Сразу за шлагбаумом, нелепо и одиноко стоящим в чистом поле, как тополь на Плющихе, примостилась перекошенная ржавая, крашенная в зелёный цвет будка от ГАЗона, служившая импровизированным КПП. Ни одной живой души поблизости видно не было.
- Серьёзная охрана, блямбой буду, - усмехнулся видавший виды Промокашка, - муха не пролетит, комар не проскочит. А где же вертухаи?
На шлагбауме на проволоке болтался снятый где-то дорожный знак «кирпич», а на самой будке висела и поскрипывала на ветру видавшая виды надпись: «Дачный кооператив «Созвездие».
- Ну не фига себе у них представление о созвездиях… Интересно это какое – «Большая медведица» и «Альфа Центавра»? – проиронизировал Месье.
Он обогнул слева закрытый шлагбаум и подъехал к самодельным ступенькам в будку.
- Ну что, Слон, глянь чо там, спроси где участок номер пятнадцать.
- А чо я-то? Хотя… ладно, так и быть разомнусь.
Слон щёлкнул костяшками, открыл дверь и вышел. При этом машина сразу поднялась вверх, освободившись от непосильной ноши. Вылезая из низкого зубила, громила бесцеремонно пустил газы, шокировав всех присутствующих. Тяжеловес размял ноги и медленно, хозяйской походкой, направился к будке, обошёл её, заглянул в крохотное окошко с высоты своего гигантского роста, после чего стал подниматься по ступенькам, которые под ним натужно заверещали и протиснулся в самодельный дверной проём, который явно был не рассчитан на людей его габаритов.
- Спустил кингстоны... Хозяин жизни, мать твою, - злобно цыкнул ему в спину Месье.
- Это Вам не комильфо, господа гимназисты-эмигранты, - как всегда весело балагурил Промокашка.
Вдруг неожиданно Слон выскочил из будки как пробка из бутылки шампанского, он бежал оттуда, как чёрт от ладана. С вытаращенными глазами и перекошенным лицом он стремительно бросился к тачке. Такой прыти от него никто не ожидал. Слон с разбегу плюхнулся в тачилу, так что та просела до земли и уткнулся в одну точку.
- Ты, что, Слон? Вылетел как будто за тобой черти гонятся, ты что там призрака увидел? – поинтересовался Месье.
- Там это… - низким голосом пробасил Слон, не отрываясь глядя перед собой, - кажись того… трупняк.
- Вот это поворот, граждане-господа арестанты и вольные фортовые бродяги… - присвистнул Промокашка.
- Говорил я, что мне эта вся затея сразу не понравилась! – схватился за голову Месье, - ну что вот теперь делать…
- Да погодите вы причитать, как бабки на базаре! Слон, ты можешь толком сказать, что ты там увидел… - пытался вернуть всех в здравое русло Герц.
- Ну я захожу, а там везде вещи разбросаны… а на полу лежит мужик… глаза открыты и смотрит в одну точку.
- Ну и что, мертвеца испугался? Такой здоровый, а дохляка боится. А чо их бояться, они не кусаются, - успокаивал всех бывалый зэк, - ладно, откидывай сиденье, пойду гляну, это кажись по моей части.
Месье пригнулся и откинул сиденье вперёд, открыл дверь. Промокашка протиснулся в свободную щель и выскользнул с заднего сиденья. Он поправил кепку, сплюнул, взялся за лямки на майке синими татуированными пальцами и поднялся по ступенькам в злосчастную будку. Пацаны в машине притихли в ожидании. Минуты тянулись бесконечно долго, нависла тяжёлая, тягучая тишина. Вдруг, неожиданно для всех, раздался гомерический смех, да такой громкий, что пацаны переглянулись и вжались в сиденья. Спустя какое-то время, в проёме будочной двери показалось радостное лицо урки. Он вышел, улыбаясь во все свои неполные пятнадцать оставшихся зубов и не спеша пошёл размеренной пританцовывающей походкой к восьмёрке. Все, обескураженные ситуацией, выскочили из машины навстречу герою, смеющемуся над смертью.
- Ну что… Что там? – наперебой загалдели и стали спрашивать пацаны пожилого зэка о случившемся загадочном пришествии на КПП.
- Да ничего, у страха глаза велики. Захожу, я значит, в эту… хату, осмотрелся… Ну бомжатник скажу я вам… На самой грязной марафетной малине в Ямах такого не встречал. Ничего не поймёшь, везде, навалено вещей, мусора, прошу верно ставить ударение. Пригляделся, среди вещей на полу действительно лежит какой-то терпила с открытыми глазами, лежит и смотрит. Ну вам-то жутко, а я на этапах, да на пересылке такого насмотрелся… Штабелями людишки мёрли. Чует моё сердце поживиться на такой «блатхате» нечем, разве что клопами, да тараканами. И вдруг этот… труп недоделанный, ка-а-а-к… - Промокашка сделал паузу и посмотрел на компаньонов, улыбнулся и выдал - захрапит. Да ещё так знаете, переливисто, с трелями, ну чистый соловей. И такой на меня смех на старых парах напал, чуть живот не надорвал, век воли не видать. Ой насмешил, холодный, до сих пор слёзы на глазах.
- А как так-то? Он ожил что ли? – с отвисшей челюстью спросил Слон, - я же сам видел… Не дышал, глаза открыты… Ну мёртвый же.
- Да мёртвый, мёртвый… Пьяный вусмерть. А глаза открыты – это такая особенность организма у него. Видать охранником давно работает, вот и привык спать с открытыми глазами.
- Ну ё-моё, бывает же такое…