Она открыла глаза, всё тоже окно показывало уже вовсе иную картину. Там светило яркое солнце, обогревая всех жителей планеты, словно позволяя понежится в тёплых лучах перед лютой зимой.
Так и не сообразив сколько сейчас времени, Зина закрыла глаза вновь, её лихорадило и трясло так, что двух одеял, что она взгромоздила на себя было недостаточно, чтобы согреться. Зина попыталась вспомнить какой сегодня день и нужно ли ей на работу, но не успев найти ответ, тут же отключилась.
Ей снилась мама. Она месила тесто на столе в том самом доме, где сейчас жила Зина. Это была осень, потому что целая кисть рябиновых листьев сорвалась с дерева, падая на землю. Зина вместе с котом Василием сидела у окна, выглядывая кого-то там, но тот кто-то всё не являлся.
- Мам, а я красивая? – маленькая девочка повернулась к маме, которая с улыбкой уже смотрела на своего ребёнка, готовясь ответить.
- Конечно, красивая, а почему ты спрашиваешь? – она подняла тесто, пододвигая всю муку, что рассыпалась по столу.
- Может это вы из-за меня ругаетесь с папой? – Зина подняла на мать свои серые глаза с длинными ресницами, - это потому что мы с Васькой вчера кувшин разбили?
- Нет, что ты милая, - мама смотрела на неё с любовью и нежностью.
***
Зина опять открыла глаза. Солнце уже закатывалось за соседний дом. Она попыталась пошевелиться, тело всё заныло так, будто она устала от тяжёлой, физической работы, проделанной накануне.
Движения давались с трудом, но на другой бок всё же получилось лечь. Зина уткнулась в стену, там был нарисован незамысловатый человечек, имеющий овальное тело, круглую голову и палки вместе ног и рук. Это рисунок Кристины, это она, научившись делать таких человечков, помечала ими все стены и рисунки, которые попадались под руку.
Почему-то в этот момент она вспомнила разговор с прабабкой, состоявшийся незадолго до кончины той. Зина спросила тогда о матери, ей было очень интересно узнать, как можно больше о самом близком человеке на свете, о котором в её памяти остались совсем крохотные воспоминания.
- Мамка-то твоя, да какая она была, - бабка задумалась, будто силясь вспомнить, а может и слова просто подбирала, какие можно было ребёнку сказать, - шалаболка твоя мать, больше ничего не скажу. Оставила тебя, да пошла свою жизнь устраивать. Отец твой с горя-то и запил, да и сгинул, она его довела, ох и…
Бабка вздохнула, остановившись на том, что уже сказала, всё же не став дитю всю свою правду выливать. Отца Зины воспитывала именно она, забрав его у родных родителей, поскольку те не внушали доверия для такого ответственного дела.
Про своих родных Зина знала довольно мало, слышала от бабки лишь то, что её мать воспитывалась в детском доме, а с отцом они познакомились в училище.
Она вновь закрыла глаза и провалилась в сон. Теперь ей опять снилось поле, то самое, где Зина крепко держала за руку свою мать, спокойно идя рядом с ней. Молния опять разрезала всё небо пополам, за ней тут же раздался грохочущий звук, раскатывающийся по небу.
Опустив голову вниз, Зина опять не обнаружила мать рядом, вновь ощущая тот же самый страх и ужас, сковывающий всё тело. Ей хотелось убежать, но она не могла этого сделать, так как ноги стали ватными, такими, что и не поднять их.
Зина опять открыла глаза, в комнате было темно, даже в окно луна не светила. Поёжившись немного от холода, она лучше укуталась одеялами, натягивая их на себя. Сон вновь накрыл её с головой.
