Лирическое отступление про дельфинов и лошадей
Самой заветной мечтой моего детства было научиться ездить верхом на лошади. В шесть лет, благодаря дедушке, донскому казаку, 25-тысячнику[1], поднимавшему село после войны, я впервые посидела на лошади, и познакомилась с основными принципами управления. Типа, пятками вбок и «Нооо!» – это «газ», поводья натянуть и «Тпрууу!» - это «тормоз». Левый повод натянуть – поворот налево, правый – направо. Это мы с папой, мамой и дедушкой ездили по местам дедушкиной былой славы, и к товарищу папы на бахчу[2]. Рядом с бахчей на лугу паслись коровы, а смотрел за ними пастух на лошади. Дедушку в тех краях все знали и помнили. Поэтому ему разрешили посадить внучку на лошадь. Мы с ним там ещё и рыбу ловили. И раков. Там же меня впервые за руль посадили - папа. Тоже мечта. Научиться водить машину и лошадь.
Позже в доме появилась умная книга «Седлайте коней» с подробными инструкциями, удалось познакомиться с теорией. Потом, в течении жизни, по пальцам считала, сколько раз удавалось пообщаться с лошадьми. Например, в детстве мы с мамой попали в турпоход в горы (мне было уже двенадцать), и там местные горцы тоже разрешили мне на лошади посидеть.
Каталась в парках. Муж, зная эту мою слабость, всегда старался мне сидение или поездку на лошади организовать. По дороге из института в нашем парке Горького. В Краснодаре на улице Красной. Когда он сам работал в парке и был лично знаком с лошадниками. Еще раз в горах. Любит меня, наверное.
Самое запоминающееся приключение с лошадьми случилось в период Джой – дельфинарник – Карен Прайор «Не рычите на собаку». Племянница мужа, подружка Пупы Азизбекова, отвела меня на ипподром - она в детстве занималась конным спортом. Есть там такая услуга за деньги – прокат лошадей. И я прочувствовала все прелести верховой езды по полной программе. Начиная от чистки лошади, заканчивая галопом.
Во время чистки, я поняла, что лошади, собаки, коты и дельфины – все одинаковые. Чистят его (кажется, жеребца звали Ручей), а я кулёк яблок принесла с собой – подружиться. Висит этот кулёк на ручке денника[3], и Ручей его видит. Его чистят, а лошадёныш всем своим существом на яблоки показывает: «У вас там яблоки!».
Потом, в бочке[4], где Ручей ходил на корде[5] по кругу, меня учили ездить рысью, правильно двигаться - «облегчаться», подняли Ручья в галоп, я перестала понимать, по каким степеням свободы подо мной двигается лошадь, под действием кинетической энергии у меня на шее порвалась золотая цепочка, которую мы потом так и не нашли, перерыв вилами после занятий весь круг бочки и рядом. Но с занятий я ушла чрезвычайно счастливая. После этого ещё неделю точно чувствовала себя «полной наездницей» - болели такие мышцы, которые я не подозревала, что они у меня есть.
Тренер приняла меня за подружку племянницы мужа – её ровесницу (на тот момент она была ещё подростком, а, у меня, как мы помним, тогда уже был сын), сказала: «Способности есть, приходи, научим». Но пока это всё ещё моя мечта – научиться полноценно ездить на лошади. Попытки были, но нерегулярные. В горах, где я была уже с мужем, нас с лошадью вообще самих вдвоём отпустили. Тогда я тоже почувствовала, что собаки, лошади… со всеми можно договориться, принцип похож. Ещё не вечер, какие мои годы, может и научусь. Машину же водить на старости лет научилась (в сорок).
А племянница уже давно сама детей тренирует.
Дельфины. Удивительные животные. Только что пойманный дельфин разрешает прикоснуться человеку к себе. Хотя в толчке с места может развить такую мощь, что ударом убьет акулу. За что они любят людей – непонятно. Но мы их трогали, гладили, и плавали с ними. Даже немножко принимали участие в дрессировке. Я держалась за плавники сразу двух дельфинов и они катали меня по периметру бассейна, а мой муж брал их в воде на руки и называл Fish[6]. Непередаваемые ощущения.
Как уже упоминалось, пока в дельфинарнике работали «корешки» друга детства мужа, мы тоже там часто «паслись». Бесплатно ходили на представления, и между ними что-то отмечали в тренерской (например, Татьянин день). Юрка, самый старший тренер, незаурядная личность, объяснил, что дельфины чувствуют не запах алкоголя, а настроение человека. Вообще, если он вёл представление, животные при нём работали очень качественно, на порядок чётче, чем с другими тренерами. Обычно, он выходил в бассейн с морским львом Джонни. И выступление Джонни надо было видеть! «Айяйяй, Джонни, ты же артист, как ты некрасиво вошел вводу!» Джонни делает драматичный жест «рука-лицо», затем «улыбается» в усы загадочной улыбкой актера Олега Янковского в роли барона Мюнхгаузена, и, плавно и красиво, с изяществом, без единого всплеска, на боку въезжает в бассейн. У меня такое впечатление, что он сам получал удовольствие от процесса (что ни противоречит Карен Праойр - в процессе дрессировки учувствуют двое, и каждый думает, что это он дрессирует, а не его).
