигиенические навыки? А любовь к сладкому осталась?
Михаил отложил ложку и посмотрел на надкушенную конфету. Поднял глаза, в которых читался немой вопрос на собеседника:
- Слушай, не знаю даже, что тебе ответить. Это тело, оно, как бы само, понимаешь, оно помнит, что это вкусно и оно, как бы … - тут он задумался, пытаясь сформулировать мысль. – Захватило двигательные функции и начало совершать привычные действия.
Он снова взглянул на кружку, поднес ее к губам, сделал глоток и поморщился. Подошел к раковине и вылил содержимое. Затем снова налил чай, пригубил и удовлетворенно кивнул.
Рафаил покачал головой.
- Неудивительно, что тело в таком запущенном состоянии: лишний вес и, наверняка, букет проблем со здоровьем.
- Согласен. Итак, если я хочу поскорее из него выбраться, а я хочу! Надо действовать! Какие будут предложения?
- Ты помнишь папки, которые выдал нам Гавриил?
Михаил кивнул.
- Там было что-то про объект, но что-то очень расплывчато.
- А как ты хотел? - усмехнулся Рафаил, задумчиво вертя на столе ириску. – Фото, характер, индивидуальный гороскоп и психологический портрет что ли?
- Было бы неплохо!
- Держи карман шире! Я так понял, человек мужеского пола, скорее всего. С определенными проблемами…
- Проблемами? С чего ты так решил?
- А иначе зачем ему такие ухари, как мы, мечтающие его осчастливить?!
- Да, наверное, ты прав. Видимо большое количество сладостей плохо влияет на мыслительные способности. – Михаил наблюдал, как его рука потянулась за новой конфетой.
Когда конфета была уже почти схвачена, он шлепнул по ней второй рукой.
Рафаил, наблюдавший за приятелем, усмехнулся.
****
В этот самый момент, входная дверь распахнулась и на кухню ввалился здоровенный мужик.
Нетрезво улыбаясь, он, широко раскинул руки и закричав:
- О-о-о, вся семья в сборе! – упал лицом вниз и захрапел.
- К-к-кто это? – кончик пальца, с ярким маникюром, который указывал на вновь прибывшего, не просто дрожал: ходил ходуном.
Рафаил пожал плечами, потом, прикинув что-то в уме ринулся на выход. И перепрыгнув через храпящего, перегородившего дверной проем, скрылся в комнате.
Вскоре он вернулся и сдвинув сладости, положил перед Михаилом фото в рамке.
На фото: молодая женщина в белом платье сидела на стуле с высокой спинкой, на коленях у нее сидел мальчик, а сзади, положив руку ей на плечо стоял высокий мужчина.
- Кто это?
- Семейный портрет, я полагаю. Смотри: женщина – это ты, только моложе лет на десять, это он, - Рафаил ткнул в мужика, который выдал очередную порцию сопяще-рычащего звука.
- А это, стало быть, ты. – Михаил ткнул в мальчика лет двух, в матросском костюме, гордо восседавшего на коленях у женщины.
- Ага.
- Слушай, а она здесь легче килограммов на тридцать!
- Ну, видимо конфеты с приторно-сладким чаем она любила не всегда. – Рафаил улыбнулся.
- Да уж, если она замужем за таким сокровищем… - Михаил не успел продолжить.
Оба студента поняли, что стало слишком тихо.
Про такую тишину говорят: звенящая или оглушающая.
- Он, что перестал дышать? – прошептал Рафаил.
- Да не-е, - растерянно протянул Михаил, тоже перейдя на шепот.
Тут храп восстановился, став еще раскатистее.
Они переглянулись.
- Просто сил набирался! – подвел итог Рафаил.
- И чего с ним делать-то?
- Ну, как что, ты, как любящая жена должна… Ой! Перестань, больно же!
Рафаил, потер голову, на которую пару мгновений назад обрушился весомый подзатыльник.
- Покалечишь тело, сам будешь отчитываться потом. Я тебе помогать не буду!
