"Волшебная гора" -- глубокий философский роман Т.Манна, увидевший свет в 1924 году. Это, безусловно, произведение, меняющее отношение к жизни. Прочитав его, получаешь какой-то немного странный почти духовный опыт, возникает ощущение пройденного пути, пути сложного, с множеством неожиданных испытаний. Удивительное свойство этого романа, он воспринимается как бы "постепенно", растягиваясь во времени параллельно с твоей жизнью, ты живешь, и живет в высокогорном уединенном санатории главный герой --Ганс Касторп, духовные искания юноши становятся твоими личными духовными исканиями. Такова магия вовлекающего текста.
Может быть, это происходит оттого, что время стало в произведении реальным действующим лицом. Оно постоянно рядом с героями, то убыстряется, то замедляется, то отстраняется, им сложно управлять, его невозможно уговорить.
Философское осмысление парадоксов времени было остро-актуально для двадцатых годов двадцатого века. Именно в это время была написана полуфилософская, полуэзотерическая книга Д.Данна "Эксперимент со временем", затронувшая умы современников (очень сильное влияние эта книга оказала, например, на творчество Борхеса). Данн пытался анализировать возможность не двигаться по временному потоку, последовательно переживая этапы своей жизни, а охватить всю свою жизнь целиком (как будто это текст книги, где можно открыть и прочитать последние страницы). Идея несколько странная, на мой взгляд, отдающая фатализмом (все в жизни человека предрешено). Философия тоже не приняла эти изыскания всерьез, но вопросы времени переосмыслялись, создавались новые концепции, новые идеи для художников, даже получила свое развитие концепция темпоральности.
В романе множество раз подчеркивается, что восприятие времени и его течение абсолютно субъективны, человеку может казаться, в зависимости от обстоятельств, что время убыстряется или, наоборот, почти останавливается. Есть в мире места, где время магически тормозит свой ход, образуя своего рода заводь, именно в такое место попадает молодой инженер Ганс Касторп, приехавший навестить своего кузена Иоахима Цимсена в высокогорный санаторий Берггоф, расположенный недалеко от Давоса.
Ганс Касторп уезжает из привычной размеренной жизни, планов на добротную серьезную инженерную работу на верфи, уезжает ненадолго, всего на три недели, но остается в санатории на семь долгих лет. Коварное заболевание, которое проявляется как внезапное испытание, то выспыхивает, то угасает, оно живет своей жизнью, независимой от страдающего человека.
Слова "тут наверху" и "там внизу" становятся лейтмотивом этих семи лет, во время которых юноша проходит этапы взросления, становления мировоззрения, опыт первой любви и тяжелых потерь. С первых минут пребывания на альпийских высотах эти слова и пугают, и почему-то манят молодого инженера. Он словно заранее предчувствует фатальный опыт, который кардинально изменит его. Словно переместившись в пространстве, он разрывает связь с прошлой жизнью.
"Подобно времени, пространство рождает забвенье; оно достигает этого, освобождая человека от привычных связей с повседневностью, перенося его в некое первоначальное, вольное состояние, и даже педанта и обывателя способно вдруг превратить в бродягу. Говорят, что время – Лета; но и воздух дали – такой же напиток забвения, и пусть он действует менее основательно, зато – быстрее."
На альпийских высокогорных склонах меняется мировосприятие, тысяча шестьсот метров над уровнем моря -- это не просто географическая данность, это понятие, разделяющее мир на две части, превращающее жизнь в санатории в особый опыт измененной реальности. Место, где люди живут искусственными радостями и проблемами, место, откуда трупы спускают вниз, в деревню, на бобслеях -- такое место очень сильно воздействует на человеческую душу.
Замкнутое пространство, ограниченный круг общения, своего рода "микрокосм" сообщества болеющих людей, все это позволяет Гансу Касторпу взглянуть на свою жизнь и на жизнь вообще с другой оптической точки, увидеть мимолетность и нестойкость своих планов и желаний "там внизу".
