Самый красивый сад Кёнигсберга, который современники называли «Чудом Пруссии», нынешние жители Калининграда уже не застали: сначала он превратился в пепел от английских бомбардировок в 1944 году, а в советский период на его месте возвели жилые дома в квартале за спортивным дворцом «Юность». Однако, о нём знали не только в Пруссии, но даже в Российской империи: в «саду Сатургуса» в 1776 году устроили пир по случаю посещения Кёнигсберга Павлом Петровичем, который через 20 лет стал Российским императором. Но, знать о нём необходимо, т.к. в своё время он являлся важной частью истории города не Прегеле, подчеркнув королевский статус Кёнигсберга.
Название «Сад Сатургуса» (нем. Saturgus Garten) связано с именем купца Фридриха Сатургуса, который родился в Кёнигсберге в 1697 году. Любопытно, что в том же году королевский град впервые посетил тогда еще Царь всея Руси Пётр Алексеевич. Фридрих был младшим ребёнком (из девяти) в семье торговца вином Фридриха Адольфа Сатургуса и дочери богатого кнайпхофского каменщика Анны Элизабет Кайзер.
Семья Сатургусов была баснословна богата, ибо занималась самым прибыльным для Восточной Пруссии бизнесом – торговлей зерном из России в Европу. В их собственности было единственное трёхмачтовое торговое судно. Фридрих был лично знаком и поддерживал прекрасные отношения с королями Пруссии Фридрихом Вильгельмом I и его сыном Фридрихом II. Семья была приближённой к правящему двору, имела более полусотни грамот от монархов и большое количество дорогостоящей недвижимости в Кёнигсберге.
После смерти матери (пережившей супруга) Фридрих Сатургус унаследовал огромное состояние, которое в том числе включало большой сад с домиками в районе Ластади по Нойер Грабен (совр. ул. Красноярская), тянувшийся до реки Прегель.
Фридрих, будучи уже королевским коммерческим советником, выкупает дополнительно несколько складских помещений в Ластади и восемнадцать квартир по Нойер Грабен, сносит их, тем самым значительно расширяя территорию вокруг сада. А нужно это было, с его же слов, для одной цели: «сделать любимому городу подарок в стиле рококо».
В 1753 году Кёнигсберг действительно увидел восхитительный «Сад Сатургуса», а «городской президент» Теодор Готлиб фон Гиппель скажет: «он получился таким, как того и требовала душа города».
Что же увидели горожане? На огромной территории Сатургус выстроил большой дворец, рядом с которым разбил уникальный ландшафтный парк в барочном стиле. Вдоль него были проложены липовые аллеи, по всему пространству стояли скульптуры и вазы в стиле рококо, имелись оранжереи, стилизованные холмы, гроты, зелёные лабиринты, солнечные часы, каменная пирамида, водоёмы с рыбами, смотровая башня, а также множество фонтанов. Последние обслуживались посредством водопровода длиной почти в километр, что по тем временам было не только большой редкостью, но и крайне дорогим удовольствием.
«Сад Сатургуса» стал не только украшением, но и объектом, подчёркивающим королевский статус города Кёнигсберга, а за красоту получил народное имя «Чудо Пруссии», так его стали называть и в путеводителях и газетных заметках.
А ещё сад являлся свидетельством превосходного вкуса самого владельца, который к тому же увлекался поэзией, музыкой и искусством. На средства Фридриха в Кёнигсберге начал деятельность первый профессиональный театральный коллектив. Сатургус собрал большую коллекцию церковных песен, которые передал для использовать при службах в храмах. Также он коллекционировал картины, которые после банкротства семьи выкупил Гиппель.
Фридрих умер бездетным в 1754 году, поэтому бизнес, собственность и парк унаследовали его племянники Адольф и Фриц Сатургусы. Для начала они еще больше увеличили состояние семьи, хорошо заработав на торговле зерном в период российской оккупации Восточной Пруссии во время Семилетней войны (1758-1762 гг.). Часть заработанных средств жертвовали на благотворительность: оплатили новый орган от дорого мастера Каспарини для Альтштадтской кирхи, помогали финансово паломнической церкви в Хайлигелинде (совр. Свента Липка, Польша) – второе по святости (после креста Святого Адальберта) место в Восточной Пруссии.