***
- А я, знаешь ли, поглядывала вчера целый день, думаю, что-то странно, Зинка совсем не выходит ни днём, ни вечером. Ей же на работу вчера нужно было идти, так она и не пошла, я же всегда поглядываю в это время, как она мимо моего дома пробегает, всегда торопится. А тут не было её. Я думаю, ну может быть отгул взяла, а нет, совсем её не видно было ни во дворе, ни на крыльце. К вечеру заволновалась, но было уже поздно, не пошла. А сегодня только вот солнце встало, так я сюда. Хорошо, что она двери не заперла за собой, а то бы и не вошла я. Холодно в избе, так я печь вот затопила, да лоб ей обтёрла, жар вроде как у неё.
Зина слышала знакомый голос бабы Шуры, которая рассказывала кому-то всё обстоятельно и подробно. Другой человек стоял за ней, кивая головой, внимательно слушая.
Перед глазами всё плыло, было ощущение, как будто кто-то нарушил резкость её зрения, поэтому по голосу она пока никого больше не могла определить кроме бабы Шуры.
- Глаза открыла, - кивающая особа тут же перестала слушать рассказ бабы Шуры, направляясь к кровати, - Зина, ты меня слышишь? Как ты, девочка моя?
- Мама? – Зина еле шевелила губами, стараясь выговорить слово.
- Она бредит? – женщина, кинувшаяся к Зинаиде, обернулась к бабушке, ожидая от той ответа, - маму зовёт вроде.
- А ну, уйди-ка, - баба Шура отодвинула уже успевшую присесть на кровать даму. Она взяла Зину за руку, требовательно произнеся, - дочка, это я, соседка твоя, ты меня видишь?
- Да, - Зина попыталась кивнуть головой, но та почему-то отозвалась болью, несмотря на это она постаралась приподняться, - на работу мне надо.
- Лежи, лежи, - остановила её соседка, - не вставай пока. Сейчас уж чайник закипает, печь натопится, чтобы тебе можно было вставать в тепле, после буду тебя отпаивать.
- Не переживай, я вчера разнесла газеты, всё хорошо, - наконец-то зрение вернулось к Зине, и она увидела перед собой начальницу почтового отделения Наталью Сергеевну.
Баба Шура отправилась на кухню, чтобы заварить обещанный чай. Зина лежала в аккурат возле стены, за которой с другой стороны была печь, поэтому уже почувствовала, что стало ей немного теплее благодаря добрым рукам бабы Шуры, растопившей печь.
- Что с тобой, девочка моя? – Наталья Сергеевна присела на край кровати совсем рядом с Зиной, участливо заглядывая в её серый глаза, - как же так можно себя довести из-за мужика? Ну что же, на нём свет клином сошёлся? Ну ушёл, да и чёрт с ним, этих вон мужиков пруд пруди, разве в них счастье-то? Молодая ты ещё, глупенькая, а пройдёт время и поймёшь, что не это важно.
- Да и не нужен он мне уже, - Зина слушала добрый голос своей начальницы. Вся эта забота ей была приятна, наконец-то она очень хорошо чувствовала себя не один на один со своей бедой, а в компании женщин, которые может и не помогут, но хотя бы пожалеют, - детей бы вернуть, больше ничего и не нужно.
- Вернём, не переживай, сейчас может что вместе и придумаем. У тебя же не насовсем их забрали, а на время, а значит нужно устранить все проблемы, которые тебе обозначили. Вот и делов то.
- А как же я, у меня денег нет, я уже и так всем должна, - вздохнула Зина.
В комнату вошла баба Шура, неся кружку с чаем, да бутерброд с колбасой, принесённый из дома. Зина уселась на кровати, пододвинув к себе ближе стул, на котором стояла еда. Сил почти не было, казалось, будто бы они покинули её насовсем.
- Кто дома? – послышался голос, - что-то у вас тут открыты двери, а никого нет.
Внутрь дома прошла Лида. Она осторожно посмотрела то на Зину, то на стоящих рядом женщин, которые также странно поглядывали на неё.
- Явилась, - не стерпела баба Шура. – бесстыжая, посмотри вон, что натворила ты. Твоих рук дела, чуть не померла Зинка то, сутки пролежала, чуть живая. А всё из-за вас, непутёвых. Что надо то? Поди твой хахаль послал разузнать?
