Древнее ритма в музыке нет ничего. Когда еще речи не было о гармонии, да и мелодия только зарождалась в виде одноголосного вокального вопля древнего дикаря, другой древний дикарь брал в руки камень и раз за разом ударял им о другой камень. Зачем он это делал? Да ни больше ни меньше, чем чтобы войти в гармонию со Вселенной. Ведь в природе всё ритмично — ритмичны закаты и восходы, ритмичны фазы Луны, смены времён года, ритмичны чередования сна и бодрствования, ритмичен пульс здорового человека. Нам необходимо структурировать время, чтобы чувствовать себя хорошо и уверенно — для этого был изобретен календарь, отражающий оборот Земли вокруг Солнца и поделенный на более мелкие отрезки времени.
Итак, в мире всё пульсирует. И самый простой ритм — это обыкновенная равномерная пульсация, нарезка времени на равные части. Это то, что делает метроном, помогая нам научиться нарезать наше музыкальное время как можно точнее. Но живой музыкант — не метроном, и ритм в его исполнении не столь математически совершенен, но зато он обладает живыми характеристиками — упругостью, эмоциональной заряженностью (один и тот же ритм может быть радостным или скорбным, в зависимости от лада, темпа и характера музыки).
Затем ритм усложнился и в нем появились признаки точной науки: ритмические фигуры — это, по сути, те же математические дроби. Мы можем делить длительности на 2, 4, 8 и так далее; можем на 3, на 5, на 6, на сколько угодно… и возникает огромное количество ритмических комбинаций более длинных и более коротких звуков, соседствующих в музыке друг с другом, а иногда одновременно накладывающихся друг на друга — это называется полиритмия.
Проверка чувства ритма — один из первых тестов, который проходит ребёнок, желающий учиться музыке. Это чувство сложнее всего развивается, поэтому лучше, если с самого начала оно в порядке. Самым развитым чувством ритма среди академических музыкантов обладают исполнители на ударных инструментах, что вполне логично: в их искусстве ритм — главная характеристика мастерства. Великолепным чувством ритма должны также обладать джазмены. А вот всякие академические пианисты, струнники, духовики и певцы по этому параметру чуть позади, особенно это становится ясно в сравнении с настоящими мастерами ритма.
В искусстве композиции ритмическая сторона музыки всегда была очень важна. И даже ХХ век, который в своих экспериментах сначала дошёл до разрушения классической гармонии, затем принялся трансформировать принципы построения мелодий, но ритм даже и он не смог уничтожить — без ритма нет музыки. Без мелодии есть. А без ритма — нет.
Ритм обладает свойствами гипнотизировать. Этим пользуются и шаманы, и музыканты разных жанров. Когда целый стадион на рок-концерте входит в экстатический транс — это заслуга именно ритма. Это он, воздействуя на древние отделы нашего мозга, погружает нас в измененные состояния сознания и превращает людей в толпу, включая стадный инстинкт. Но даже когда мы чинно сидим в кресле концертного зала, слышим звуки прекрасного «Вальса цветов» из «Щелкунчика» и сами того не замечая, едва заметно двигаемся в трехдольном метре вальса, и торжественный праздничный марш, и нежная колыбельная — всё это воздействие ритмов на нашу природу. Средство это — мощнейшее. Когда в концертном зале вдруг возникает овация, это — желание слушателей тоже создать свой ритм, слиться в едином движении, войти в резонанс. Выражение «ритм жизни» говорит о том, что жизнь наполнена смыслом и событиями. У каждого он свой. Главное, чтобы он был комфортный.