В новом интервью для Laughingmonkeymusic фронтмен DOKKEN Дон Доккен рассказал о трудностях с голосом, которые у него возникли с возрастом, и о проблемах, с которыми он сталкивается при попытке воспроизвести классический материал DOKKEN в живом исполнении: «На меня было много жалоб. Я вижу фанатов, когда пою: "The kiss of..." [в песне "Kiss Of Death"] и пытаюсь взять эту си-бемоль над ля, эту суперсопрановую ноту, и не могу взять её, и я вижу, как люди говорят: "Эй, ты не попал в ноту". А я такой: "Чувак, я дал около трёх тысяч концертов. Это как мотор. Он изнашивается".
Когда тебе чуть за двадцать, ты не знаешь, будет ли у вас ещё одна пластинка, ещё один хит или что-то ещё. И я пел в высоком регистре. Я пытался копировать [Роба] Хэлфорда [JUDAS PRIEST] и подобные группы, и Клауса [Майне, SCORPIONS], поющего высоко, но когда ты в туре полтора года, даёшь четыреста концертов и выпускаешь пять альбомов, то потом начинаешь, как я, хрипеть просто от общения с окружающими. Такова действит
В новом интервью для Laughingmonkeymusic фронтмен DOKKEN Дон Доккен рассказал о трудностях с голосом, которые у него возникли с возрастом, и о проблемах, с которыми он сталкивается при попытке воспроизвести классический материал DOKKEN в живом исполнении:
«На меня было много жалоб. Я вижу фанатов, когда пою: "The kiss of..." [в песне "Kiss Of Death"] и пытаюсь взять эту си-бемоль над ля, эту суперсопрановую ноту, и не могу взять её, и я вижу, как люди говорят: "Эй, ты не попал в ноту". А я такой: "Чувак, я дал около трёх тысяч концертов. Это как мотор. Он изнашивается".
Когда тебе чуть за двадцать, ты не знаешь, будет ли у вас ещё одна пластинка, ещё один хит или что-то ещё. И я пел в высоком регистре. Я пытался копировать [Роба] Хэлфорда [JUDAS PRIEST] и подобные группы, и Клауса [Майне, SCORPIONS], поющего высоко, но когда ты в туре полтора года, даёшь четыреста концертов и выпускаешь пять альбомов, то потом начинаешь, как я, хрипеть просто от общения с окружающими. Такова действительность.
И я становлюсь старше. Мне 70, чувак. И некоторые из фанатов уходят... Мне говорили: "Дон должен бросить это. Он не может брать высокие ноты". А я отвечаю: "Посмотрим, как ты будешь брать высокие ноты, которые брал в 24 года. Давай. Валяй».
Дон сказал, что даже если бы он пел идеально, как в 1983-м году, всё равно нашлись бы недоброжелатели:
«Моя дочь заходила на наш сайт, и у нас был открытый форум. Каждый мог сказать всё, что хотел. И один парень под ником Acorn, который не использовал своё настоящее имя, сделал комментарий: "Я был на пяти концертах DOKKEN этим летом, и Дон — отстой". А я ему говорю: "Тогда зачем ты ходил на пять концертов?" Моя дочь ему отвечала. И в конце концов мы его заблокировали. И я сказал: "Дорогая, ты должна помнить, что этот парень работает в Subway и весь день делает сэндвичи с тунцом, и у него есть новая штука под названием Интернет, он может зайти туда и написать всё что захочет", потому что я не соблюдал цензуру, "и это их способ привлечь внимание". А потом люди говорят: "Да пошёл ты" и "Я с тобой согласен"».
Дон заявил, что он планирует «продолжать до тех пор, пока это не перестанет быть интересным», и у него есть специальное сообщение для тех поклонников DOKKEN, которые разочарованы тем, что он не может воспроизвести свой вокал сорокалетней давности:
«Если я не могу петь так, каким меня помнят, то просто не приходите на шоу. Никаких проблем».