Между представлениями мы иногда присутствовали на тренировках. Джонни учили взбираться по лестнице на вышку, в перспективе, наверное, он должен был с неё прыгать. Но он и ходил-то с трудом - все-таки привычнее плавать. Тело – туша, где-то с тонну, ноги – ласты. Так вот, он поднимался на пару ступенек, и смотрел за колонну – не стоит ли там человек со шваброй, задачей которого - пресечь попытки Джонни сбежать с тренировки.
Мы с Джонни целовались. Это был один из номеров, его практиковали на представлении – лев целовал кого-то из публики методом случайного выбора, но мы с Джонни целовались и в свободное от представления время. Усы у него были белые, жесткие, не как у кошки. Напоминали скорее иголки дикобраза, но чуть помягче. Меня спрашивали:
– Не страшно?
Я, в восторге, отвечала:
- Нет!
А потом мне рассказали, что Джонни – это не то что дельфины, которые почему-то сразу дают к себе прикоснуться, хотя могут ссориться между собой. Джонни поймали уже взрослым, и он долго привыкал и притирался, даже отхватил у Юрки кусок гидрокостюма на боку. Но я, почему-то, всё равно не боялась. Джонни был, однозначно, личность.
Дельфинов - Вольку и Гавроша перед представлением загоняли в огороженный угол бассейна, первым выступал лев, потом Джонни уходил к себе в другое помещение, выпускали их, и дельфины под музыку ДиЛюЛя танцевали вальс, крутили кольца на носах, играли в мячик, высоко подпрыгивали, стояли на хвостах, катали на себе тренеров, рисовали картины…
Между представлениями весь бассейн был в их распоряжении, в нём плавали игрушки для них – мячики, они постоянно издавали звуки – трепались между собой. Детский сад, в общем. Дельфинчикам постоянно хотелось общаться. Если подойдешь ближе, заговоришь, обязательно подплывут, нос высунут, расскажут что-нибудь, в тебя может полететь мячик, с приглашением поиграть. Они позволяли себя гладить – на ощупь такие гладкие, нежные! Не описать словами! А когда летом, после Гребного канала мы с ними ещё и плавали! Это было что-то! Я чесала ребятам зубки, бока, за плавниками, под хвостом. Ну вот, как собачке пузико!
Сын в маленьком возрасте тоже пообщался с дельфинами, трогал их, присутствовал не на одном представлении. Правда, когда его спросили:
- Понравилось?
Он ответил:
- Да, дельфинчики пусть ещё попрыгают, только дядя пусть не говорит!
Представление комментировал в микрофон бородатый плотненький директор «дельфинарника» – рассказывал про этих удивительных животных. А сын в детстве почему-то очень боялся бородатых мужчин. И Юрка был бородатый, его тоже боялся. А теперь сын сам с бородой…
Юрка и до этого, и после, работал за границей, потом его пригласили возглавить океанариум на Дальнем Востоке. До его открытия он немножко не дожил. (Это всё я нечаянно нашла в интернете)
Мы общались не долго, но Юрка оставил о себе такое же неизгладимое впечатление, как дельфины и лев. Он успел подарить моему сыну на память две книжки Григория Остера (одна из них – знаменитые «Вредные советы»). А мне в наследство достались два изящных неприличных анекдота, и выражение, употребляемое в любое время суток: «Что ты орёшь на меня с утра?»
[1]25-тысячники – это такие люди, коммунисты, добровольцы, которые в 30-х годах и после войны в количестве 25 тысяч человек были направлены в село его поднимать.
[2]Бахча - арбузы. Здесь – папин товарищ летом подряжался выращивать и охранять арбузные поля.
[3] Денник - отдельная комната для проживания одной лошади. В конюшне, обычно, по центру проход, с обеих сторон от него - денники
[4] Бочка - огороженное пространство – круг, внутри которого в центре стоит тренер, у которого в руках один конец корды, а другой её конец привязан к лошади, и она бегает по кругу, огороженному бочкой.
[5] Корда - длинный ремень, один конец которого привязывается к уздечке лошади, а другой - в руках у тренера.
[6] Fish - рыба по англ.
Для тех, кто хочет прочитать сразу полностью