- Нет никакого хахаля, прогнала я его, ещё в тот день, когда Зина приходила ко мне. Надоело мне всё это, уж больно всё далеко зашло, да и толку нет от этого мужика, так, одно название, - она махнула рукой.
Но вот, если слова бабы Шуры её нисколько не трогали, так как натерпелась она уже такого от сплетниц в деревне за всю свою жизнь, то вот реакции своей бывшей подруги женщина очень ждала. Лидии хотелось понять, сможет ли она вымолить прощение у той.
Андрей явился от матери в тот же день, после того, как всё успокоилось, и Зина ушла к себе. Как ни в чём не бывало, он вошёл в дом, уселся на диван, уложив обе ноги друг на друга, устремив свой взор на телевизор.
- Лидка, ну что у нас там сегодня на ужин? Что ты там возишься, я есть хочу.
Всё это время Лида копошилась возле шкафа, будто перебирая там все вещи, наводя определённый порядок. На вопрос своего мужчины она не ответила, а через некоторое время возникла, встав между им и телевизором.
- Вот, - Лида кинула к ногам сумку, которая от тяжести шлёпнулась на пол, - у мамы поешь. Убирайся вон.
Вот что больше всего умел делать Андрей, так это горделиво уходить от женщины. Он задал, конечно, несколько наводящих вопросов, уточняя насовсем ли это, а затем пугая тем, что он не собачка и туда-сюда бегать не станет, убрался вон, как его и просили. Уже через несколько минут он кидал сумку в багажник своей девятки, укладывая туда же и инструменты, которые только недавно перевёз из другого дома. Лида стояла на крыльце, скрестив руки на груди и спокойно наблюдая за всеми этими сборами.
- Пожалеешь ведь об этом, - попытался хоть как-то повысить свою значимость Андрей, - года твои идут, думаешь кого-то лучше в своём возрасте найдёшь?
- А ты со своим шлейфом сделанных дел в жизни найдёшь ли себе путёвую жену? – парировала Лида.
Никакого представления или скандала на радость двум кумушкам, проживающим напротив Лиды, в тот день не было. Андрей просто выехал со двора Лиды и больше не вернулся.
Сама же молодая женщина провела вечер в раздумьях. Она жалела свою бывшую подругу, прекрасно понимая, как той сейчас плохо. До неё только сейчас дошло, что именно Лида и была той самой опорой, защитницей и покровительницей в жизни Зина. Как же она могла такое сотворить?
Ей хотелось рвануть к бывшей подруге ещё в тот самый вечер, когда ушёл Андрей, но совесть мучала, грызя изнутри и не позволяя заглянуть в глаза человека, которого она недавно предала.
- Нет, так не пойдёт, - дала она себе разрешение на следующий день, - чего сидеть, лучше уже спросить у той, кого я обидела, простит ли она меня.
Через пять минут она уже робко открывала двери в дом к Зинаиде. Вслед за ней вошла и Алёна, держа в руках пирог.
- Ой, как вас тут много, - удивилась она, - что же случилось? Зин, ты чего лежишь то?
- Да вот, хорошо, что я вошла. Лежала Зина одна сутки в доме не топленном. Видно из-за стресса обессилила совсем, переживает, думаю, - отчиталась баба Шура.
- Так, бабоньки, надо что-то решать, - сделала заявление Наталья Сергеевна, будто находясь на каком-то собрании, - надо Зине помогать. Пол сделать надо, вон поглядите, какая дыра. Конечно сюда зимой задувает. Я думаю, в спальне придётся полностью перестилать полы, прогнили они видно.
- Крыша у неё ещё течёт, - отозвалась Лида, - нужно мастера какого-то, да чтобы посчитали сколько это будет стоить. Ещё угля надо покупать и дрова заготовить.
- А денег где на всё это брать, думаю, что сделать пол с крышей в большую сумму обойдётся, - робко подала свой голос Зина.