- А нечего всякие глупости предлагать! Я серьезно спрашиваю: делать-то чего будем, а? Объект не нашли, а тут еще этот геморрой на нашу голову!
- Так, а может это и есть: два в одном так сказать, объект и…
- Что и?
- Осчастливим его и с геморроем покончим!
Подписывайтесь на канал "Марина Ричардс"
****
Семен открыл глаза. Темно. Тепло, значит он все-таки куда-то добрался. Интересно куда? Хорошо бы домой…
А еще лучше: к себе домой…
Он попытался сесть. Комната стремительно завертелась. Нет, так не пойдет. Упал обратно. Закрыл глаза, полежал, дурнота подступала к горлу, но пока подчинялась его волевым усилиям и содержимое оставалось внутри.
Постепенно карусель вращаться перестала. Он приоткрыл один глаз. В голове стучал паровой молот. Сердце частило в такт. Н-да, может Валька права: когда-нибудь эта п@ьянка его доконает.
Но, видимо, не сегодня. Слава тебе … Семен поднял руку, чтобы осенить себя крестом и, едва не уронил открытую банку.
С трудом, не сразу, но, ему удалось сфокусировать взгляд настолько, чтобы разглядеть в банке зонтики укропа и плавающие огурцы.
О, Господи, спасибо, что не оставил меня…
Учтя прошлую ошибку, он не стал вставать, а постарался максимально придвинуться к банке. А затем, Приподнявшись на локте наклонил банку и подставил рот под живительный поток нектара рассола.
Откинувшись обратно, закрыл глаза, полежал «сканируя» организм: так, голова уже не такая чугунная, скорее дюраль, язык перестал не занимать все пространство во рту.
Вздохнув, снова открыл глаза. Аккуратно, стараясь не «бултыхать» голову, ме-е-едленно сел. Комната осталась на месте.
Вертеть головой, озираясь по сторонам он пока не рискнул, но зато понял, что «автопилот» его все-таки не подвел: он у себя дома. В своей собственной гостиной.
Часы с боем, еще дедушкины, тикали, огромный маятник, с блестящим диском, исправно качался вправо и влево.
Дурнота снова начала подкатывать к горлу, приглашая содержимое наружу, он поморщился и отвел взгляд, посмотрев вниз на свои голые ноги.
Интересно, он так босиком и пришел или это Валентина постаралась?
Он, трясущимися руками, взял банку и сделал несколько жадных глотков.
Так, собраться себя в кучу и встать. Это задача номер раз. Задача номер два – санитарное помещение! Очень актуально!
Чтобы не было, как в прошлый раз.
Семен поморщился, вспоминая, как под грозным взглядом тещи два дня отмывал всю квартиру, пока жена с сыном гостили у ее родителей после его очередного загула. Когда его дружки привели его под руки, помогли открыть ключом дверь, сгрузили его в прихожей и очень быстро испарились.
****
- Слушай, а он не того? А то от него такой запах исходил, пока я с него штаны стягивал, меня чуть не того… - Рафаил нервно сглотнул.
- Ничего ему не будет! Его срок еще не пришел.
- Ты-то откуда знаешь?
Михаил напустил на себя таинственный вид – вышло плохо. Не убедительно, как сказал бы великий Станиславский – не верю!
Но Рафаил уважительно присвистнул.
- Я ему живую воду оставил у кровати.
- Это огурцы?
- Ага. Проснется, выпьет и будет, как огурчик!
- Прошлый опыт? – Рафаил понимающе подмигнул.
Михаил улыбнулся в ответ.
****
Увлекшись беседой, студенты не услышали шаркающих шагов.
Дверь на кухню распахнулась, на пороге стоял Семен: пап/муж.
Собеседники синхронно вздрогнули и испуганно посмотрели на мужчину.
- Кхм, Валь, Степ, вы чего? Я, это, как его, тьфу ты, башка трещит. Обидел Вас что ли? – его взгляд приобрел испуганное выражение.
