О Ростовском сражении, произошедшем 14 или 15 октября 1608 года, сохранилось много упоминаний в иностранных источниках. Например, в дневниках польских шляхтичей Стадницкого и Рожнятовского, сопровождавших Марину Мнишек в её ярославской ссылке. Есть рассказ о сражении в сочинениях иноземцев, живших в период Смуты на Руси. Например, у пастора Мартина Бера, шведского агента Петра Петрея и наёмника Конрада Буссова. Но все они не были непосредственными участниками событий, а получили информацию из вторых рук.
Из русских источников, современных событиям, мы можем назвать письмо воеводы Третьяка Сеитова ростовскому митрополиту Филарету о сборе войска для сопротивления отрядам Лжедмитрия II, а также донесение из Устюга в Соль-Вычегодск о разорении Ростова литовскими людьми и пленении митрополита. Свидетельство о битве, содержащееся в «Новом летописце», были записаны на 20 лет позднее. Но в распоряжении историков есть свидетельство человека, который участвовал в сражении. Это татарский мурза на литовской службе Ахмет Юшизыцкий, отправивший письмо гетману Сапеге об исходе боя.
Юшизыцкий сообщает о трёх гусарских ротах, которых послал на Ростов гетман Сапега, и о запорожских казаках, выделенных Лжедмитрием II. Командовал этим объединённым отрядом пан Пётр Голович.
Рожнятовский, посетивший Ростов через месяц после битвы, сообщает, что в войске тушинцев было ещё 200 человек «москвы» и какое-то количество татар. Всего набиралось 600-800 бойцов. А в «Новом летописце» сказано, что среди нападавших были около 200 воинов из Переславля-Залесского, уже присягнувшего Тушинскому вору. Если учесть, что «Новый летописец» создавался в кругах близких к патриарху Филарету, а тот в 1608 году сам находился в Ростове, то, возможно, это соответствует действительности. Мартин Бер добавляет, что Сапега выделил ещё роту немецких наёмников под командованием испанца дона Жуана Круазатти. В общем, если сравнить данные разных источников, отряд тушинцев составлял от 600 до 1400 человек.
Что мог противопоставить врагу владимирский воевода князь Третьяк Сеитов? Кстати, родом Сеитов был из обрусевших татар. Так вот, у князя, согласно его отписке митрополиту Филарету, были дворяне и дети боярские из Владимира, Суздаля, Мурома, Ярославля, Ростова и опять же Переславля. Всего, по иностранным источникам, до 2000 человек. Некоторые исследователи пишут, что, скорее всего, солидную часть отряда Сеитова составляли плохо вооружённые и слабо обученные ополченцы. Это вряд ли, война в те времена была уделом профессионалов. В поместной коннице воевали дворяне и их боевые холопы, а в пехоте - стрельцы. В окраинных городах по южной или восточной границе добавлялись ещё городовые казаки. В Муроме, кстати, такие были.
В общем, учитывая численный перевес, шансы на победу у Третьяка Фёдоровича были. Представление о войске Лжедмитрия он уже имел, так как весной после поражения правительственных войск в битве под Болховом, воевода попал в плен к самозванцу и даже присягнул ему в верности. Но позже сумел бежать к Шуйскому и получил назначение на должность владимирского воеводы.
Но вернёмся в Ростов. Узнав о подходе противника, ярославские дворяне предложили митрополиту Филарету уйти в Ярославль и сесть там в осаду, но владыка отказался. Более того, он настаивал, чтобы князь Сеитов дал бой под Ростовом.
Воевода послушался и решил вывести своих людей в поле, на переславскую дорогу. Но при выходе из города его войско, не успев построиться, было внезапно атаковано подошедшими тушинцами. Детали сражения толком неизвестны, но ясно, что на плечах отступавших правительственных войск тушинцы ворвались в город. Ахмет Юшизыцкий писал, что «враг оказал нам большое сопротивление, в городе оборонялись и бились, пока не были побеждены». Часть отряда Сеитова смогла пробиться и уйти в Ярославль, а другие защитники города вместе с воеводой и митрополитом укрылись в соборной церкви, где оборонялись несколько часов. В конце концов, понимая, что сопротивление безнадёжно, Филарет решил выйти к осаждающим с хлебом-солью. Но как только двери храма открылись, туда ворвались тушинцы и перебили всех, кто там находился. Митрополит и князь Сеитов были схвачены и доставлены в Тушинский лагерь. Филарета потом ждала сомнительная честь стать патриархом при Лжедмитрии II и несколько лет польского плена. А имя князя Третьяка Сеитова после этого исчезает со страниц истории. Скорее всего, он был казнён Самозванцем за измену.
Ростов захватчики полностью разграбили и сожгли. Сколько точно погибло жителей в ходе сражения и после него, мы сказать не можем, но точно известно, что по итогам Смуты население Ростова сократилось в 10 раз.
Интересно, что ростовская трагедия стала ключевым событием исторической хроники Александра Островского «Тушино». Оказывается, великий драматург писал не только о Снегурочке и сцены из купеческой жизни. Среди действующих лиц стихотворной драмы Островского – князь Сеитов и его дочь Людмила, Лжедмитрий и Филарет, Сапега и Василий Шуйский, мурза из города Романова Асан Ураз и казачьи атаманы, а также дворянская семья Редриковых, которую Смута расколола надвое: один брат за Лжедмитрия, второй – за Шуйского. Что, в общем-то, характерно для гражданской войны… И, кстати, Редриковы – реально существовавший род, упоминаемых в документах XVII века.
Ростовское сражение – это один из эпизодов Смуты, о которой мы поговорили с Андреем Юрьевичем Кабановым, кандидатом исторических наук, автором нескольких книг о заключительной эпохе русского средневековья. А ещё мы затронули такие темы:
- Принц крови. Как Василий Шуйский добился царского престола?
- Почему города Владимиро-Суздальской земли поддержали Лжедмитрия II?
- Что удобнее в зимнем бою: лошади или лыжи?
- Как города Верхнего Поволжья восстали против второго Самозванца?
- Что спасло защитников Владимира от хитрости тушинских воевод?
- Кто из русских дворян, крестьян и посадских людей отличился в борьбе со сторонниками Тушинского вора?
В общем, очень интересный разговор получился!
Можно послушать и в ВКонтакте.