Обсуждение моей мысли о том, что каждому нужно становиться субъектом политики, с несогласным собеседником:
- Зачем это мне? Я вот аполитичен. Если лезть в политику, придётся сделать выбор, кто ты в политической идеологии. Левый, правый, центрист, умеренный, радикальный. Выбрать между либерализмом, коммунизмом, социализмом, национализмом, шовинистическим имперским национализмом, и так далее. Это правда так важно? Ведь выбор предполагает ненависть к оппонентам и борьбу с ними.
- Надо определиться с политическими задачами, которые ты хочешь решить: что улучшить, что внедрить, что искоренить. Из совокупности задач формируется твоя стратегия. Для этих конкретных задач нужно находить союзников – как ситуативно-тактических, так и долгосрочно-стратегических.
При этом борьба с кем-то возможна. Но ненависть – это эмоция, которая для дела не обязательна, а на длинной дистанции вовсе вредна и саморазрушительна.
- Вопрос политики – это вопрос о власти. Просто власть бывает разного масштаба – от местной, местечковой, до федерального уровня и выше. Лишь обладая властью, можно решать какие-то крупные проблемы и задачи. Но наши слуги народа используют власть для личного обогащения. Не отрицаю, когда у человека есть чёткая политическая, гражданская, идеологическая позиция, ему легче живётся, чем просто обывателю вроде меня. Но я никогда и не ставил перед собой политических задач.
- Ты обобщаешь – во власти есть разные люди, и честные, и корыстные, всякие есть.
Да, ты не ставил перед собой политических задач, потому что не видел в этом необходимости. Но когда необходимость возникает, иногда бывает уже поздно – об этом я и писал здесь.
- А почему в моей жизни должна возникнуть такая необходимость? Вот были недавно выборы, я не голосовал, потому что графу «против всех», увы, убрали, но, честно, я не знаю этих людей, и все эти партии в России. Сейчас одна партия, ЕдРо, выступает как политическая воля президента, а его власть в РФ огромна. У нас почти однопартийная система, только видимость оппозиции. В условиях войны это, пожалуй, и хорошо, хотя ЕдРо – всем известные коррупционеры.
- На тебя может упасть боевой беспилотник. И если это случится с тобой или с кем-то из дорогих тебе людей, поздно будет думать о том, а что лично ты мог и должен был сделать, чтобы этого не допустить. Раньше надо начинать думать об этом и заниматься этим.
Могут наступить/вернуться времена, когда тебя никуда не пустят без QR-кода.
У тебя могут отобрать детей – непонятные люди, с непонятными компетенциями и полномочиями, на непонятных основаниях – просто потому что соседям не понравилась твоя семья и они написали жалобу в органы опеки.
Это только три примера, когда политика «внезапно» приходит к тебе, тебя не спрашивая.
Многие говорят: «А что я могу?» – и не знают, с чего начать. Очень просто – иди к тем, кто уже чем-то занимается, пытается решать какие-то проблемы, задачи для общества, страны, мира. Иди и узнавай, какая им нужна помощь, чем ты можешь быть полезен. Смотри на задачи, выявляй задачи, бери на себя какие-то из них, проявляй инициативу.
Есть много волонтёрских организаций, которым нужна помощь. У них задач больше, чем людей. Мы составляем списки волонтёрских организаций в разных городах на сайте помощи беженцам (отдельно указав навигатор в Телеграме для поиска групп бесплатной помощи) и на сайте помощи воинам (отдельно указав контакты благотворительной организации «Золотые руки Ангела»).
Есть телеграм-сообщество «Защита жизни. Александра Машкова-Благих», где защищают права семьи, детей, борются с ювенальной юстицией, с произволом в изъятии детей из семей органами опеки, продвигают ценности традиционной семьи.
- Волонтёрские организации имеют только косвенное отношение к политике, они почти вне её.
- Именно подобные организации реальные дела и делают. И конкретные законодательные инициативы формируют. Взаимодействуют с партиями, губернаторами, министрами. С судами и прокуратурой, если надо.
Когда я говорю о политике, я говорю о политике реальных дел, а не о говорильне и не о ритуалах.
- В моём представлении, волонтёры – это люди, которые помогают по зову души, делают добро, часто вопреки законам, политике и опасности. А политика для меня – это всё-таки партии, правительство, президент и так далее. Я это разделяю.
- Возможно, тебе стоит пересмотреть своё представление о политике, проверить, не стереотипно ли оно, не предвзято ли, соответствует ли реалиям мира.
В партиях и правительстве люди откуда-то появляются. Не с Марса прилетают. Люди не рождаются депутатами, министрами, президентами – они к этим статусам как-то приходят.
- Как бы тебе объяснить… Вот оставление Херсона, допустим, это военно-политическое решение, не буду тут давать ему какую-то оценку, просто констатирую, важнейшее решение, принятое политиками и военными. Никакие волонтёры, общественники, даже армия – ничего не могут этому противопоставить. Вот это политика.
- Да, это решение военно-политического руководства. И чтобы в такие ответственные исторические моменты решения оказывались в руках мудрых и компетентных политиков, нужно начинать готовиться к ним за 30 лет до.
Талантливому и грамотному, как пишут, офицеру Суровикину нужно было уже 30 лет назад начинать карабкаться к вершинам военного управления, чтобы к моменту принятия решения по Херсону быть генералом и командующим, влияющим на стратегию спецоперации.
Ленин, Сталин и другие большевики, только придя к власти, сразу понимали, что надо уже начинать готовиться к следующей мировой войне. И делали это – проводили индустриализацию, как ошпаренные, строили заводы, школы, училища, как не в себя, готовились выпускать орды военной техники, закладывали инфраструктуру быстрой эвакуации промышленности задолго до 1941 года. Чтобы догнать. Чтобы успеть.
И успели. Смогли выдержать натиск самой сильной на тот момент армии мира, благодаря тому, что многое было продумано и спланировано заранее, за два десятилетия до.
Читал рассуждение о Сталине, что всю его политику, все его решения, в том числе жестокие и трагические, нужно рассматривать в контексте того, что главной целью его жизни была победа в надвигающейся войне – исходя из предвидения того, что война неизбежна и что это будет более глобальная и страшная война, чем когда-либо. Отсюда и столь высокая, ужасная цена, которую он был готов заплатить и заставил народ заплатить за подготовку к этой войне и победу в ней. С главным делом своей жизни он тяжелейшими усилиями справился.
Те, кому после 1991-го, или после 2000-го, или после 2012-го года померещилось, что теперь можно расслабиться и не париться насчёт политики, жили во сне. Я сам отчасти жил во сне, когда был юн, когда мало понимал и мало мог. Просыпаться постепенно начал в 2012-м – тогда я чётко ощутил: пора карабкаться всерьёз.
К нынешним событиям я докарабкался хотя бы до того уровня, который позволяет мне помогать некоторым волонтёрским организациям и через них участвовать в оказании помощи нескольким десяткам тысяч пострадавших от боевых действий. Это мой нынешний вклад в политику, победу и дальнейшее развитие страны.
Многие аналитики показывают, что нынешние события – только начало глобальной перестройки мира. Кто этого не понимает и думает, что ещё чуть-чуть и вот-вот всё закончится, успокоится – тот, мягко говоря, недальновиден.
А это означает то же, что для большевиков – что нужно как можно быстрее карабкаться дальше и готовиться к тем катаклизмам, ещё более масштабным, которые случатся через 10, 20, 30, 50 лет.
Вот я и готовлюсь. И всем советую.