Студенты переглянулись и пожали плечами.
- Да, нет, вроде…
- Уф, ну вы меня и напугали. Я даже протрезвел.
Он криво улыбнулся.
- Я уж черти что подумал! Валь, ты извини, я это, понимаешь, у Мишки дочка родилась, вот мы и это самое, ножки обмыть, так сказать… Ой!
Он позеленел, зажав руками рот, резко развернулся и попутно врезавшись в дверной косяк, выбежал в коридор.
****
Проводив страдальца взглядом, студенты переглянулись.
- Как осчастливливать будем? – спросил Михаил, затем схватил и спрятал в карман горсть конфет.
- Ну, как? Давай подумаем, если он несчастлив, то ему, значицца чего-то в жизни не хватает, правильно?
Михаил кивнул, рассеяно перебирая в кармане карамельки.
- Ну, вот, а если мы ликвидируем этот пробел – задание будет выполнено!
- А как узнать, чего ему не хватает?
- Давай за ним понаблюдаем!
- Давай!
Студенты вышли из кухни и направились к ванной. Первым шел Михаил. У дверей в ванную они остановились.
Рафаил прижал ухо к двери.
- Ну, что? – Не выдержал Михаил.
- Вода льется, - собеседник пожал плечами. – Ой, перестала!
Оба отпрянули от двери, которая тотчас распахнулась, треснув Рафаила по лбу.
- А-а! – заорал пострадавший не своим голосом.
- Степка, сынок, ты чего?
- Больно!
- Ну, прости, так, а чего ты стоишь-то тут, на проходе.
- А где мне стоять?
- А-то у нас вот постоять негде. В квартире пятьдесят квадратов! Оно, конечно немного, были бы деньги побольше бы взяли. Но, зато своя, отдельная! Ой!
Семен снова позеленел и скрылся в ванной.
- Ну, ты как? – Михаил сочувственно посмотрел на многострадальный лоб Рафаила, на котором по соседству с фиолетовым синяком наливалась свежая шишка.
- Нормально, начинаю привыкать, - усмехнулся он. – Понимаю, для чего в этих телах непременно нужна броня. Ладно, пошли! Теперь ясно, что ему нужно для счастья!
- Да? И что же это?
- Как что? Деньги! Вот чего ему не хватает!
- Деньги? Ты уверен? – засомневался Михаил.
- Уверен, уверен, ты что сам не слышал?
Вода снова перестала шуметь.
- Пошли в мою комнату, будешь мне первую помощь оказывать!
- Я?! Почему?
- А кто? Ты же мать моя!
Михаил вздохнул и потащился вслед за Рафаилом, который вприпрыжку направился в свою комнату.
Только он успел лечь на кровать, а Михаил присесть рядом. Как дверь открылась, на пороге стоял Семен.
- Ну, как он? А Валь? Не сильно я его? Я же случайно… Ты же видела.
- Видела. Все иди, ему отдохнуть надо полежать! – Михаил махнул рукой.
- Ладно. Если, что надо, ты это, зови, ладно?
- Ладно.
Дверь закрылась и снова открылась.
- Ой, забыл, слушай, Валь, а у нас поесть есть что-нибудь?
- Что-нибудь есть.
- Ага, - Семен поскреб макушку. – А где?
- Где, где? В холодильнике поищи!
- Ой, мама, что-то мне нехорошо. – Рафаил закатил глаза и откинулся на подушку.
- Все-все, понял! Лежи, отдыхай!
Дверь снова закрылась.
- Не вернется?
Как только дверь за отцом закрылась, Рафаил спрыгнул с кровати, подкрался на цыпочках к двери и выглянул в коридор.
- Ушел на кухню. – Сообщил он, вернувшись на кровать.
- Надо активировать канал связи, Гавриил, помнится обещал нам всестороннюю помощь!
- Давай, ночью, когда уложим спать этого, как его, а-а - отца!
Начало здесь ↓