Почти все устремления юноши начинают казаться ему ложными, не имеющими абсолютной ценности. Зато те чувства и эмоции, которые он переживает в санатории, напротив, приобретают особый вес. Все, что случается с человеком в положении "на краю" воспринимается им очень остро, такой опыт кажется абсолютным.
Касторп влюбляется в русскую (почему-то то с татарскими, то с калмыцкими скулами) молодую женщину, по имени Клавдия Шоша. Никогда "там внизу" он бы не имел возожности сблизиться с такой экзотической (по его меркам) красавицей, просто другой круг общения.
Философские изыскания, от которых он был так далек, тоже представлены на Волшебной горе в концентрированном виде. Касторп постоянно присутствует на яростных спорах своего старшего друга литератора Сеттембрини (масон с либеральными взглядами) и его вечного оппонента иезуита Нафты, пытаясь выработать свой взгляд на политические и социальные мировые проблемы (который у него просто отсутствовал раньше).
Касторп теряет кузена, Иоахим умирает после неудачного возобновления своей военной карьеры "там внизу", получает осложнения и сгорает очень быстро. Это действует на Ганса даже сильнее, чем потеря родителей в детском возрасте, на горе любой опыт кажется более значительным, любая потеря более невосполнимой.
Ему кажется, что он успешно постигает тайны жизни в замкнутом мире санатория, где можно бесконечными хрустальными морозными ночами из года в год изучать звездное небо, лежа на балконе под специальными теплыми одеялами. Ведь, забравшись на волшебную гору сложно спуститься обратно, в мир, кипящий конфликтами и войнами.
Всё ровно до того момента, когда происходит "удар грома". Начинается мировая война...
И вот, семь лет думавший о смысле жизни, о любви, о теории музыки и хитросплетениях мировоззрений юноша вдруг из состояния ума "тут наверху" попадает в состояние "там внизу". В самое сердце кровавого хаоса, обстрелов, грязи, крови и смерти. Из теплой заводи Времени в бешено крутящийся смертельный хаос Времени.
Как пережить такой переход? Если и просто перемещение из суеты мирной жизни в войну является для любого человека глубокой травмой.
Возможно, молодой инженер получил теми чудесными холодными ночами, когда он лежал в коконе теплого одеяла, созерцая острый блеск звезд, какую-то необходимую прививку вечности, некую броню философского отстранения, которая помогает " в минуты жизни роковые". Постоянная близость звезд и смерти странным образом закалила его, помогла видеть Время и свой путь глазами мыслителя.
Когда даже из беснующихся газет ощущался запах пороха, Ганс Касторп почувствовал, что удивительным образом "спасен, расколдован" мировой бедой. Заводь времени была отчасти и болотом, ничто не способно развиваться, находясь в статичном бездействии. Только вот, война -- самое плохое занятие, которое может предложить тебе судьба.
Последние строки романа прозревают Время, подобно пророческим снам из опытов Данна. Читатель видит и прошлое, и настоящее и будущее разом. Молодые солдаты падают в окопах, их тела смешиваются с землей. А Время как всегда готовится вершить свой суд.
"Счастливого пути – останешься ли ты жив, или нет! Надежды на жизнь у тебя небольшие: злая свистопляска, в которую ты вовлечен, продлится еще не один грешный годик, и мы не можем биться об заклад, что ты уцелеешь. Говоря по правде, мы с некоторой беззаботностью оставляем этот вопрос открытым. Приключения твоей плоти и духа, углубившие твою простоту, дали тебе возможность пережить в духе то, что тебе едва ли придется пережить в теле. Бывали минуты, когда из смерти и телесного распутства перед тобою, как «правителем», полная предчувствий будущего, возникала греза любви. А из этого всемирного пира смерти, из грозного пожарища войны, родится ли из них когда-нибудь любовь?"
Друзья, пишите свои мысли, ставьте лайки, это очень поможет продвижению канала.