Варвара Филипповна на дачу невестку свою запустила. Знала бы - чем дело обернется, то, конечно, и не в жись на такой шаг не пошла. И не упрашивайте.
“Пусть, - думала тогда беспечно Варвара, - невестка с детьми поживет в летний зной. Жаль малюток - в каменных джунглях от жары изнывают. Заодно и воришек дачных распугивать будут. У меня там чайник хороший остался”.
И впустила. Невестка, Жанна, очень, к тому же просилась на дачу эту. И сын Вова умолял.
- Мать, - Вова говорил, - тебе же не сильно дача эта нужная. Все равно стоит свободная. От посадок ты отказалась давно, так и чего добру пропадать? А наши Коля с Толей хоть чистым воздухом подышат. И Жанна с ними выгуливаться по озерам и лесам близлежащим мечтает. Устала в четырех стенах с ними валандаться. Пусть-ка поживут до августа. А я им продукты возить стану.
Впустила. Но на сердце покоя у Варвары Филипповны с тех самых пор и не было. Коля с Толей, внучата, - дети шебутные. И порядков соблюдать не приучены. Жанна, опять же, тоже хозяйка без огонька. Ленивая, если уж откровенно. Все бы спать ей да зевать.
“Небось, и дачу всю разнесли, - так она через неделю размышляла, - не свое ведь - и не жалко. А там Семен, муж покойный, все своими рученьками делал. И сама я здоровье там же утратила. Эх, сердце кровью обливается - чего уж там за кавардак. Надо бы нагрянуть, надо бы проверить”.
И поехала проведать внуков в погожий день. Едет в электропоезде - и всякие страсти себе представляет: от пожара до потопа.
Заходит на участок свой дачный - к счастью, забор пока стоит и домик тоже. И следов сильных разрушений не видно.
Коля с Толей горох на гряде поливают лейками. Жанна в гамаке дрыхнет. На лице у нее газетка с новостями о богатых и знаменитых. Варвара Филипповна на Жанну крякнула. Та в ответ ей всхрапнула сладко. Поздоровались.
И пошла Варвара участок по периметру обходить - мало ли чего.
И не ведь зря пошла!
Под окнами своей комнаты … елки обнаружила. Натуральные ели! Сидят себе спокойно и зеленеют. По колено где-то в размерах. Варвара Филипповна за голову схватила: ах, вот оно что! Все-то, мол, теперь и ясно! Так и знала - устроят ей сюрпризы! Не зря на душе тревожно было.
И бегом Жанну будить. Даже испариной от возмущения покрылась.
- Что же деется, - говорит она невестке, - Жаннет? Я, конечно, всегда догадывалась, что костью в горле тебе сижу. И о моей кончине ты даже тайно мечтаешь. Но вот то, что сама руку прикладывать начнешь - к такому я готова не была! Елок мне под окна высадила! Елок, люди! А ведь это прямой путь к смертушке моей! И не делай глаз удивленных. Дурная это примета - елки сажать. И не делай виду, что не знала. Ты всю жизнь то гороскопы читаешь, то фен-шуи. У Галины Петровны супруг на даче елку посадил! Так и что же? В тот же год и померла Галина Петровна! Волк в овечьей шкуре ты, Жанка. Ступай и елки свои выдерни! Я тут самовольствий и нападок на жизнь мою терпеть не намерена!
А Жанна газетку с лица убрала и глазами хлопает.
- А чего, - говорит сонно, - случилось-то? Я намедни про дизайн читала дачный. И многие садоводы елок себе на участки насадили. Красиво же с елками жить. И Толя с Колей Новый год на даче праздновать теперь хотят. Елочек им нарядим, а они нам хороводы спляшут. Весело праздник встретим. Не дремучая вы женщина ведь, Варвара Филипповна, и должны про дизайн понимать.
- У Галины Петровны, - Варвара Филипповна аж задыхаться начала, - тоже внучата под елочкой скакать хотели! А кончилась чем? Лежит Галина Петровна во сырой земле одинокая! Бесстыжая ты, Жаннет! Наследство ускорить захотела! И глазами хлопаешь.
И лопату невестке в руки дает - елки копать. А Жанна хохочет и копать не желает. Коля с Толей лейки в горох покидали и тоже про Новый год воют.
“Ничего, - Варвара про себя думает, - дачу я дочке тогда отпишу. Хорошо хохочет тот, кто последний хохочет. А то ишь - наследство торопят, бесстыжие”.
И таки написала дарственную на дочку. Хоть Вова и обижался долго, и про дремучесть родительницы всем рассказывал, и елки повыдирал.
- Подверглись нашествию двуногой саранчи. А как вы справляетесь с соседскими детьми?