В детстве Клюшкина анкеты заполнять не очень любила. Не было в них огонька. И нетерпеливого предвкушения от ожидания ответов на всевозможные каверзы тоже не имелось.
Принесет, допустим, Ритка Горбатова в школу анкету. И скажет: “Пиши ответы свои быстро. Мне уже все девочки из класса заполнили. Одна ты резину тянешь. Вот заполнишь - и я сразу анкету Корягину дам. Это чтобы он про себя не воображал - будто кто-то в нем заинтересованный. Но очень уж любопытно чего Корягин этот напишет. Говорят, Маше Петровой в анкете он нарисовал человека без бюстгальтера. Представляешь, какой дур…к?".
Вопросы в анкетах одноклассниц были скучноватыми. Например, хозяйка анкеты обычно интересовалась у товарищей всякой ерундой: “какая твоя любимая музыкальная группа?” или “а какой твой любимый урок?”. Или про любимое блюдо. Или про любимое насекомое. Или даже про любимое число.
И все писали одно и то же. Про “Ласковый май” или “Кар-Мэн”. Или про салат “Зимний”. На глупый вопрос про уроки ставили прочерк. И правда - какие еще любимые уроки в пятом классе? Все они - сплошное наказание.
А вот анкеты одноклассниц Лидки были куда интереснее. Например, все ее одноклассницы поголовно интересовались про наличие личного внутреннего мира. И всегда имелся смешной вопрос: “ а как зовут твоего любимого человека?”. И Лидкины одноклассницы, как вычитала Клюшкина из этих анкет, честно писали про Васю Погорелова или Петю Шестакова. Больше, конечно, про Васю писали. Он был, делилась Лидка, до ужаса кудрявым блондином. И девочек даже не лупил. А в позапрошлом году и вовсе уехал в другой город навсегда.
На всякий случай Клюшкина - если и ей будут задавать однажды подобные вопросы - решила тоже писать про уехавшего Васю Погорелова. Хотя и не видела его ни разу. Раз уж он всем так нравится и далекий герой.
А хитрая Лидка всегда загадочно указывала только инициалы любимого человека: Т. К. И все ее подружки, конечно, гадали об этом Т. К. Потому что тот Т. К., что был известен всем, учился в восьмом и был похож на мартышку. Не в него же влюбилась Лидка? "Нет, - отвечала Лидка, - я же не с ума рухнула. Это совершенно другой Т. К.".
И только Клюшкиной сестра открыла тайну - любимого человека у нее пока не имеется никакого. И потому она пишет про их рыжего кота. И Т. К. - это Тимоша Клюшкин. Но даже если бы и был любимый человек, то Лидка ни за что на свете не созналась. Что она, совсем с ума рухнула? В таких вещах стыдно признаваться. Это личное дело каждого.
- Напиши, - посоветовала Клюшкина Ритке, - в анкету свою еще про внутренний мир и имя любимого человека. Так оно интереснее получится. Про самое любимое насекомое у Корягина глуповато как-то интересоваться.
И Ритка добавила заветные вопросы. И весь день ходила со смутной улыбкой на лице - предвкушала.
А Корягин не стал рисовать Ритке женщин без одежды. Он честно ответил на вопросы про внутренний мир, салат и “Ласковый май”. А из чистых листов анкеты накрутил конвертиков. И подписал их - с огоньком и расчетом на нетерпеливое ожидание: “Я тебя люблю” и “Я тебя лю…”.
Ритка таким конвертикам страшно обрадовалась. И даже покраснела свеклой. И спрятала конвертики в нагрудный карман фартука - поближе к сердцу. И решила торжественно вскрыть их сразу после уроков в тихом месте - под лестницей у спортзала.
И они еле дождались окончания уроков. И еле вытерпели - когда уж орущая вторая смена уйдет на свою физру из-под лестницы.
Вот оно - предвкушение! И Ритка Горбатова, поправив косу и одернув фартук, развернула первый конверт с признаниями Корягина. “Я тебя люблю, - писал Корягин, - плати мне в месяц по рублю!”. И зловещий знак доллара еще нарисовал. Натуральный дур…к! Во втором конверте с волнующим “Я тебя лю…” имелось и продолжение - “...бой конфеткой угощу”. В конвертик Корягин засунул леденец - монпансье.
Ритка закинула конфетку под лестницу. “Фу, может, он ее сам сначала облизал”.
И решила, что с Корягиным пока все же рано вести серьезные разговоры. Пусть и посредством анкеты. И лучше с ним просто подраться на горке. А вместо анкеты она песенник себе заведет.