"Это вялотекущая шизофрения, скорее всего," - улыбается она мягко. - "У нас её редко ставят, диагностика очень тонкая. Но с этим можно жить! Просто человек с возрастом становится всё более и более странным, в своей реальности. А если лечение подобрать, то он вообще может очень долго вести практически полноценную жизнь."
Я смотрю ей в глаза, и мне становится очень спокойно. Огромный пласт моей тревоги обезврежен. С душевными заболеваниями можно жить, депрессия прекрасно лечится, и вообще, лучше уж депрессия, чем телесное заболевание. А уж если ты клинически здоровый человек, то для тебя вообще ничего невозможного нет. Главное - искать решение.
Жанна Русина - психиатр, кандидат медицинских наук, преподаватель ПИМУ, автор психотерапевтического метода "Ресурсное консультирование". Несколько лет назад она пришла ко мне на мою первую тренинговую группу, а потом я подключилась к её главному продукту, полуторагодичной трансформационной программе, и с тех пор мы дружим. Наш разговор о шизофрении отвлеченный, у меня нет родных, которые дали бы повод для тревоги. Но мне просто важно знать, что есть на свете люди, которые с таким справляются.
Я не сразу полюбила Жанну и даже не сразу её заметила. В то время, когда мы познакомились, я была очень жесткой и несгибаемой, старалась переть к успешному успеху, а она из тех, кто говорит настолько тихо и мягко, что прислушаться можно, только взяв большую паузу. Я помню, как изумилась первый раз, увидев, как Жанна шутит.
"Когда я к тебе попала, я поняла, почему я так одеваюсь," - поясняет Жанна, когда я спрашиваю, почему она пришла на один тренинг и осталась ещё на один, а потом ещё и ещё. Действительно, иногда не нужно ничего радикально менять. Нужно прополоть то, что уже есть, от посторонних веяний, и оставить только важное, как набор инструментов. У человека, который себя хорошо знает, он ограничен: цвета, формы, элементы образа связаны личным удобством, смыслами, задачами. Когда остается совсем малое, это хорошо.
Жанна выглядит, как Персефона в Аиде. У неё уже взрослый сын, но мне всё время кажется, что ей самой едва за двадцать. Вокруг неё цветы и плоды, но она сама почти всегда в черном или темном, иногда - в золотисто-бежевом. Маленькая и хрупкая, она больше похожа на существо огня или воздуха, но в основном её образы - это либо земля, либо то, что из неё прорастает. Её метод много взял от Хеллингера, к которому она ездила на семинары лично вплоть до последних лет его жизни. В своей практике она помогает распутывать семейные запреты и истории - при взгляде со стороны, дело почти мистическое, особенно при том, что половины участников каждого клиентского случая давно нет на свете.
"Ты специально на каждом своем тренинге в первый день одеваешься в черное?" - спрашиваю я, чтобы понять, насколько это осознанная история. "Черный чувствуется как мир, в котором есть всё, и всё рождается из него. В нем получается сонастроиться с самым важным, что должно проявиться, " - отвечает она мне в мессенджере, подумав. - "Он сам просится на семинар." Тренинги идут по три дня, группы около 50 человек. Все вместе мы занимаем большой зал в пятизвездочном "Кулибине", да ещё и онлайн подключены участники из других стран и городов.
Главное, что меня подкупило в её подходе, это установка на активное действие. Психотерапия не должна служить тому, чтобы человек ещё лучше терпел то изматывающее и тяжелое, что происходит в его жизни. Но и жечь мосты с дорогими, пусть и причиняющими подчас боль людьми он тоже не должен - это подкосит его опоры. Нащупать свой путь в уважении, благодарности, жизнелюбии и успеть проявить себя в чем-то прекрасном - задача души, которая гостит в этом мире. Метафора, конечно, но для меня это работает. Критерий успешной терапии - изменения в жизни клиента.
Чтобы найти такую творческую дорожку для себя, приходится прополоть гораздо больше, чем это требуется в стиле. Мягко и осторожно перестраиваются отношения. Становится понятно, что альтернативы нынешнему положению есть. И не сразу, но очень последовательно, их можно нарастить. Всё это происходит медленно, день за днем. А потом однажды встаешь утром и понимаешь, что тебе не больно. Даже наоборот: как в детстве, встаешь счастливая. Оглядываешься назад, изумляешься, сколько для этого перепахала, и становишься очень себе за это благодарна.
Труд психотерапевта - адский и ювелирный одновременно. Тихий, ровный, со всевозможным самосбережением и сто раз обожженным, наверняка, сердцем. Что как не черный и не рыжий бьется с этим лучше всего?
Впрочем, личность всегда накладывает отпечаток на образ, и унификации тут не может быть. Вот, например, у меня в портфолио лежит случай, когда психолог с иным подходом и иными качествами наоборот, проросла из черного в белый и пастель. Была закрытая и неприступная, стала сияющая, раздающая свет, на который слетаются те, кому нужен её специфический опыт. Посмотреть его можно тут.
Ну, а если я потребуюсь вам как стилист, то мои контакты традиционно в профиле канала. И для тех, кто больше любит практику, чем лирику, работает блог "Альфа Центавра". Добро пожаловать!