Штош, мои умные и славные читатели, сегодня у нас будет околокулинарная минутка. Готовы?
Представьте себе Париж.
Правда, не современный, о котором и сказать-то сейчас нечего, не тихую прелесть времён la belle epoque, а далёкий уже, мрачный и горестный париж второй половины XVI века.
Францию в то время раздирали религиозные войны, католики резали протестантов и наоборот, и вот, в один прекрасный май 1590 года, протестанты, под предводительством вечно метущегося протестантокатолика генриха наваррского, осадили наш чудесный городок.
Причём неплохо так осадили, и в скором времени вопрос с провизией встал настолько остро, что уже в июне защитники города, во главе с герцогиней де монпансье, судорожно нашли довольно изящное решение – перемолоть косточки своих лежалых мёртвеньких и сделать из них хлебушек, на радость всем голодным парижанам.
И здесь мы сделаем небольшое лирическое отступление и поясним за те самые останки.
парижские кладбища тогда не блистали размерами и старые могилы периодически вскрывались, освобождая место для вновь прибывших, а косточки аккуратно перемещали в удобные склепы-оссуарии на вечное хранение.
М лежали они там дооолго, порой столетиями, иссыхая до конца и покрываясь пылью, так что когда встал вопрос чудовищной нехватки еды, народ не поспешил грабить заполнившиеся кладбища и возиться со свежими (и порой знакомыми) трупами, а чинно отправился тревожить покой тех, кому совершенно точно уже всё равно.
Хорошей ли это было идеей?
О, конечно же нет.
По многим причинам.
Да, из костей можно получить субстанцию, похожую на муку.
Нннно!
Сделать хлеб целиком из неё всё равно не получится, так как что остаётся в древних костях? Ничего питательного, а лишь одни сплошные минералы, так что если смешать костную муку с водичкой, а потом попытаться испечь из неё хотя бы лепёшку, то ввиду отсутствия связующих веществ, типа того же глютена, вся эта масса просто высохнет и обратится обратно в порошочек.
Но хорошо.
Положим, что помимо вот этой костной прелести у вас оказалось немного нормальной муки.
Вы всё смешали, хлеб поднялся, пусть на вкус и не очень, но счастье-радость, им можно набить желудок, аллилуйя!
Увы-увы, мой будущий насмерть умерший мёртвенький, этот хлеб тебе совершенно не поможет. А почему, мой дорогой?
А потому, что в костях, как уже было сказано выше, нормальных питательных веществ просто нет. И посему бедный голодающий хоть и получал возможность что-то пожевать, но в итоге то была лишь иллюзия сытости и со временем он тихонько умирал от истощения. Если был везучим.
Если нет, то умирал он гораздо быстрее – от кишечной непроходимости, ибо организм был не способен ни переварить, ни вывести такое количество неорганических веществ, так что со временем они неумолимо накапливались в желудке и кишочках. Несколько суток мучительной агонии – и добро пожаловать на тот свет, дружочек.
В общем, затея, хоть и имела всячески благие намерения, очевидно не удалась.
Но в итоге господин Генрих настолько ужаснулся всему этому голоду и методам его разрешения, что в итоге дозволил понемногу снабжать парижан продовольствием, а потом в очередной раз обратился в католицизм и снял осаду.
Так что хэппи энд, мои любезные читатели, кушайте хорошо и не болейте.
Автор - Анастасия Кастенхольц