Во дворце открылся «Кабинет естествознания» (нем. Naturalienkabinett), руководить которым позвали профессора Кёнигсбергского университета, а в 1766 году хранителем стал Иммануил Кант.
В небольшом музее посетители могли увидеть окаменелости, минералы, морские раковины, чучела животных. В качестве эксклюзива имелась коллекция крупных кусков янтаря с инклюзами под названием «Собрание янтаря». Опись насчитывала около 250 предметов, считалась одной из крупнейших в Европе и регулярно пополнялась, в том числе благодаря подаркам от короля Фридриха Вильгельма I.
Любопытный факт. Именно здесь, рассматривая насекомое в янтаре, Иммануил записал известную фразу: «Если бы ты смогло рассказать, что ты пережило в свою эпоху, мы многое смогли бы узнать о жизни Земли». Тогда Кант находился в полушаге от изложения своих «критик», сделавших его легендой философии.
В 1776 году по распоряжению матери императрицы Всероссийской Екатерины II Великой князь Павел Петрович, отправляется в Берлин на смотрины новой жены – внучатой племянницы прусского короля Фридриха Великого Софии Марии Доротеи Август Луизы Вюртембергской, которая перед браком перекрестится в православие и возьмёт имя Мария Фёдоровна.
Путь будущего правителя России Павла I пролегал через Кёнигсберг. По этому случаю в районе Закхаймских ворот установили Триумфальную арку, а в саду Сатургуса, в тот момент всё ещё считавшегося самым красивым в Пруссии, организовали пышное застолье с самыми именитыми горожанами. Тот въезд в город, когда дорогу перед каретой Великого князя усыпали цветами «50 девиц знатнейших Кёнигсбергских фамилий», запечатлён в народной картинке (лубок), написанной по материалам «Московских ведомостей» от 1776 года, увидеть которую можно на сайте Российской Национальной библиотеки в разделе «Книжные памятники».
В результате неудачных инвестиций в Польше семья Сатургусов обанкротилась в 1783 году, всё имущество было выставлено на аукцион. В 1787 году «кабинет» стал основной частью коллекции Кёнигсбергского зоологического музея, а годом позже усадьбу выкупает городской советник Кунке, который несколько перестраивает дворец, на входе появляется четыре больших гранитных шара с флагштоками, парк дополнительно украшен фигурами и беседками. В 1809 году в доме проживал легендарный прусский педагог-реформатор Вильгельм фон Гумбольдт.
В 1831 году вновь меняется владелец, теперь им становится купец Георг Цшок, который переезжает в имение с тремя своими незамужними сёстрами. В этот период в парке обновляются обветшавшие элементы, пострадавшие в результате пожара, производится ремонт водопроводной системы.
После смерти брата, сёстры достраивают дворец, сделав одно его крыло приютом для вдов. В те времена в парке часто играли оркестры, последний раз в июне 1944 года. Спустя месяц, во время английской бомбардировки Кёнигсберга, сад Сатургуса с ландшафтным парком и усадьбой, буквально превратился в пепел по причине точечного попадания фосфорных бомб.
В 1964-1969 годах вышла серия марок Deutsche Bundespost под названием «Немецкие здания двенадцати веков», на одной из них был изображён финальный вид входного фасада «Приюта Цшока» (Дома Сатургуса).
Сегодня на месте некогда красивейшего парка Кёнигсберга расположены жилые дома на пространстве от тыльной стороны дворца спорта «Юность» и вдоль улиц Красноярской и Мариупольской.
Род же Сатургусов по мужской линии прервался в 1810 году, но имя одного потомка, почётного доктора Кёнигсбергского университета было на слуху в Германии в 1910-1930-ых годах: немецкая поэтесса и прозаик Агнес Мигель являлась потомком Анны Барбары Сатургус, родной сестры основателя сада Фридриха Сатургуса. К сожалению, автор прекрасных и чувственных стихов омрачила воспоминания о себе подписанием так называемой «Клятвы верности» пришедшему к власти Гитлеру.
По всей видимости после войны она всё же поняла, что присягнула дьяволу, в одной строке подытожив судьбу фашисткой Германии, Восточной Пруссии, Кёнигсберга, да и чудесного парка своего рода: «Остров … Герб мой … Судьба …. Начало … Всё имела – и потеряла».
© Дмитрий А. Галлис
(Проект «Познавая Пруссию»).